Краткое содержание овидий метаморфозы точный пересказ сюжета за 5 минут

Овидий «Метаморфозы» – кратко

Краткое содержание Овидий Метаморфозы точный пересказ сюжета за 5 минут

Овидий «Метаморфозы» – краткое содержание

другой литературоведческий разбор поэмы “Метаморфозы” можно прочесть в имеющейся на нашем сайте биографии Овидия

Во второй период своего творчества великий римский стихотворец Овидий переходит от произведений на любовные темы к созданию больших произведений на мифологические сюжеты: двух поэм – «Метаморфозы» и «Фасты».

«Метаморфозы» Овидия – эпическая поэма, в которой рассказываются легенды о превращениях людей в животных, а также в предметы неодушевленной природы: растения и камни, источники, светила и т. д. Эти мифы широко распространены в фольклоре различных народов.

Эллинистические поэты, проявлявшие большой интерес к фольклору и мифологии, использовали эти легенды в своих художественных произведениях. Эратосфену принадлежит сочинение в прозе «Катастеризмы», в котором излагались мифы о превращении в звезды, Бойю – сочинение «О происхождении птиц», Никандру и Парфению – «Метаморфозы». Существовали и каталоги мифов на эту тему.

Овидий использовал для «Метаморфоз» многочисленные источники: научные и художественные произведения, каталоги и памятники изобразительного искусства.

Овидий. Художник Лука Синьорелли, ок. 1499-1502

Поэма «Метаморфозы» (в переводе – «превращения») состоит из 15 книг. Это произведение с увлекательным и живым содержанием, массой персонажей, постоянной сменой места действия. Овидий собрал около 250 различных мифов о превращениях.

Для придания единства произведению поэт пользуется различными приемами: он объединяет мифы по циклам (фиванский, аргосский и др.), по сходству персонажей, по месту действия. Часто Овидий придумывает связующие звенья между разнородными легендами.

Как искусный рассказчик, он пользуется в «Метаморфозах» приемами рамочной композиции, вкладывая повествование в уста различных мифических героев. Эта поэма Овидия начинается с рассказа о сотворении мира из беспорядочного хаоса, а кончается философским заключением Пифагора.

Пифагор говорит о вечной изменчивости и чудесных превращениях, происходящих в окружающей природе, призывает не употреблять в пищу мясо живых существ.

Подобно своим предшественникам (Вергилию, Лукрецию) Овидий стремится дать в «Метаморфозах» философское обоснование избранной им темы, считая, что жанр эпоса, в отличие от элегии, требует известной концепции и художественных обобщений. Овидия интересует психология различных персонажей и та обстановка, в которой они действуют.

Вот, в одной из сцен «Метаморфоз», юный Фаэтон, обиженный недоверием к его божественному происхождению, хочет убедиться в том, что его отцом действительно является бог Солнца. Он отправляется для этого далеко на Восток и приходит во дворец лучезарного бога.

Дворец Солнца сказочен, но в его описание Овидий включает детали, напоминающие пышное убранство роскошных резиденций восточно-эллинистических царей и римских вельмож. Колонны дворца украшены золотом и драгоценными камнями; на створках серебряных дверей изображены земля и море, кишащее тритонами и нереидами.

Сказочный бог Солнца, восседающий на троне, украшенном смарагдами, оказывается в «Метаморфозах» заботливым отцом. Фаэтон хочет проехать по небу на солнечной колеснице. Отец пытается отговорить его, но упрямый юноша настаивает на своем. Овидий описывает небесные конюшни и фантастических коней, нетерпеливо бьющих копытами.

Колесница, на которую встал Фаэтон, кажется им, привыкшим возить мощного бога света, слишком легкой. Поднявшись на вершину неба, с которой начинается крутой спуск, кони перестают подчиняться поводьям и мчатся, сойдя с дороги.

По сторонам разверзают свои пасти страшные небесные чудовища: Рак (созвездие Рака), Скорпион (созвездие Скорпиона), а внизу темнеет далекая Земля. Овидий изображает, как сердце Фаэтона сжимается от страха, и он выпускает из рук поводья.

Вот колесница, скользя все низке и ниже, приближается к Земле, загораются леса на горных вершинах, закипает вода в реках и морях, в земле появляются трещины от невыносимого жара. Богиня Земли молит Юпитера о спасении, и властитель богов бросает свою молнию в Фаэтона, чтобы вызвать падение колесницы. Гибнет, падая на землю, Фаэтон. Неутешно плачут над ним сестры и превращаются в тополя. Описание превращения Овидий даёт в «Метаморфозах» кратко, оно лишь замыкает большой рассказ.

https://www.youtube.com/watch?v=F4QXOLuRtlc

Соединение фантастики с реальностью характерно для всей поэмы Овидия. Герои «Метаморфоз», с одной стороны, сказочные мифологические фигуры, с другой – обыкновенные люди. Повествование «Метаморфоз» не усложнено никакими глубокомысленными рассуждениями.

Так, в рассказе о Фаэтоне Овидием подчеркнуты простые, понятные всем черты внутреннего облика: самоуверенность молодости, мудрость и нежная заботливость зрелости. Эта доступность, легкость и поэтичность рассказа обеспечили «Метаморфозам» Овидия широкую популярность в древнее и новое время.

С античной мифологией в увлекательном изложении Овидия читатель нового времени знакомился обычно по этой широко известной и любимой уже в средние века поэме.

Многие рассказы дали материал для литературных произведений, опер, балетов и картин: описание четырех веков и рассказ о любви Аполлона к нимфе Дафне, превратившейся в лавровое дерево («Метаморфозы», I кн.), миф о красавце Нарциссе, влюбившемся в собственное изображение, и нимфе Эхо (III кн.

), о горной Ниобе, оскорбившей Диану (VI кн.), о полете Дедала и Икара (VIII кн.), о скульпторе Пигмалионе, создавшем статую прекрасной женщины и влюбившемся в свое создание (X кн.), о нежных супругах Кеиксе и Галькионе (XI кн.) и др.

Овидий “Метаморфозы”, издание 1632 года

Превращения в «Метаморфозах» Овидия – обычно результат вмешательства богов в судьбу героев. Иногда они вызваны несправедливой злобой божества или являются заслуженной карой за проступок.

Подчас, спасаясь от грозящей беды, персонажи поэмы сами молят богов об изменении своего внешнего облика.

Так, нимфа Дафна, которую преследует влюбленный Аполлон, обращается к своему отцу, богу реки Пенею, с просьбой о помощи:

Молит: «Отец, помоги, ведь сила есть у потоков, Лик мой скорей измени, уничтожь мой гибельный образ!» Кончила речь, и тотчас тяжелеют гибкие члены, Нежную грудь покрывает кора, поднимаясь все выше.

Волосы в листья у ней превращаются, руки же в ветви, Ноги – ленивые корни уходят в черную землю. Вот и исчезло в вершине лицо, но краса остается. Любит по-прежнему Феб и, ствола рукою касаясь, Чувствует, как под корой ее грудь трепещет живая.

Он обнимает ее, он дерево нежно целует.

(Пер. Н. В. Вулих)

Описания Овидия чрезвычайно выразительны, он видит рисуемую картину во всех подробностях. Эта наглядность описаний дала возможность художникам эпохи Возрождения снабдить издания «Метаморфоз» серией живописных иллюстраций.

Богатство античной мифологии позволило Овидию изобразить в «Метаморфозах» самые различные персонажи. Перед читателями проходят герои различного возраста и пола: юноши, скромные девушки, старики и старухи, зрелые, умудренные жизнью мужи.

Наряду с богами и царями выступают и простые смертные: кормчий Главк, старики Филемон и Бавкида, юные влюбленные Пирам и Тисба, скульптор Пигмалион и др. Их чувства, как характер персонажей, различны: тут и жестокий деспот Терей, и самовластный, надменный Пенфей, бесхитростная юная Каллисто, надменная богиня Юнона.

Герои Овидия – это, в сущности, его современники, перенесенные в сферу мифа, опоэтизированные и облагороженные. Овидий как бы отдает в «Метаморфозах» дань уважения принцепсу, рассказывая о превращении Юлия Цезаря в комету и почтительно отзываясь об Августе.

Эти моменты, однако, никак не влияют на все произведение в целом, далекое по идейной направленности и особенностям поэтической формы от официальной идеологии принципата.

Источник: http://rushist.com/index.php/historical-notes/2066-ovidij-metamorfozy-kratkoe-soderzhanie

Метаморфозы. Овидий (стр. 1 из 5)

МЕТАМОРФОЗЫ Поэма (ок. 18 н.э.) Слово “метаморфозы” значит “превращения”. Было очень много древних мифов, которые кончались превращением героев – в реку, в гору, в животное, в растение, в созвездие.

Поэт Овидий попробовал собрать все такие мифы о превращениях, которые он знал; их оказалось больше двухсот. Он пересказал их один за другим, подхватывая, переплетая, вставляя друг в друга; получилась длинная поэма под заглавием “Метаморфозы”.

Начинается она с сотворения мира – ведь когда Хаос разделился на Небо и Землю, это уже было первое в мире превращение.

А кончается она буквально вчерашним днем: за год до рождения Овидия в Риме был убит Юлий Цезарь, в небе явилась большая комета, и все говорили, что это вознеслась на небеса душа Цезаря, который стал богом, -г- а это тоже не что иное, как превращение.

Так движется поэма от древнейших к новейшим временам. Чем древнее, тем величавее, тем космичнее описываемые превращения: мировой потоп, мировой пожар.

Потоп был наказанием первым людям за их грехи – суша стала морем, прибой бил в маковки гор, рыбы плавали меж древесных ветвей, люди на утлых плотах умирали от голода.

Только двое праведников спаслись на двухвершинной горе Парнасе – праотец Дев-калион и жена его Пирра.

Схлынула вода, открылся пустынный и безмолвный мир; со слезами они взмолились богам и услышали ответ: “Материнские кости мечите себе за спину!” С трудом они поняли: общая мать – Земля, кости ее – камни; они стали метать каменья через свои плечи, и за спиною Девкалиона из этих камней вырастали мужчины, а за спиною Пирры – женщины. Так явился на земле новый человеческий род.

А пожар был не по воле богов, а по дерзости неразумного подростка.

Юный Фаэтон, сын Солнца, попросил отца: “Мне не верят, что я твой сын: дай же мне проскакать по небу в твоей золотой колеснице от востока до заката!” – “Будь по-твоему; – ответил отец, – но берегись: не правь ни вверх, ни вниз, держись середины, иначе быть беде!” И пришла беда: на высоте у юноши закружилась голова, дрогнула рука, кони сбились с пути, в небе шарахнулись от них и Рак и Скорпион, на земле запылали горные леса от Кавказа до Атласа, закипели реки от Рейна до Ганга, ссохлось море, треснула почва, свет пробился в черное царство Аида, – и тогда сама старая Земля, вскинув голову, взмолилась Зевсу: “Хочешь сжечь – сожги, но помилуй мир, да не будет нового Хаоса!” Зевс грянул молнией, колесница рухнула, а над останками Фаэтона написали стих: “Здесь сражен Фаэтон: дерзнув на великое, пал он”.

Читайте также:  Краткое содержание карамзин письма русского путешественника точный пересказ сюжета за 5 минут

Начинается век героев, боги сходят к смертным, смертные впадают в гордыню. Ткачиха Арахна вызывает на состязание богиню Афину, изобретательницу тканья.

У Афины на ткани – олимпийские боги, Посейдон творит для людей коня, сама Афина – оливу, а по краям – наказания тех, кто посмел равняться с богами: те обращены в горы, те в птиц, те в ступени храма.

А у Арахны на ткани – как Зевс обернулся быком, чтоб похитить одну красавицу, золотым дождем для другой,, лебедем для третьей, змеем для четвертой; как Посейдон превращался и в барана, и в коня, и в дельфина; как Аполлон принимал вид пастуха, а Дионис – виноградаря, и еще, и еще. Ткань Арахны не хуже, чем ткань Афины, и Афина казнит ее не за работу, а за кощунство: превращает ее в паука, который висит в углу и вечно ткет паутину. “Паук” по-гречески – арахна.

Зевсов сын, Дионис-виноградарь, чудотворцем идет по свету и дарит людям вино.

Врагов своих он наказывает: корабельщики, перевозившие его через море, решили похитить такого красавца и продать в рабство, – но корабль их останавливается, пускает корни в дно, плющ обвивает мачту, с парусов повисают гроздья, а разбойники изгибаются телом, покрываются чешуей и дельфинами прыгают в море. А друзей своих он одаряет чем угодно, но- не всегда они просят разумного. Жадный царь Мидас попросил: “Пусть все, чего я коснусь, становится золотом!” – и вот золотой хлеб и мясо ломают ему зубы, а золотая вода льется в горло расплавленным металлом. Простирая чудотворные руки, он молит: “Ах, избавь меня от пагубного дара!” – и Дионис с улыбкой велит: “Вымой руки в реке Пактоле”. Сила уходит в воду, царь снова ест и пьет, а река Пактол с тех пор катит золотой песок.

Не только юный Дионис, но и старшие боги появляются меж людей. Сам Зевс с Гермесом в облике странников обходят людские села, но грубые хозяева гонят их от порогов. Только в одной бедной хижине приняли их старик и старуха, Филемон и Бавкида.

Гости входят, пригнув головы, присаживаются на рогожу, перед ними столик с хромой ножкой, подпертый черепком, вместо скатерти его доску натирают мятой, в глиняных мисках – яйца, творог, овощи, сушеные ягоды.

Вот и вино, смешанное с водой, и вдруг хозяева видят: чудо – сколько ни пьешь, оно не убывает в чашах.

Тут они догадываются, кто перед ними, и в страхе молят: “Простите нас, боги, за убогий прием”. В ответ им хижина преображается, глинобитный пол становится мраморным, кровля вздымается на колоннах, стены блещут золотом, а могучий Зевс говорит: “Просите, чего хотите!” – “Хотим остаться в этом вашем храме жрецом и жрицею, и как жили вместе, так и умереть вместе”.

Так и стало; а когда пришел срок, Филемон и Бавкида на глазах друг у друга обратились в дуб и липу, только успев молвить друг другу “Прощай!”.

А между тем век героев идет своим чередом. Персей убивает Горгону, превращающую в камень взглядом, и когда кладет ее отсеченную голову на листья, то листья обращаются в кораллы.

Ясон привозит из Колхиды Медею, и та превращает его дряхлого отца из старика в молодого. Геракл бьется за жену с речным богом Ахе-лоем, тот оборачивается то змеем, то быком – и все-таки побежден.

Тесей входит в критский Лабиринт и убивает там чудовищного Минотавра; царевна Ариадна дала ему нить, он протянул ее за собою по путаным коридорам от входа до середины, а потом нашел по ней дорогу обратно.

Эту Ариадну отнял у Тесея и сделал своей женою бог Дионис, а венчик с ее головы он вскинул в небо, и там он засветился созвездием Северной Короны.

Строителем критского Лабиринта был умелец афинянин Дедал, пленник грозного царя Миноса, сына Зевса и отца Минотавра. Дедал томился на его острове, но бежать не мог: все моря были во власти Миноса.

Тогда он решил улететь по небу: “Всем владеет Минос, но воздухом он не владеет!” Собрав птичьи перья, он скрепляет их воском, вымеряет длину, выбирает изгиб крыла; а мальчик его Икар рядом то лепит комочки из воска, то ловит отлетающие перышки.

Вот уже готовы большие крылья для отца, маленькие для сына, и Дедал учит Икара: “Лети мне вслед, держись середины: ниже возьмешь – от брызг моря отяжелеют перья; выше возьмешь – от жара солнца размякнет воск”. Они летят; рыбаки на берегах и пахари на пашнях вскидывают взгляды в небо и замирают, думая, что это вышние боги.

Но опять повторяется участь Фаэтона: Икар радостно забирается ввысь, тает воск, рассыпаются перья, голыми руками он хватает воздух, и вот уже море захлестывает его губы, взывающие к отцу. С тех пор это море называется Икарийским.

Как на Крите был умельцем Дедал, так на Кипре был умельцем Пигмалион. Оба они были ваятелями: про Дедала говорили, что его статуи умели ходить, про Пигмалиона – будто его статуя ожила и стала его женой.

Это была каменная девушка по имени Галатея, такая прекрасная, что Пигмалион сам в нее влюбился: ласкал каменное тело, одевал, украшал, томился и наконец взмолился к богам: “Дайте мне такую жену, как моя статуя!” И богиня любви Афродита откликнулась: он касается статуи и чувствует мягкость и тепло, он целует ее. Галатея раскрывает глаза и разом видит белый свет и лицо влюбленного.

Пигмалион был счастлив, но несчастны оказались его потомки. У него родился сын Кинир, а у Кинира дочь Мирра, и эта Мирра кровосмесительной любовью влюбилась в своего отца. Боги в ужасе обратили ее в дерево, из коры которого, как слезы, сочится душистая смола, до сих пор называемая миррою. А когда настало время родить, дерево треснуло и из трещины явился младенец по имени Адонис.

Он вырос таким прекрасным, что сама Афродита взяла его себе в любовники. Но не к добру: ревнивый бог войны Арес наслал на него на охоте дикого вепря, Адонис погиб, и из крови его вырос недолговечный цветок анемон.

А еще у Пигмалиона был то ли правнук, то ли правнучка, по имени то ли Кенида, то ли Кеней.

Родилась она девушкой, в нее влюбился морской Посейдон, овладел ею и сказал: “Проси у меня чего угодно!” Она ответила: “Чтоб никто меня больше не мог обесчестить, как ты, – хочу быть мужчиной!” Начала эти слова женским голосом, кончила мужским.

А в придачу, радуясь такому желанию Кениды, бог дал ее мужскому телу неуязвимость от ран. В это время справлял многолюдную свадьбу царь племени лапифов, друг Те-сея. Гостями на свадьбе были кентавры, полулю-ди-полулошади с соседних гор, дикие и буйные.

Непривычные к вину, они опьянели и набросились на женщин, лапифы стали защищать жен, началась знаменитая битва лапифов с кентаврами, которую любили изображать греческие скульпторы.

Сперва в свадебном дворце, потом под открытым небом, сперва метали друг в друга литыми чашами и алтарными головнями, потом вырванными соснами и глыбами скал. Тут-то и показал себя Кеней – ничто его не брало, камни отскакивали от него, как град от крыши, копья и мечи крошились как гранит.

Тогда кентавры стали забрасывать его стволами деревьев: “Пусть раны заменятся грузом!” – целая гора стволов выросла над его телом и сперва колебалась, как в землетрясении, а потом утихла. И когда битва кончилась и стволы разобрали, то под ними лежала мертвая девушка Кенида.

Поэма близится к концу: про битву лапифов с кентаврами рассказывает уже старый Нестор в греческом лагере под Троей. Даже Троянская война не обходится без превращений. Пал Ахилл, и тело его вынесли из битвы двое: мощный Аякс нес его на плечах, ловкий Одиссей отражал наседающих троянцев.

От Ахилла остался знаменитый доспех, кованный Гефестом: кому он достанется? Аякс говорит: “Я первый пошел на войну; я сильнейший после Ахилла; я лучший в открытом бою, а Одиссей – лишь в тайных хитростях; доспех – мне!” Одиссей говорит: “Зато лишь я собрал греков на войну; лишь я привлек самого Ахилла; лишь я удержал войско от возврата на десятый год; ум важней, чем сила; доспех – мне!” Греки присуждают доспех Одиссею, оскорбленный Аякс бросается на меч, и из крови его вырастает цветок гиацинт, на котором пятнышки складываются в буквы “AI” – скорбный крик и начало Аяксова имени.

Источник: http://MirZnanii.com/a/123662/metamorfozy-ovidiy

Метаморфозы

Слово «метаморфозы» значит «превращения». Было очень много древних мифов, которые кончались превращениями героев — в реку, в гору, в животное, в растение, в созвездие. Поэт Овидий попробовал собрать все-такие мифы о превращениях, которые он знал; их оказалось больше двухсот.

Он пересказал их один за другим, подхватывая, переплетая, вставляя друг в друга; получилась длинная поэма под заглавием «Метаморфозы». Начинается она с сотворения мира — ведь когда Хаос разделился на Небо и Землю, это уже было первое в мире превращение.

Читайте также:  Краткое содержание рассказов проспера мериме за 2 минуты

А кончается она буквально вчерашним днем: за год до рождения Овидия в Риме был убит Юлий Цезарь, в небе явилась большая комета, и все говорили, что это вознеслась на небеса душа Цезаря, который стал богом, — а это тоже не что иное, как превращение.

Так движется поэма от древнейших к новейшим временам. Чем древнее — тем величавее, тем космичнее описываемые превращения: мировой потоп, мировой пожар.

Потоп был наказанием первым людям за их грехи — суша стала морем, прибой бил в маковки гор, рыбы плавали меж древесных ветвей, люди на утлых плотах умирали от голода. Только двое праведников спаслись на двухвершинной горе Парнасе — праотец Девкалион и жена его Пирра.

Схлынула вода, открылся пустынный и безмолвный мир; со слезами они взмолились богам и услышали ответ: «Материнские кости мечите себе за спину!» С трудом они поняли: общая мать — Земля, кости ее — камни; они стали метать каменья через свои плечи, и за спиною Девкалиона из этих камней вырастали мужчины, а за спиною Пирры — женщины. Так явился на земле новый человеческий род.

А пожар был не по воле богов, а по дерзости неразумного подростка. Юный Фаэтон, сын Солнца, попросил отца: «Мне не верят, что я твой сын: дай же мне проскакать по небу в твоей золотой колеснице от востока до заката.

«Будь по-твоему, — ответил отец, — но берегись: не правь ни вверх, ни вниз, держись середины, иначе быть беде!» И пришла беда: на высоте у юноши закружилась голова, дрогнула рука, кони сбились с пути, в небе шарахнулись от них и Рак и Скорпион, на земле запылали горные леса от Кавказа до Атласа, закипели реки от Рейна до Ганга, ссохлось море, треснула почва, свет пробился в черное царство Аида, — и тогда сама старая Земля, вскинув голову, взмолилась Зевсу: «Хочешь сжечь — сожги, но помилуй мир, да не будет нового Хаоса!» Зевс грянул молнией, колесница рухнула, а над останками Фаэтона написали стих: «Здесь сражен Фаэтон: дерзнув на великое, пал он».

Начинается век героев, боги сходят к смертным, смертные впадают в гордыню.

Ткачиха Арахна вызывает на состязание богиню Афину, изобретательницу тканья, У Афины на ткани — олимпийские боги, Посейдон творит для людей коня, сама Афина — оливу, а по краям — наказания тех, кто посмел равняться с богами: те обращены в горы, те в птиц, те в ступени храма. А у Арахны на ткани — как Зевс обернулся быком, чтоб похитить одну красавицу, золотым дождем для другой, лебедем для третьей, змеем для четвертой; как Посейдон превращался и в барана, и в коня, и в дельфина; как Аполлон принимал вид пастуха, а Дионис — виноградаря, и еще, и еще. Ткань Арахны не хуже, чем ткань Афины, и Афина казнит ее не за работу, а за кощунство: превращает ее в паука, который висит в углу и вечно ткет паутину. «Паук» по-гречески — «арахна».

Зевсов сын, Дионис-виноградарь, чудотворцем идет по свету и дарит людям вино.

Врагов своих он наказывает: корабельщики, перевозившие его через море, решили похитить такого красавца и продать в рабство — но корабль их останавливается, пускает корни в дно, плющ обвивает мачту, с парусов повисают гроздья, а разбойники изгибаются телом, покрываются чешуей и дельфинами прыгают в море. А друзей своих он одаряет чем угодно, но не всегда они просят разумного. Жадный царь Мидас попросил: «Пусть все, чего я коснусь, становится золотом!» — и вот золотой хлеб и мясо ломают ему зубы, а золотая вода льется в горло расплавленным металлом. Простирая чудотворные руки, он молит: «Ах, избавь меня от пагубного дара!» — и Дионис с улыбкой велит: «Вымой руки в реке Пактоле». Сила уходит в воду, царь снова ест и пьет, а река Пактол с тех пор катит золотой песок.

Не только юный Дионис, но и старшие боги появляются меж людей. Сам Зевс с Гермесом в облике странников обходят людские села, но грубые хозяева гонят их от порогов. Только в одной бедной хижине приняли их старик и старуха, Филемон и Бавкида.

Гости входят, пригнув головы, присаживаются на рогожу, перед ними столик с хромой ножкой, подпертой черепком, вместо скатерти его доску натирают мятой, в глиняных мисках — яйца, творог, овощи, сушеные ягоды. Вот и вино, смешанное с водой, — и вдруг хозяева видят: чудо — сколько ни пьешь, оно не убывает в чашах.

Тут они догадываются, кто перед ними, и в страхе молят: «Простите нас, боги, за убогий прием».

В ответ им хижина преображается, глинобитный пол становится мраморным, кровля вздымается на колоннах, стены блещут золотом, а могучий Зевс говорит: «Просите, чего хотите!» «Хотим остаться в этом вашем храме жрецом и жрицею, и как жили вместе, так и умереть вместе». Так и стало; а когда пришел срок, Филемон и Бавкида на глазах друг у друга обратились в дуб и липу, только и успев молвить друг другу «Прощай!».

А меж тем век героев идет своим чередом. Персей убивает Горгону, превращающую в камень взглядом, и когда кладет ее отсеченную голову ниц на листья, то листья обращаются в кораллы. Ясон привозит из Колхиды Медею, и та превращает его дряхлого отца из старика в молодого.

Геракл бьется за жену с речным богом Ахелоем, тот оборачивается то змеем, то быком — и все-таки побежден. Тесей входит в критский Лабиринт и убивает там чудовищного Минотавра; царевна Ариадна дала ему нить, он протянул ее за собою по путаным коридорам от входа до середины, а потом нашел по ней дорогу обратно.

Эту Ариадну отнял у Тесея и сделал своею женою бог Дионис, а венчик с ее головы он вскинул в небо, и там он засветился созвездием Северной Короны.

Строителем критского Лабиринта был умелец афинянин Дедал, пленник грозного царя Миноса, сына Зевса и отца Минотавра. Дедал томился на его острове, но бежать не мог: все моря были во власти Миноса.

Тогда он решил улететь по небу: «Всем владеет Минос, но воздухом он не владеет!» Собрав птичьи перья, он скрепляет их воском, вымеряет длину, выверяет изгиб крыла; а мальчик его Икар рядом то лепит комочки воска, то ловит отлетающие перышки.

Вот уже готовы большие крылья для отца, маленькие для сына, и Дедал учит Икара: «Лети мне вслед, держись середины: ниже возьмешь — от брызг моря отяжелеют перья; выше возьмешь — от жара солнца размякнет воск». Они летят; рыбаки на берегах и пахари на пашнях вскидывают взгляды в небо и замирают, думая, что это вышние боги.

Но опять повторяется участь Фаэтона: Икар радостно забирает ввысь, тает воск, рассыпаются перья, голыми руками он хватает воздух, и вот уже море захлестывает его губы, взывающие к отцу. С тех пор это море называется Икарийским.

Как на Крите был умельцем Дедал, так на Кипре был умельцем Пигмалион. Оба они были ваятелями: про Дедала говорили, что его статуи умели ходить, про Пигмалиона — будто его статуя ожила и стала ему женой. Это была каменная девушка по имени Галатея, такая прекрасная, что Пигмалион сам в нее влюбился: ласкал каменное тело, одевал, украшал, томился и наконец взмолился к богам:

«Дайте мне такую жену, как моя статуя!» И богиня любви Афродита откликнулась: он касается статуи и чувствует мягкость и тепло, он целует ее, Галатея раскрывает глаза и разом видит белый свет и лицо влюбленного.

Пигмалион был счастлив, но несчастны оказались его потомки. У него родился сын Кинир, а у Кинира дочь Мирра, и эта Мирра кровосмесительной любовью влюбилась в своего отца.

Боги в ужасе обратили ее в дерево, из коры которого, как слезы, сочится душистая смола, до сих пор называемая миррою. А когда настало время родить, дерево треснуло, и из трещины явился младенец по имени Адонис.

Он вырос таким прекрасным, что сама Афродита взяла его себе в любовники. Но не к добру: ревнивый бог войны Арес наслал на него на охоте дикого вепря, Адонис погиб, и из крови его вырос недолговечный цветок анемон.

А еще у Пигмалиона был то ли правнук, то ли правнучка, по имени то ли Кенида, то ли Кеней.

Родилась она девушкой, в нее влюбился морской Посейдон, овладел ею и сказал: «Проси у меня чего угодной Она ответила: «Чтоб никто меня больше не мог обесчестить, как ты, — хочу быть мужчиной!» Начала эти слова женским голосом, кончила мужским. А в придачу, радуясь такому желанию Кениды, бог дал ее мужскому телу неуязвимость от ран.

В это время справлял многолюдную свадьбу царь племени лапифов, друг Тесея. Гостями на свадьбе были кентавры, полулюди-полулошади с соседних гор, дикие и буйные.

Непривычные к вину, они опьянели и набросились на женщин, лапифы стали защищать жен, началась знаменитая битва лапифов с кентаврами, которую любили изображать греческие скульпторы.

Сперва в свадебном дворце, потом под открытым небом, сперва метали друг в друга литыми чашами и алтарными головнями, потом вырванными соснами и глыбами скал. Тут-то и показал себя Кеней — ничто его не брало, камни отскакивали от него, как град от крыши, копья и мечи ломались, как о гранит. Тогда кентавры стали забрасывать его стволами деревьев: «Пусть раны заменятся грузом!» — целая гора стволов выросла над его телом и сперва колебалась, как в землетрясении, а потом утихла. И когда битва кончилась и стволы разобрали, то под ними лежала мертвая девушка Кенида,

Поэма близится к концу: про битву лалифов с кентаврами рассказывает уже старый Нестор в греческом лагере под Троей. Даже Троянская война не обходится без превращений. Пал Ахилл, и тело его вынесли из битвы двое: мощный Аякс нес его на плечах, ловкий Одиссей отражал наседающих троянцев.

От Ахилла остался знаменитый доспех, кованный Гефестом: кому он достанется? Аякс говорит: «Я первый пошел на войну; я сильнейший после Ахилла; я лучший в открытом бою, а Одиссей — лишь в тайных хитростях; доспех — мне!» Одиссей говорит: «Зато лишь я собрал греков на войну; лишь я привлек самого Ахилла; лишь я удержал войско от возврата на десятый год; ум важней, чем сила; доспех — мне!» Греки присуждают доспех Одиссею, оскорбленный Аякс бросается на меч, и из крови его вырастает цветок гиацинт, на котором пятнышки складываются в буквы «AI» — скорбный крик и начало Аяксова имени.

Троя пала, Эней плывет с троянскими святынями на запад, на каждой своей стоянке он слышит рассказы о превращениях, памятные в этих дальних краях. Он ведет войну за Лаций, потомки его правят в Альбе, и оказывается, что окрестная Италия не менее богата сказаниями о превращениях, чем Греция.

Ромул основывает Рим и возносится в небеса — сам превращается в бога; семь столетий спустя Юлий Цезарь спасет Рим в гражданских войнах и тоже вознесется кометою — сам превратится в бога.

А покамест преемник Ромула, Нума Помпилий, самый мудрый из древних римских царей, слушает речи Пифагора, самого мудрого из греческих философов, и Пифагор объясняет ему и читателям, что же такое превращения, о которых сплетались рассказы в столь длинной поэме.

Ничто не вечно, — говорит Пифагор, — кроме одной лишь души. Она живет, неизменная, меняя телесные оболочки, радуясь новым, забывая о прежних. Душа Пифагора жила когда-то в троянском герое Евфорбе; он, Пифагор, это помнит, а люди обычно не помнят.

Из людских тел душа может перейти и в тела животных, и птиц, и опять людей; поэтому мудрый не станет питаться мясною пищей.

«Словно податливый воск, что в новые лепится формы, / Не пребывает одним, не имеет единого вида, / Но остается собой, — так точно душа, оставаясь / Тою же, — так говорю! — переходит в различные плоти».

А всякая плоть, всякое тело, всякое вещество изменчиво. Все течет: сменяются мгновенья, часы, дни, времена года, возрасты человека. Земля истончается в воду, вода в воздух, воздух в огонь, и снова огонь уплотняется в грозовые тучи, тучи проливаются дождем, от дождя тучнеет земля.

Читайте также:  Краткое содержание одоевский городок в табакерке точный пересказ сюжета за 5 минут

Горы были морем, и в них находят морские раковины, а море заливает когда-то сухие равнины; иссыхают реки и пробиваются новые, острова откалываются от материка и срастаются с материком.

Троя была могуча, а нынче в прахе, Рим сейчас мал и слаб, а будет всесилен: «В мире ничто не стоит, но все обновляется вечно».

Вот об этих вечных переменах всего, что мы видим в мире, и напоминают нам старинные рассказы о превращениях — метаморфозах.

Источник: Все шедевры мировой литературы в кратком изложении. Сюжеты и характеры. Зарубежная литература древних эпох, средневековья и Возрождения / Ред. и сост. В. И. Новиков. — М. : Олимп : ACT, 1997. — 848 с.

Источник: http://Kratkoe-Soderjanie.ru/ovidii/metamorfozy.html

Готовые школьные сочинения

марта 14 2011

Описание мифологических сюжетов в поэме Овидия «Метаморфозы»

Самым крупным произведением великого древнеримского поэта Овидия являются «Метаморфозы» («Превращения») — мифологическая поэма эпического характера, где в виде связного повествования объединены многочисленные эпизоды из римских легенд и мифов.

Задумывая это произведение, поэт ставил перед собой задачу создать поэтическую историю Вселенной — с момента превращения первичного Хаоса в материальный мир до превращения Юлия Цезаря в новую звезду и обожествления Октавиана Августа.

Однако попытки систематизировать огромный мифологический материал по хронологическому принципу не привели к успеху, и поэт ограничился размещением его по признакам внешней похожести сюжетов.

Произведение воплощает попытку поэта обратиться к теме прославления Рима и самого принцепса, однако, несмотря на глубокий замысел и всевозможные славословия и лесть Августу, в поэме проступают приверженность любовной тематике, ироничное отношение к морали и религии, легкость и игривость тона, риторическая окраска повествования. Из неисчерпаемой сокровищницы греко-римской мифологии поэт выбрал и обработал сюжеты, связанные со всевозможными перевоплощениями героев.

Нынче хочу рассказать про тела, превращенные в формы Новые. Боги, — ведь вы превращения эти вершили, — Дайте ж замыслу ход и мою от начала вселенной До наступивших времен непрерывную песнь доведите.

Овидий «Метаморфозы».

В «Метаморфозах» автор, широко используя многочисленные сказания и легенды, подчеркивает мысль о вечности жизни и ее непрерывной изменчивости и в то же время высказывает ироническое отношение к мифологическим богам и героям. Создавая поэтическую картину истории мира, он мастерски использует Гесиодову систему изменений столетий с целью противопоставления идеальной моральной чистоты древнего общества современной одичалости моральных обычаев:

…Сбежали и позор, и правда, и верность, А вместо них подлость появилась вместе с обманом… Вышли на мир и война, что и златом разрушает, и железом,

И в руках окровавленных оружием злостно гремит…

Среди многочисленных поэтических рассказов Овидия особое внимание привлекают легенды о Фаэтоне; о самовлюбленном Нарциссе, превратившемся в цветок; о полете Дедала и Икара; новеллы о Пигмалионе и Галатее; Пираме и Фисбе; идиллия о Филемоне и Бавкиде, сказание об Орфее и Эвридике.

Пересказывая без каких-либо существенных изменений содержание древних мифов, Овидий нередко придает им новое философское звучание, подчеркивая смелые дерзания человека, который стремится отстоять свое счастье в неравной борьбе с богами или же даже уподобиться им.

Это подчеркнуто, например в эпитафии на могиле Фаэтона:

Похороненный здесь Фаэтон, что отцовскую вел колесницу; Хоть и не удержал ее, но погиб в стремительном дерзании.

Каждый миф превращается у поэта в утонченную поэтическую новеллу, наполненную глубоким смыслом и неповторимыми яркими характерами, возвышенными, волнующими чувствами и жизненным драматизмом.

Здесь мы видим страдания матери, потерявшей своих детей (Ниоба); любовь художника, которая дает жизнь своему творению (Пигмалион и Галатея); силу искусства, которая побеждает смерть (Орфей и Эвридика); трагическую гибель влюбленных (Пирам и Фисба).

Глубоко поэтичным и гуманным является рассказ Овидия о Филемоне и Бавкиде, которые прожили вместе долгие годы, пронеся любовь друг к другу через всю свою жизнь, всегда открытые и добрые в своем отношении к родным и близким.

Однажды боги устроили им сложное моральное испытание: под видом бедных уставших странников попросили у них разрешения переночевать — и их встретили тепло и приветливо.

За это боги пообещали Филемону и Бавкиде исполнить самое сокровенное их желание и выполнили свое обещание, позволив им умереть одновременно, превратив Филемона и Бавкиду в два дерева, которые растут из одного корня.

Мастерское изложение Овидием самых неожиданных перевоплощений, тонкий психологический анализ характеров героев, неповторимая поэтичность речи позволили «Метаморфозам» завоевать большую любовь читателей во всем мире.
«Метаморфозы» Овидия принадлежат к числу величайших памятников античной литературы, которые оказали большое влияние на европейскую литературу и искусство в целом.

Произведения поэта собраны в восемь книг, в которых отразились основные этапы его жизни и творчества. При этом он никогда не повторялся, постоянно осваивая все новые и новые поэтические формы и темы.

В своем раннем творчестве «певец любви, певец богов», как называл его А. С. Пушкин, отразил различные грани любовного чувства. И каждая его новая книга отличалась новой трактовкой этой темы. Первым сборником Овидия стали «Любовные элегии», где автор выступал в образе изнеженного слуги Амура.

Как и было принято в жанре любовной лирики, он посвящает свои стихи возлюбленной, которую называет именем Корина. Он не обещает любимой несметных богатств, но неизменно восхваляет ее в своих стихах; он завидует даже кольцу, которое сам подарил ей, потому что оно теперь так близко к его возлюбленной.

При этом стихотворения Овидия наполнены юмором, иронией. Он признается в любви к Корине, но в то же время не прочь увлечься и рабыней, которая расчесывает ее волосы. А о себе он говорит как о «жертве страстей», которые швыряют его, словно челн. Поэт подшучивает над ревнивыми мужьями, которые шпионят за своими женами.

А истинно добродетельной называет ту женщину, которая верна не из страха или по принуждению, а благодаря внутренней порядочности.

Следующим его произведением является сборник «Героини» — поэтические письма мифических героинь своим возлюбленным. Здесь Овидий обнаруживает новую грань своего таланта — способность проникать в душевный мир женщины. Он вносит в уже известные сюжеты свою фантазию, воображение, с большей глубиной и полнотой раскрывая переживания своих героинь.

Однако поэт выступает не только знатоком женской психологии, но и знатоком нравов всего аристократического общества. Здесь любовь зачастую — лишь светское развлечение, участники которого как праздные молодые люди, так и великосветские матроны. Вместе с тем, автор не проходит мимо настоящих страстей и действительно серьезных чувств.

Такова его Пенелопа — олицетворение верной супруги:

Шлет Пенелопа, тоскуя, скитальцу привет Одиссею;
Ей не поможет ответ: сам поскорее явись.

На мифологические сюжеты была написана также трагедия «Медея», которая, к сожалению, не сохранилась до наших дней.

Следующим этапом творчества поэта стала дидактическая поэма «Наука любви», в которой автор дает практические советы желающим добиться любви. Овидий выступает теперь в роли эксперта, знатока, в назидательной форме дающего советы и рекомендации, а сама любовь рассматривается им как предмет, достойный изучения и анализа.

В этой книге проявляются такие качества поэта, как наблюдательность, тонкое знание мужской и женской психологии, остроумие. Он искусно сочетает шутливый и серьезный тон изложения, проявляет себя эрудитом в области истории и мифологии.

Вместе с тем он говорит о вечных ценностях, о том, что нравственные, моральные качества гораздо долговечнее внешней красоты; что следует развивать свой ум, воспитывать чувства, обогащать внутренний мир. И во всем сохранять чувство меры: «Искусство помогает, если оно скрыто».

За этой книгой последовало продолжение — «Средства от любви», где автор уже дает рекомендации тем, кто хочет избавиться от неразделенного чувства.
Совершенно новым, значительным этапом творчества Овидия стало его произведение «Метаморфозы», повествующее о различных превращениях людей, мифологических персонажей, зверей в

растения, камни, звезды и другие предметы. Мы видим здесь описание всей гаммы человеческих чувств, одухотворенные картины природы, насыщенную духовную жизнь древнего мира. Являясь подлинной энциклопедией мифов, эта поэма по своей жанровой природе не имеет аналогов в античной поэзии.

Автор преобразил известные сюжеты, придал им невероятную красочность, наглядность и достоверность. В книге заключен глубокий общечеловеческий смысл, отражена вся правда человеческих отношений.

Здесь есть все: любовь и ревность, коварство и великодушие, верная дружба и супружеская привязанность, материнская нежность и многое другое.

К моменту завершения работы над «Метаморфозами» произошло серьезное событие в жизни поэта — его сослали в ссылку.

До последнего времени достоверно не известны причины, побудившие Августа принять такое решение, но известно, что Овидий глубоко переживал свой вынужденный отъезд из Рима. Позже он описал свои впечатления в самых мрачных красках.

В ссылке им были написаны еще две знаменитые книги: «Скорбные элегии» и «Послания с Понта», которые явились зеркалом личных переживаний и глубоких размышлений поэта. В это время только поэзия оставалась для него отдушиной.

Здесь он глубоко задумывается над темой поэта и поэзии и приходит к выводу, что жизнь скоротечна, люди смертны, но поэзия бессмертна. Поэт велик своим творческим даром, в нем он обретает моральную опору, благодаря ему имя автора остается в веках:

И если истина есть в провиденье вещих поэтов,
То и по смерти, земля, я не достанусь тебе.

Эту тему — бессмертия и величия поэзии — Овидий поистине выстрадал всей своей насыщенной, изменчивой и порой непредсказуемой судьбой.

Нужна шпаргалка? Тогда сохрани – » Описание мифологических сюжетов в поэме Овидия «Метаморфозы» . Литературные сочинения!

Источник: http://www.testsoch.net/opisanie-mifologicheskix-syuzhetov-v-poeme-ovidiya-metamorfozy/

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector