Краткое содержание кортасар игра в классики точный пересказ сюжета за 5 минут

Игра в классики

Краткое содержание Кортасар Игра в классики точный пересказ сюжета за 5 минут

Вы здесь

Аргентинский писатель Хулио Кортасар закончил работу над своим известным романом “Игра в классики” в 1963 году. Произведение стало экспериментальным романом автора, но получило впоследствии большую известность и успех. Кроме того, роман “Игра в классики” стал ярким образцом антиромана в литературе постмодернизма.

Интересно, что сам Кортасар предлагает читать книгу по двум “техникам”. Первая обычная, а вторая предполагает начало чтения с части “С других сторон”, и есть установленный порядок для такой схемы, он приведен в указателях в конце каждой главы.

Ниже читайте краткое содержание романа “Игра в классики”.

Произведение предваряет указание автора о возможном двояком прочтении его произведения: один вариант — последовательное чтение пятидесяти шести глав, образующих первые две части романа, оставив без внимания третью, объединившую «необязательные главы»; другой вариант — прихотливый порядок движения по главам в соответствии с составленной писателем таблицей.

Действие происходит в 1950-е гг.

Орасио Оливейра, сорокалетний аргентинец без определенных занятий, живет в Париже весьма скромно на деньги, изредка пересылаемые из Буэнос-Айреса богатыми родственниками. Его любимое занятие — бесцельно блуждать по городу. Орасио уже довольно давно приехал сюда по примеру соотечественников, у которых принято отправляться в Париж, как говорится, за воспитанием чувств.

Погруженный в себя, беспрестанно анализирующий свои мысли, переживания, поступки, он убежден в своей «инаковости» и намеренно противопоставляет себя окружающей действительности, которую решительно не приемлет. Ему кажется, что подлинное бытие находится за пределами территории повседневности, и он все время ожидает извне разрешения своих внутренних проблем.

Он вновь и вновь приходит к выводу, что ему «гораздо легче думать, чем быть и действовать», а его попытки найти себя в этой жизни — «топтание в кругу, центр которого — повсюду, а окружность — нигде».

Орасио ощущает абсолютное одиночество, такое, когда невозможно рассчитывать даже на общение с самим собой, и тогда он запихивает себя в кино, или на концерт, или в гости к друзьям. Он не может разобраться во взаимоотношениях с женщинами — француженкой Полой и уругвайкой Магой.

Узнав, что Пола больна — у нее рак груди, — он прекращает встречаться с ней, сделав наконец, таким образом, свой выбор. Мага хочет стать певицей и берет уроки музыки. Своего маленького сына Рокамадура она вынуждена оставить в деревне у кормилицы. Для экономии довольно скудных средств Орасио и Мага решают поселиться вместе.

«Мы не были влюблены друг в друга, просто предавались любви с отстраненностью и критической изощренностью», — будет вспоминать Орасио. Порой Мага даже раздражает его, поскольку она не очень образованна, не столь начитана, он не находит в ней утонченной духовности, к которой стремится. Но Мага естественна, непосредственна, она — воплощенное всепонимание.

У Орасио есть компания друзей, куда входят художники Этьен и Перико, писатели Вонг, Ги Моно, Осип Грегоровиус, музыкант Рональд, керамистка Бэпс. Свое интеллектуальное сообщество они нарекают Клубом Змеи и еженедельно собираются в мансарде Рональда и Бэпс в Латинском квартале, где курят, пьют, при свете зеленых свечей слушают джаз со старых, заигранных пластинок.

Они часами беседуют о живописи, литературе, философии, привычно пикируются, и их общение скорее напоминает не разговор друзей, а состязание снобов.

Изучение архива старого, умирающего писателя Морелли, когда-то задумавшего книгу, так и оставшуюся в виде разрозненных записей, дает обильный материал для обсуждения современной манеры письма, авангардной литературы, которая по самой своей сути является подстрекательством, развенчанием и насмешкой.

Мага чувствует себя серенькой и незначительной рядом с такими умниками, блестящими фанфаронами словопрения. Но даже с этими близкими по духу и образу мыслей людьми Орасио порой бывает тягостно, он не испытывает глубокой привязанности к тем, с кем «по чистой случайности пересекся во времени и пространстве».

Когда Рокамадур заболевает и Маге приходится забрать малыша и ухаживать за ним, Орасио не в силах побороть досаду и раздражение. Равнодушным оставляет его и смерть ребенка.

Друзья, устроившие своеобразный суд чести, не могут простить Орасио ни его «устранения» в трудный для Маги момент, ни проявленной им в этой ситуации бесчувственности. Мага уезжает, и Орасио только теперь осознает, что любил эту девушку и, потеряв ее, лишился жизненного стержня.

Он оказывается по-настоящему одинок и, выбившись из уже привычного круга, ищет «братства» в обществе бродяг, но попадает в полицию и приговорен к высылке из страны.

И вот спустя много лет после отъезда с родины Орасио снова оказывается в Буэнос-Айресе. Он влачит растительное существование в комнатушке гостиницы и снисходительно терпит трогательную мещанскую заботливость Хекрептен.

Он поддерживает тесное общение с другом юности Тревелером и его женой Талитой, работающими в цирке.

Орасио приятно их общество, но всегда испытывающий по отношению к друзьям манию духовных захватов, он на этот раз всерьез опасается «посеять сомнения и нарушить покой добрых людей». Талита чем-то напоминает ему Магу, и он невольно тянется к ней.

Тревелер несколько обеспокоен, замечая это, но он дорожит дружбой с Орасио, в беседах с которым находит отдушину после того, как долгое время страдал от отсутствия интеллектуального общения. И все же Орасио чуть было мимоходом не разрушает счастливую любовь друзей.

Хозяин цирка Феррагуто покупает психиатрическую клинику, и все трое устраиваются туда на работу. В непривычной обстановке им поначалу приходится трудно, а у Орасио все чаще наблюдаются странности в психике, его мучает раскаяние, все больше подступает уверенность, что Мага умерла по его вине.

Убедив себя, что Тревелер из ревности намеревается разобраться с ним, Орасио угрожает выброситься из окна на плиты мощеного двора. Доверительный тон и верное поведение Тревелера заставляют его отложить задуманное.

Запершись один в палате и глядя из окна, Орасио раздумывает о возможном для себя выходе: «Ужасно сладостный миг, когда лучше всего чуть наклониться вниз и дать себе уйти — хлоп! И конец!» Но внизу стоят любящие, сочувствующие, обеспокоенные, тревожащиеся за него Тревелер и Талита.

Финал романа остается открытым. Сделал ли Орасио свой последний шаг в пустоту или раздумал — это предстоит решать читателю.

Чередование эпизодов, когда Орасио после неосуществленного намерения свести счеты с жизнью снова оказывается у себя дома, могут быть просто предсмертным видением.

Читайте также:  Краткое содержание лонгфелло песнь о гайавате точный пересказ сюжета за 5 минут

И все же кажется, что, ощутив надежную подлинность человеческих отношений, Орасио согласится с тем, что «единственно возможный способ уйти от территории — это влезть в нее по самую макушку».

Обращаем ваше внимание, что краткое содержание романа “Игра в классики” не отражает полной картины событий и характеристику персонажей. Рекомендуем вам к прочтению полную версию произведения.

Все шедевры мировой литературы в кратком изложении. Сюжеты и характеры. Русская литература XX века.

Другие краткие содержания

Источник: https://reedcafe.ru/summary/igra-v-klassiki

Книга «Игра в классики»

Начну с реверанса. Мне нравится Хулио Кортасар: он мастерски жонглирует словами, бьет каждое на лету, препарирует на коленке, извлекает внутренности и гадает по ним, не отходя от (в общем, от коленки). Отчего так мало пиетета в тоне? Правда? Это вам показалось.

Хотя, если хотите честно, да, я считаю славу «Игры в классики» необоснованно раздутой. Больше того, осмелюсь сказать, что « Выигрыши» Кортасара («Счастливчики» в другом варианте русского перевода) интереснее и живее.

Не в смысле «бодрее», а в том, что герои выглядят людьми из плоти и крови, в противовес Орасио «Классиков». И в целом это более осмысленный роман.

То есть, ты отказываешь «Игре в классики» яркости и оригинальности? Да ни в коем разе, чего-чего, а этого добра в «Rayuela» столько, что того гляди, через край польется.

Что еще за “Rayuela”? А вот оно самое и есть аргентинское, название игры с нарисованными на земле пронумерованными квадратами, которую русские читатели знают под названием «классиков».

Не знаю, играют ли в нее нынешние дети, иногда, довольно редко, приходится видеть нарисованными на асфальте возле подъездов, хотя в моем детстве исчерканными были все свободные плоскости – мир меняется. Но не буду отклоняться.

Так вот, несколько дней назад, когда говорила о «Хрониках заводной птицы» Харуки Мураками, сетовала на то, что семантика английского перевода дарит читателю каскад значений, взаимодействующих как с сознательным, так и с подсознательным уровнем, в то время как русский вариант названия выглядит неказистым и плоским.

С «Игрой в классики» в точности наоборот. Я знаю, что этот роман принес Хулио Кортасару всемирную славу, вывел его за местечковые пределы латиноамериканской литературы.

Знаю, что необычный, оригинальный, новаторский, что смело экспериментирует с формой и стилем, поражает глубиной аллюзий и многослойностью метафор, и языкотворчество у него в неоплатном долгу.

Все это знаю, но задумывались ли вы о природе беззаветной любви, питаемой к роману русским читателем? Подсказать источники и составные части?

Смотрите, «игра в…», во что бы то ни было, положительно воспринимается читателем, хотя бы по той причине, что все мы принадлежим к тому подвиду Homo sapiens, который Хейзинга охарактеризовал, как Homo ludens. Чтение способствует интеллектуальным играм самого разного толка. Ни на одном сайте, ни в одной социальной сети нет такого выбора игр, как на Livilib.

Многие из них довольно сложных правил, рассчитаны на продолжительный срок, предполагают командную вовлеченность. Что, на первый взгляд, опровергает саму концепцию чтения, а на деле иллюстрирует, сколь велика потребность разделить радость узнавания с кем-то, способным оценить ее.

Русскоязычные читатели любят интеллектуальную игру, и название апеллирует к этой их особенности.

Идем дальше, что для русского слуха значит слово «классики»? Уж точно больше, чем для испанского «райуэла» (которая обозначает ту самую игру с квадратами, “царапина” дословно) и “Hopscoth”, а именно так это звучит в переводе на язык Шекспира, для английского (оно же). «Классики и», ну, продолжайте. «современники». Правильно, книжная серия, место для которой находилось в книжном шкафу каждой советской семьи, у более продвинутых были многотомные издания «Библиотеки классики». Это слово в русском выходит за пределы литературы, обозначая целый ряд вещей, проверенных временем, с неувядающим вкусом, ароматом и шармом, стилистически безупречных, изысканных и элегантных, хотя, возможно, несколько консервативных. Одновременный синоним к «правильно», «недешево», «респектабельно».

А теперь, та-дамм, фанфары! Какой роман Германа Гессе венчает его творчество, недосягаемой вершиной в короне ледников, мудрый и прекрасный, хотя (следует признать) недоступный абсолютному большинству желающих приобщиться? «Игра в бисер».

Не будет крамолой сказать, что «Rayuela» пришедшая в русскоязычное литературное пространство «Игрой в классики», считалась читательским подсознанием как равноценная замена «Игре в бисер».

Не стану говорить, что это вариант для бедных и сниженный уровень, но констатирую: в определенном смысле «Классики» являют собой блестяще исполненный пример «фельетонной литературы», описанной в «Бисере» как промежуточный и тупиковый этап пути в Касталию.

Павлиний хвост наукообразных псевдофилософских, в высшей степени интеллектуальных пустопорожних рассуждений, прикрывающий пустоту (чтобы не сказать «куриную жопу»). Россыпь блестящих пайеток, ни одна из которых не жемчужина: издали сверкает, а подойдешь ближе – ворох мусора. Сад ветвящихся тропинок, никуда не ведущих.

Что, совсем плохо? А вот этого я не говорила и не скажу никогда.

Кортасар блестящий рассказчик и виртуоз словесной игры; с равной долей убедительности может быть циником и романтиком; физиком и лириком; подниматься к высотам самопожертвования и опускаться до бытовой подлости, не прекращая препарировать себя с безжалостной прямотой прозектора.

Случись книге прийти в мир сборником рассказов наподобие “Бестиария”, она явила бы собой блестящий образец интеллектуальной прозы. Хотя, следует признать, лавров экспериментального романа, снискавших львиную долю капитала на ярмарке писательского тщеславия, это не принесло бы.

Потому имеем созвездие роскошных новелл: мага и отношения с ней; уморительная история с концертом Бертрепы; исполненная высокого трагизма смерть Рокамадора. Промежутки между которыми автор безжалостно забил квазиинтеллектуальным словесным мусором.

Источник: https://www.livelib.ru/book/1000039864-igra-v-klassiki-hulio-kortasar

5 рассказов Кортасара, которые нужно прочесть

Сегодня исполнилось бы 100 лет Хулио Кортасару, одному из тех, кто перевернул мировую литературу XX века. Мы предлагаем подборку из 5 рассказов писателя, которые нельзя не прочесть

“Захваченный дом”

Рассказ, который мог бы лечь в основу захватывающего триллера в духе Альфреда Хичкока, вышел в сборнике “Бестиарий” в 1951 году. Брат и сестра живут в старом фамильном доме, слишком большом для них двоих. Финал их монотонной жизни был бы вполне предсказуем, если бы автор — гений магического реализма — не подселил в дом некую таинственную силу.

Герои начинают замечать, что в их жилище что-то меняется: вещи и целые комнаты перестают принадлежать им, слышатся какие-то странные звуки из уже захваченной пугающим нечто части дома. В конце концов таинственные силы полностью оккупируют фамильное гнездо, и брату с сестрой приходится удалиться. Странный рассказ объясняют по-разному.

Наиболее распространенная версия гласит, что мистическая история — аллегория событий, происходивших на родине Кортасара: традиционная Аргентина исчезает под давлением авторитарного режима президента Хуана Перона. Возможна и другая интерпретация. Под натиском нового и необъяснимого человек оказывается неспособен бороться даже за единственное, что у него есть.

В таком случае в героях “Захваченного дома” есть что-то чеховское.

Читайте также:  Краткое содержание сенкевич камо грядеши? точный пересказ сюжета за 5 минут

“Преследователь”

Один из самых крупных рассказов Кортасара, как по объему в 50 страниц, необычному для писателя, так и по значимости. Сюжет обозначить легко. Рассказчик по имени Бруно, музыкальный критик, пишет книгу о знаменитом джазмене Джонни Картере. Он приходит к саксофонисту-виртуозу в гости, тот описывает истории из своей жизни.

На них, собственно, и построен рассказ. В конце произведения Джонни умирает, а книга Бруно становится бестселлером. Казалось бы, обычная история со стандартным финалом. Однако смерть — категория относительная в мире Кортасара и его героя, где пространство и время — всего лишь условности.

Простая пятиминутная поездка в метро могла стать для Джонни получасовым экзистенциальным путешествием в поисках самого себя. Кажется, ненормальность и порождаемые ею душевные метания — непреложное условие настоящего творчества.

По признанию самого Кортасара, рассказ, опубликованный в 1959 году в сборнике “Тайное оружие”, стал первым шагом к созданию культового романа XX века “Игра в классики”.

“Южное шоссе”

Вышедший в 1966 году в сборнике “Все огни — огонь”, этот рассказ описывает людей, попавших в немыслимую автомобильную пробку на подъездах к Парижу. Машины населяют самые типичные обыватели: молодой инженер, пожилая пара, молодожены, родители с ребенком, праведные монашки.

Поначалу незадачливые автомобилисты перекидываются дежурными фразами, ругая правительство, жару, пытаются угадать возможную причину затора.

Однако пробка приобретает невиданные даже по московским меркам масштабы — людям приходится кооперироваться, создавать запасы продовольствия, в необычный лагерь на открытом воздухе даже приходит влюбленность. Чудесным образом незнакомцы становятся друг для друга кем-то важным.

Но как только движение возобновляется, у них больше нет времени глядеть по сторонам — жизнь возвращается в привычное русло, “вперед, только вперед”.

“Сеньорита Кора”

Опубликованный в том же сборнике, что и “Южное шоссе”, это рассказ о подростке, лежащем в больничной палате. Рассказчиками выступают все три главных персонажа — мальчик, его мать и молодая сиделка по имени Кора. Писатель даже не пытается как-то обозначить, где речь одного героя переходит в другую.

Иногда нужно прочитать целую строку, чтобы понять, что с нами “на связи” мальчик, недовольный излишней опекой, а не его только что причитавшая мать. Это типичный для Кортасара прием, не раз встречающийся в других его произведениях. “Сеньорита Кора” — рассказ о хрупкости человеческого общения, достоинства и жизни.

Влюбленность мальчика в сеньориту Кору меняет внутренний мир всех участников этой маленькой больничной драмы. 

“Другое небо”

Если предшествующие рассказы из нашей подборки продемонстрировали, с какой легкостью Кортасар пренебрегает законами времени, то “Другое небо” — классический пример “расщепления пространства”. Поначалу сложно понять, где же все-таки находится главный герой — в холодном центре Парижа или жарком Буэнос-Айресе.

Герой не успел пожаловаться на промозглую погоду, как говорит, что от пота рубашка прилипает к спине. Вскоре мы осознаем, что Париж в рассказе — выходец из XIX века.

Становится ясно, что жизнь героя в Аргентине — настоящая, а приключения в богемной французской столице, по которой бродит серийный убийца, — фантазия, “другое небо”, куда герой сбегает от скучной монотонности супружеской жизни. Этот рассказ также входит в сборник “Все огни — огонь” 1966 года.

Источник: https://www.buro247.ru/culture/books/5-rasskazov-kortasara-kotorye-nuzhno-prochest.html

«Игра в классики» Кортасара в кратком изложении на Сёзнайке.ру

Произведение предваряет указание автора о возможном двояком прочтении его произведения: один вариант — последовательное чтение пятидесяти шести глав, образующих первые две части романа, оставив без внимания третью, объединившую «необязательные главы»; другой вариант — прихотливый порядок движения по главам в соответствии с составленной писателем таблицей.

Действие происходит в 1950-е гг.

Орасио Оливейра, сорокалетний аргентинец без определенных занятий, живет в Париже весьма скромно на деньги, изредка пересылаемые из Буэнос-Айреса богатыми родственниками. Его любимое занятие — бесцельно блуждать по городу. Орасио уже довольно давно приехал сюда по примеру соотечественников, у которых принято отправляться в Париж, как говорится, за воспитанием чувств.

Погруженный в себя, беспрестанно анализирующий свои мысли, переживания, поступки, он убежден в своей «инаковости» и намеренно противопоставляет себя окружающей действительности, которую решительно не приемлет. Ему кажется, что подлинное бытие находится за пределами территории повседневности, и он все время ожидает извне разрешения своих внутренних проблем.

Он вновь и вновь приходит к выводу, что ему «гораздо легче думать, чем быть и действовать», а его попытки найти себя в этой жизни — «топтание в кругу, центр которого — повсюду, а окружность — нигде».

Орасио ощущает абсолютное одиночество, такое, когда невозможно рассчитывать даже на общение с самим собой, и тогда он запихивает себя в кино, или на концерт, или в гости к друзьям. Он не может разобраться во взаимоотношениях с женщинами — француженкой Полой и уругвайкой Магой.

Узнав, что Пола больна — у нее рак груди, — он прекращает встречаться с ней, сделав наконец, таким образом, свой выбор. Мага хочет стать певицей и берет уроки музыки. Своего маленького сына Рокамадура она вынуждена оставить в деревне у кормилицы. Для экономии довольно скудных средств Орасио и Мага решают поселиться вместе.

«Мы не были влюблены друг в друга, просто предавались любви с отстраненностью и критической изощренностью», — будет вспоминать Орасио. Порой Мага даже раздражает его, поскольку она не очень образованна, не столь начитана, он не находит в ней утонченной духовности, к которой стремится. Но Мага естественна, непосредственна, она — воплощенное всепонимание.

У Орасио есть компания друзей, куда входят художники Этьен и Перико, писатели Вонг, Ги Моно, Осип Грегоровиус, музыкант Рональд, керамистка Бэпс. Свое интеллектуальное сообщество они нарекают Клубом Змеи и еженедельно собираются в мансарде Рональда и Бэпс в Латинском квартале, где курят, пьют, при свете зеленых свечей слушают джаз со старых, заигранных пластинок.

Они часами беседуют о живописи, литературе, философии, привычно пикируются, и их общение скорее напоминает не разговор друзей, а состязание снобов.

Изучение архива старого, умирающего писателя Морелли, когда-то задумавшего книгу, так и оставшуюся в виде разрозненных записей, дает обильный материал для обсуждения современной манеры письма, авангардной литературы, которая по самой своей сути является подстрекательством, развенчанием и насмешкой.

Мага чувствует себя серенькой и незначительной рядом с такими умниками, блестящими фанфаронами словопрения. Но даже с этими близкими по духу и образу мыслей людьми Орасио порой бывает тягостно, он не испытывает глубокой привязанности к тем, с кем «по чистой случайности пересекся во времени и пространстве».

Читайте также:  Краткое содержание вий гоголя точный пересказ сюжета за 5 минут

Когда Рокамадур заболевает и Маге приходится забрать малыша и ухаживать за ним, Орасио не в силах побороть досаду и раздражение. Равнодушным оставляет его и смерть ребенка.

Друзья, устроившие своеобразный суд чести, не могут простить Орасио ни его «устранения» в трудный для Маги момент, ни проявленной им в этой ситуации бесчувственности. Мага уезжает, и Орасио только теперь осознает, что любил эту девушку и, потеряв её, лишился жизненного стержня.

Он оказывается по-настоящему одинок и, выбившись из уже привычного круга, ищет «братства» в обществе бродяг, но попадает в полицию и приговорен к высылке из страны.

И вот спустя много лет после отъезда с родины Орасио снова оказывается в Буэнос-Айресе. Он влачит растительное существование в комнатушке гостиницы и снисходительно терпит трогательную мещанскую заботливость Хекрептен.

Он поддерживает тесное общение с другом юности Тревелером и его женой Талитой, работающими в цирке.

Орасио приятно их общество, но всегда испытывающий по отношению к друзьям манию духовных захватов, он на этот раз всерьез опасается «посеять сомнения и нарушить покой добрых людей». Талита чем-то напоминает ему Магу, и он невольно тянется к ней.

Тревелер несколько обеспокоен, замечая это, но он дорожит дружбой с Орасио, в беседах с которым находит отдушину после того, как долгое время страдал от отсутствия интеллектуального общения. И все же Орасио чуть было мимоходом не разрушает счастливую любовь друзей.

Хозяин цирка Феррагуто покупает психиатрическую клинику, и все трое устраиваются туда на работу. В непривычной обстановке им поначалу приходится трудно, а у Орасио все чаще наблюдаются странности в психике, его мучает раскаяние, все больше подступает уверенность, что Мага умерла по его вине.

Убедив себя, что Тревелер из ревности намеревается разобраться с ним, Орасио угрожает выброситься из окна на плиты мощеного двора. Доверительный тон и верное поведение Тревелера заставляют его отложить задуманное.

Запершись один в палате и глядя из окна, Орасио раздумывает о возможном для себя выходе: «Ужасно сладостный миг, когда лучше всего чуть наклониться вниз и дать себе уйти — хлоп! И конец!» Но внизу стоят любящие, сочувствующие, обеспокоенные, тревожащиеся за него Тревелер и Талита.

Финал романа остается открытым. Сделал ли Орасио свой последний шаг в пустоту или раздумал — это предстоит решать читателю.

Чередование эпизодов, когда Орасио после неосуществленного намерения свести счеты с жизнью снова оказывается у себя дома, могут быть просто предсмертным видением.

И все же кажется, что, ощутив надежную подлинность человеческих отношений, Орасио согласится с тем, что «единственно возможный способ уйти от территории — это влезть в нее по самую макушку».

Источник: http://www.seznaika.ru/literatura/kratkoe-soderjanie/6010-igra-v-klassiki-kortasara-v-kratkom-izlojenii

Хулио Кортасар “Игра в Классики” (1963)

Кортасар призывает к иррациональности. Он отрицает логическое построение сюжета и советует читателю следовать прилагаемой схеме чтения. Ничего нового при этом Хулио не изобрёл, озадачив читателя лишь расширенными сносками, оформленными в виде отдельных глав.

Поступить ему так пришлось в силу ещё более банальных причин – место обычных сносок занимает перевод часто встречающихся иностранных слов. Если таковое можно считать подобием детской игры Классики, то следует тут же приступать к чтению, памятуя о свойственной Кортасару манере изложения – потоку сознания.

И не стоит думать, будто сути в произведении Кортасара нет. Иррациональность позволяет Хулио многое, в том числе и сомневаться в написании написанного, как читателю – в прочтении прочитанного. Коли тростник способен мыслить, значит на такое способен и человек.

Впрочем, надо ещё доказать, что человек именно мыслит, а не раскачивается на ветру, воображая иллюзию жизни.

Тростник действительно способен мыслить. Кортасар аналогично способен подходить к пониманию действительности, прибегая к иррациональности. Возможное всегда возможно, покуда кто-то считает, что это является возможным. Никто ещё не доказал обратного.

И никогда не докажет! Когда дело касается художественной литературы, тут уж держите Кортасара всем миром – в его силах перевернуть представления о насущном. Но пока читатель не познал суть творчества Хулио, ему стоит заварить мате и жадно пить сей обжигающий напиток.

“Игра в Классики” подождёт – её можно начинать с любой главы, желательно с примечаний, можно с конца или с середины. Всегда есть возможность прочитать произведение с начала, либо любым иным способом.

Важно помнить про иррациональность, тогда Кортасар становится понятнее: сугубо в рамках осознания непостижимости предлагаемого автором текста.

Форма подачи материала – податливая составляющая творческого процесса. Творец всегда окажется прав, преподнося творение в определённом виде.

Он мог оформить иначе, придать конкретный смысл смыслу и указать на сочетание происходящих в сюжете событий с внешним (закнижным) миром.

Определённо, нечто подобное у Кортасара имеется, ежели читатель попытается до этого дойти или доплыть, лишь бы не догоняя уезжающую крышу.

Кто в конечном счёте оказывается ленив? Читатель, не понимающий, зачем ему прыгать по тексту, или писатель, оказавшийся излишне ленивым, чтобы грамотно отредактировать написанное? Кортасар предпочёл не вносить правки в нужные места книги, свалив написанное позже и разнообразные мысли кучами в конце, приписав каждой куче номер.

В итоге читатель поймёт, что “Игра в Классики” представляет из себя набор слов из разных языков: испанский, латынь, французский, немецкий, английский, итальянский. К тому же, Хулио предпочитает преобразовывать слова, придавая им невероятные сочетания, мало доступных понимаю широкого круга людей.

Действующие лица в произведении мусолят философию, литературу и всё прочее, никуда не переходя и оставаясь на одном месте. Для контраста Кортасар позволяет себе рассказать о путешественнике, чьё путешествие сводится к отсутствию путешествий.

Так и разговоры героев повествования сводятся к разговорам при отсутствии необходимости говорить.

Иррациональность не поддаётся доводам рассудка, в ней нет логики, она выше разумных объяснений и противна разуму вообще. Иррациональность идеальна для потока сознания и отлично дополняет желание читателя лучше понять литературный модернизм.

Иррациональностью объясняет всё сущее и ей же стоит занимать определяющее место в человеческом обществе. Может быть и Кортасар отдавал иррациональности право верховодить на страницах произведений, понимая, как мало смысла во всём присущем человечеству.

Но всё же читателю хочется видеть больше логики и иметь возможность приобрести новое, а не уподобляться мыслящему тростнику, продлевая иллюзию на отпущенный ему срок цветения.

Дополнительные метки: кортасар игра в классики критика, кортасар игра в классики анализ, кортасар игра в классики отзывы, кортасар игра в классики рецензия, кортасар игра в классики книга, Julio Cortázar, Rayuela, Hopscotch

Данное произведение вы можете приобрести в следующих интернет-магазинах:
Лабиринт | Ozon | My-shop

Это тоже может вас заинтересовать:
– 62. Модель для сборки
– Книга Мануэля

Источник: http://trounin.ru/cortazar63/

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector