Краткое содержание платонов третий сын точный пересказ сюжета за 5 минут

Третий сын. Андрей Платонов

Краткое содержание Платонов Третий сын точный пересказ сюжета за 5 минут

В областном городе умерла старуха. Ее муж, семидесятилетний рабочий на пенсии, пошел в телеграфную контору и дал в разные края и республики шесть телеграмм однообразного содержания: «Мать умерла приезжай отец».

Пожилая служащая телеграфа долго считала деньги, ошибалась в счете, писала расписки, накладывала штемпеля дрожащими руками.

Старик кротко глядел на нее через деревянное окошко красными глазами и рассеянно думал что то, желая отвлечь горе от своего сердца.

Пожилая служащая, казалось ему, тоже имела разбитое сердце и навсегда смущенную душу, — может быть, она была вдовицей или по злой воле оставленной женой.

И вот теперь она медленно работает, путает деньги, теряет память и внимание; даже для обыкновенного, несложного труда человеку необходимо внутреннее счастье.

После отправления телеграмм старый отец вернулся домой; он сел на табуретку около длинного стола, у холодных ног своей покойной жены, курил, шептал грустные слова, следил за одинокой жизнью серой птицы, прыгающей по жердочкам в клетке, иногда потихоньку плакал, потом успокаивался, заводил карманные часы, поглядывал на окно, за которым менялась погода в природе,-то падали листья вместе с хлопьями сырого, усталого снега, то шел дождь, то светило позднее солнце, нетеплое, как звезда, — и старик ждал сыновей.

Первый, старший сын прилетел на аэроплане на другой же день. Остальные пять сыновей собрались в течение двух следующих суток.

Один из них, третий по старшинству, приехал вместе с дочкой, шестилетней девочкой, никогда не видавшей своего деда.

Мать ждала на столе уже четвертый день, но тело ее не пахло смертью, настолько оно было опрятным от болезни и сухого истощения; давшая сыновьям обильную, здоровую жизнь, сама старуха оставила себе экономичное, маленькое, скупое тело и долго старалась сберечь его, хотя бы в самом жалком виде, ради того, чтобы любить своих детей и гордиться ими, — пока не умерла.

Громадные мужчины — в возрасте от двадцати до сорока лет — безмолвно встали вокруг гроба на столе. Их было шесть человек, седьмым был отец, ростом меньше самого младшего своего сына и слабосильнее его. Дед держал на руках внучку, которая зажмурила глаза от страха перед мертвой, незнакомой старухой, чуть глядящей на нее из-под прикрытых век белыми неморгающими глазами.

Сыновья молча плакали редкими, задержанными слезами, искажая свои лица, чтобы без звука стерпеть печаль. Отец их уже не плакал, он отплакался один раньше всех, а теперь с тайным волнением, с неуместной радостью поглядывал на могучую полдюжину своих сыновей.

Двое из них были моряками — командирами кораблей, один — московским артистом, один, у которого была дочка, — физиком, коммунистом, самый младший учился на агронома, а старший сын работал начальником цеха аэропланного завода и имел орден на груди за свое рабочее достоинство.

Все шестеро и седьмой отец, бесшумно находились вокруг мертвой матери и молчаливо оплакивали ее, скрывая друг от друга свое отчаяние, свое воспоминание о детстве, о погибшем счастье любви, которое беспрерывно и безвозмездно рождалось в сердце матери и всегда — через тысячи верст — находило их, и они это постоянно, безотчетно чувствовали и были сильней от этого сознания и смелее делали успехи в жизни. Теперь мать превратилась в труп, она больше никого не могла любить и лежала, как равнодушная чужая старуха.

Каждый ее сын почувствовал себя сейчас одиноко и страшно, как будто где-то в темном поле горела лампа на подоконнике старого дома, и она освещала ночь, летающих жуков, синюю траву, рой мошек в воздухе, — весь детский мир, окружающий старый дом, оставленный теми, кто в нем родился; в том доме никогда не были затворены двери, чтобы в него могли вернуться те, кто из него вышел, но никто не возвратился назад. И теперь точно сразу погас свет в ночном окне, а действительность превратилась в воспоминание.

Умирая, старуха наказала мужу-старику, чтобы священник отслужил по ней панихиду, когда она будет лежать дома, а уж выносить и опускать в могилу можно без попа, чтобы не обидеть сыновей и чтоб они могли идти за ее гробом.

Старуха не столько верила в бога, сколько хотела, чтобы муж, которого она всю жизнь любила, сильнее тосковал и печалился по ней под звуки пения молитв, при свете восковых свечей над ее посмертным лицом; она не хотела расстаться с жизнью без торжества и без памяти.

Старик после приезда детей долго искал какого-либо попа, наконец, привел под вечер одного человека — тоже старичка, одетого обыкновенно, по-штатскому, розового от растительной постной пищи, с оживленными глазами, в которых блестели какие-то мелкие целевые мысли.

Поп пришел с военной командирской сумкой на бедре; в ней он принес свои духовные принадлежности: ладан, тонкие свечи, книгу, епитрахиль и маленькое кадило на цепочке. Он быстро уставил и возжег свечи вокруг гроба, раздул ладан в кадиле и с ходу, без предупреждения, забормотал чтение по книге.

Находившиеся в комнате сыновья поднялись на ноги; им стало неудобно и стыдно чего-то. Они неподвижно, в затылок друг другу, стояли перед гробом, опустив глаза. Перед ними поспешно, почти иронически, пел и бормотал пожилой человек, поглядывая небольшими, понимающими глазами на гвардию потомков покойной старухи.

Он их отчасти побаивался, отчасти же уважал и, видимо, не прочь был вступить с ними в беседу и даже высказать энтузиазм перед строительством социализма. Но сыновья молчали, никто, даже муж старухи, не крестился, — это был караул у гроба, а не присутствие на богослужении.

Окончив скорую панихиду, поп быстро собрал свои вещи, потом загасил свечи, горевшие у гроба, и сложил все свое добро обратно в командирскую сумку.

Отец сыновей дал ему в руку денег, и поп, не задерживаясь, пробрался сквозь строй шестерых мужчин, не взглянувших на него, и боязливо скрылся за дверью.

В сущности же, он с удовольствием бы остался в этом доме на поминки, поговорил бы о перспективах войн и революций и надолго получил бы утешение от свидания с представителями нового мира, которым он втайне восхищался, но проникнуть в него не мог; он мечтал в одиночестве совершить когда-нибудь враз героический подвиг, чтобы прорваться в блестящее будущее, в круг новых поколений, — для этого он даже подал прошение местному аэродрому, чтобы его подняли на самую высокую высоту и оттуда сбросили вниз на парашюте без кислородной маски, — но ему не дали оттуда ответа.

Вечером отец постелил шесть постелей во второй комнате, а девочку-внучку положил на кровати рядом с собой, где сорок лет спала покойная старуха.

Кровать стояла в той же большой комнате, где находился гроб, а сыновья перешли в другую.

Читайте также:  Краткое содержание последний поклон астафьева точный пересказ сюжета за 5 минут

Отец постоял в дверях, пока его дети не разделись и не улеглись, а потом притворил дверь и ушел спать рядом с внучкой, всюду потушив свет. Внучка уже спала, одна на широкой кровати, укрывшись в одеяло с головой.

Старик постоял над ней в ночном сумраке; выпавший снег на улице собирал скудный рассеянный свет неба и освещал тьму в комнате через окна. Старик подошел к открытому гробу, поцеловал руки, лоб и губы жены и сказал ей: «Отдыхай теперь».

Он осторожно лег рядом с внучкой и закрыл глаза, чтобы сердце его все забыло. Он задремал и вдруг снова проснулся.

Из-под двери комнаты, где спали сыновья, проникал свет — там опять зажгли электричество, и оттуда раздавался смех и шумный разговор.

Девочка от шума начала ворочаться, может быть, она тоже не спала, только боялась высунуть голову из-под одеяла — от страха перед ночью и мертвой старухой.

Старший сын с увлечением, с восторгом убежденности говорил о пустотелых металлических пропеллерах, и голос его звучал сыто и мощно, чувствовались его здоровые, вовремя отремонтированные зубы и красная глубокая гортань.

Братья-моряки рассказывали случаи в иностранных портах и затем хохотали, что отец покрыл их сейчас старыми одеялами, которыми они накрывались еще в детстве и отрочестве. К этим одеялам сверху и снизу были пришиты белые полоски бязи с надписями «голова», «ноги», чтобы стелить одеяло правильно и грязным, потным краем, где были ноги, не покрывать лица.

Затем один моряк схватился с артистом, и они начали возиться по полу, как в детстве, когда они жили все вместе. Младший же сын подзадоривал их, обещая принять их обоих на одну свою левую руку. Видимо, все братья любили друг друга и радовались своему свиданью. Уже много лет они не съезжались все вместе и в будущем неизвестно, когда еще съедутся.

Может быть, только на похороны отца? Развозившись, два брата опрокинули стул, тогда они на минуту притихли, но, вспомнив, видимо, что мать мертвая, ничего не слышит, они продолжали свое дело. Вскоре старший сын попросил артиста, чтобы он спел что-нибудь вполголоса: он ведь знает хорошие московские песни.

Но артист сказал: что ему трудно начать ни с того, ни с сего, ни под слово. «Ну, закройте меня чем-нибудь», — попросил московский артист. Ему накрыли чем-то лицо, и он запел из-под прикрытия, чтоб не было стыдно начинать. Пока он пел, младший сын что-то предпринял там, отчего другой его брат сорвался с кровати и упал на третьего, лежавшего на полу.

Все засмеялись и велели младшему немедленно поднять и уложить упавшего одной левой рукой. Младший тихо ответил своим братьям, и двое из них захохотали — так громко, что девочка-внучка высунула свою голову из-под одеяла в темной комнате и позвала:

— Дедушка! А дедушка! Ты спишь?

— Нет, я не сплю, я ничего, — сказал старик и робко покашлял. Девочка не сдержалась и всхлипнула. Старик погладил ее по лицу: оно было мокрое.

— Ты что плачешь? — шепотом спросил старик.

Мне бабушку жалко, — сказала внучка. — Все живут, смеются, а она одна умерла.

Старик ничего не сказал. Он то сопел носом, то покашливал. Девочке стало страшно, она приподнялась, чтобы лучше видеть деда и знать, что он не спит. Она разглядела его лицо и спросила:

— А почему ты тоже плачешь? Я перестала. Дед погладил ей головку и шепотом ответил:

— Так… Я не плачу, у меня пот идет.

Девочка сидела на кровати около изголовья старика.

— Ты по старухе скучаешь? — говорила она. — Лучше не плачь: ты старый, скоро умрешь, тогда все равно не будешь плакать.

— Я не буду, — тихо отвечал старик.

В другой шумной комнате вдруг наступила тишина. Кто-то из сыновей перед этим что-то сказал. Там все сразу умолкли. Один сын опять что-то негромко произнес. Старик по голосу узнал третьего сына, ученого-физика, отца девочки. До сих пор не слышно было его звука: он ничего не говорил и не смеялся. Он чем-то успокоил всех своих братьев, и они перестали даже разговаривать.

Вскоре оттуда открылась дверь и вышел третий сын, одетый как днем! Он подошел к матери в гробу и наклонился над ее смутным лицом, в котором не было больше чувства ни к кому.

Стало тихо из-за поздней ночи. Никто не шел и не ехал по улице. Пять братьев не шевелились в другой комнате. Старик и его внучка следили за своим сыном и отцом, не дыша от внимания.

Третий сын вдруг выпрямился, протянул руку во тьме и схватился за край гроба, но не удержался за него, а только сволок его немного в сторону, по столу, и сам упал на пол. Голова его ударилась, как чужая, о доски пола, но сын не произнес никакого звука, — закричала только его дочь.

Пять братьев в белье выбежали к своему брату и унесли его к себе, чтобы привести в сознание и успокоить. Через несколько времени, когда третий сын опомнился, все другие сыновья уже были одеты в свою форму и одежду, хотя шел лишь второй час ночи.

Они поодиночке, тайно разошлись по квартире, по двору, по всей ночи вокруг дома, где жили в детстве, и там заплакали, шепча слова и жалуясь, точно мать стояла над каждым, слышала его и горевала, что она умерла и заставила своих детей тосковать по ней; если б она могла, она бы осталась жить постоянно, чтоб никто не мучился по ней, не тратил бы на нее своего сердца и тела, которое она родила. Но мать не вытерпела жить долго.

Утром шестеро сыновей подняли гроб на плечи и понесли его закапывать, а старик взял внучку на руки и пошел им вслед; он теперь уже привык тосковать по старухе и был доволен и горд, что его также будут хоронить эти шестеро могучих людей, и не хуже.

Источник: http://smartfiction.ru/prose/third_son/

Краткое содержание Возвращение Платонов

Прослужив всю войну, гвардии капитан Алексей Алексеевич Иванов убывает из армии по демобилизации. На станции, долго дожидаясь поезда, он знакомится с девушкой Машей, дочерью пространщика, которая служила в столовой их части.

Двое суток они едут вместе, и еще на двое суток Иванов задерживается в городе, где Маша родилась двадцать лет назад. На прощание Иванов целует Машу, запоминая навсегда, что ее волосы пахнут, “как осенние павшие листья в лесу”.

Читайте также:  Краткое содержание оперы моцарта свадьба фигаро точный пересказ сюжета за 5 минут

Через день на вокзале родного города Иванова встречает сын Петрушка. Ему уже пошел двенадцатый год, и отец не сразу узнает своего ребенка в серьезном подростке. Жена Любовь Васильевна ждет их на крыльце дома. Иванов обнимает жену, чувствуя забытое и знакомое тепло любимого человека.

Дочь, маленькая Настя, не помнит отца и плачет. Петрушка одергивает ее: “Это отец наш, он нам родня!” Семья начинает готовить праздничное угощение. Всеми командует Петрушка – Иванов удивляется, какой взрослый и по-стариковски мудрый у него сын.

Но ему больше нравится маленькая кроткая Настя. Иванов спрашивает жену, как они здесь жили без него. Любовь Васильевна стесняется мужа, как невеста: она отвыкла от него.

Иванов со стыдом чувствует, что ему что-то мешает всем сердцем радоваться возвращению, – после долгих лет разлуки он не может сразу понять даже самых родных людей.

Семья сидит за столом.

Отец видит, что дети едят мало. Когда сын равнодушно объясняет: “А я хочу, чтоб вам больше досталось”, – родители, содрогнувшись, переглядываются. Настя прячет кусок пирога – “для дяди Семена”. Иванов расспрашивает жену, кто такой этот дядя Семен.

Любовь Васильевна объясняет, что у Семена Евсеевича немцы убили жену и детей, и он попросился к ним ходить играть с детьми, и ничего дурного они от него не видели, а только хорошее… Слушая ее, Иванов улыбается по-недоброму и закуривает.

Петрушка распоряжается по хозяйству, указывает отцу, чтобы он завтра стал на довольствие, – и Иванов чувствует свою робость перед сыном.

Вечером после ужина, когда дети ложатся спать, Иванов выпытывает у жены подробности жизни, которую она провела без него. Петрушка подслушивает, ему жалко мать.

Этот разговор мучителен для обоих – Иванов боится подтверждения своих подозрений в неверности жены, но она откровенно признается, что с Семеном Евсеевичем у нее ничего не было. Она ждала своего мужа и только его любила.

Лишь однажды, “когда совсем умирала ее душа”, с ней стал близким один человек, инструктор райкома, но она пожалела, что позволила ему быть близким. Она поняла, что только с мужем может быть спокойной и счастливой. “Без тебя мне некуда деться, нельзя спасти себя для детей… Живи с нами, Алеша, нам хорошо будет!” – говорит Любовь Васильевна.

Петрушка слышит, как отец стонет и с хрустом раздавливает стекло лампы. “В сердце ты ранила меня, а я тоже человек, а не игрушка…” Утром Иванов собирается. Петрушка выговаривает ему все про их тяжелую жизнь без него, как мать его ждала, а он приехал, и мать плачет.

Отец сердится на него: “Да ты еще не понимаешь ничего!” – “Ты сам не понимаешь. У нас дело есть, жить надо, а вы ругаетесь, как глупые какие…” И Петрушка рассказывает историю про дядю Харитона, которому изменяла жена, и они тоже ругались, а потом Харитон сказал, что у него тоже много было всяких на фронте, и они с женой посмеялись и помирились, хотя Харитон все выдумал про свои измены… Иванов с удивлением слушает эту историю.

Он уходит утром на вокзал, выпивает водки и садится на поезд, чтобы ехать к Маше, у которой волосы пахнут природой. Дома Петрушка, проснувшись, видит одну только Настю – мать ушла на работу. Расспросив Настю, как уходил отец, он на минуту задумывается, одевает сестру и ведет ее за собой.

Иванов стоит в тамбуре поезда, который проезжает недалеко от его дома. У переезда он видит фигурки детей – тот, кто побольше, тащит быстро за собой меньшего, не успевающего перебирать ножками. Иванов уже знает, что это – его дети.

Они далеко позади, и Петрушка по-прежнему волочит за собой непоспевающую Настю. Иванов кидает вещевой мешок на землю, спускается на нижнюю ступень вагона и сходит с поезда “на ту песчаную дорожку, по которой бежали ему вослед его дети”.

Вариант 2

Рассказ Андрея Платоновича “Возвращение” начинается с того, как капитан гвардии Алексей Алексеевич Иванов, возвращается к себе домой после демобилизации из армии. Придя на станцию и ожидая поезд, капитан знакомится с прекрасной девушкой Машей. Ей было всего двадцать лет.

Она была дочерью пространщика и работала в столовой. Машенька очень сильно понравилась Иванову. Пробыв вместе два дня в поезде, бывшему военнослужащему захотелось еще остаться на пару дней в родном городе Маши.

Когда Иванов прощался с девушкой, он ее поцеловал и запомнил, как ее волосы пахли осенними павшими листьями.

Через сутки капитан приезжает в свой родной город, где на вокзале его встречает сын Петрушка. Мальчишке уже было двенадцать лет, и отец сначала не узнал в серьезном юноше своего ребенка. На крыльце дома дожидалась Иванова его жена Любовь Васильевна. Капитан, крепко обнял ее, при этом почувствовал знакомое тепло и запах родного человека.

В этот момент дочь Иванова Настя стала плакать, не узнав отца, а Петрушка стал ее успокаивать. Дальше семья начинает готовить ужин, в котором самым главным был двенадцатилетний мальчик. Иванов удивлялся ему, но больше ему понравилась Настенька. Капитан гвардии стал расспрашивать жену об их жизни без него, но та, отвыкнув от мужа, стала стесняться.

Алексей понимает, что ему что-то мешает радоваться своему возвращению домой и что после долгих лет, он не может понять родных. Уже сидя за столом, отец видит, что его дети едят мало, на что Петрушка ответил: “Я хочу, чтобы Вам больше досталось”. Тогда родители содрогнулись и стали переглядываться между собой.

В это время Настенька спрятала кусочек пирога для дяди Семена. Иванов стал расспрашивать у жены кто он такой, и та рассказала ему, что это человек потерял всех своих родных. Семен также попросил Любовь Васильевну играть с ее детьми. Слушая жену, капитан стал нехорошо улыбаться.

В это время Петрушка указывает отцу, чтобы тот стал на довольствие, – и капитан гвардии почувствовал робость перед сыном.

После ужина дети легли спать, а Алексей давай выпытывать у своей жены как она жила без него все это время. Он боялся, что его подозрения насчет измены своей супруги оправдаются. Любовь Алексеевна рассказала, что с Семеном у них нечего не было, но один раз она поддалась искушению с инструктором райкома.

Но она сожалеет об этом. А в это время Петрушка все подслушивал. И когда отец собирается уйти, он все высказывает ему, как трудно было им без него и что другие люди тоже ссорятся, но мирятся, потому что у них никого не осталось, кроме их самих.

Читайте также:  Краткое содержание лондон мексиканец точный пересказ сюжета за 5 минут

Капитан с удивлением слушал своего сына, но все-таки решает уехать.

Следующим утром Алексей идет на вокзал, выпивает водки и садится в вагон, чтобы поехать к Маше. В то время Петрушка увидел, что нет отца. Он будит Настю, одевает ее и идет на вокзал.

Рассказ заканчивается тем, как Иванов стоит в тамбуре, который проезжает недалеко от его дома. Там вдалеке, он видит силуэты своих детей, которые пытаются догнать поезд.

Тогда Алексей Иванов кидает вещевой мешок на землю, а сам сходит с поезда и идет навстречу своим детям.

Источник: https://rus-lit.com/kratkoe-soderzhanie-vozvrashhenie-platonov/

Краткое содержание «Волшебное кольцо» Платонова А.П

Жила-была крестьянка и был у нее сын Семен. Жили бедно: и одежонка латаная, и есть бывало нечего.Получал Семен в городе пенсию за отца — копейку в месяц.Однажды идет Семен с этой копейкой и видит: один человек собрался удавить щеночка — маленького, беленького.Пожалел парень собачку и выкупил ее.

Мать бранится, дескать, коровы в доме нет, а он собак покупает!— Ничего, мама,— отвечает ей сын,— и щенок скотина, не мычит, так брешет.Через месяц Семен получил две копейки — прибавка вышла.Глядь, на дороге тот же человек кошку мучает. Выкупил он кошку за две койейки. Мать пуще прежнего бранилась.

В третий раз получил Семен три копейки — опять прибавка вышла. За эти три копейки выкупил он у того же мужика змею, которую тот собирался удавить. Змея говорит:— Не жалей, Семен, что последние деньги на меня потратил. Я не простая змея, а я змея Скарапея. Без тебя пришла бы мне смерть, а за спасение мой отец тебя отблагодарит.

Мать при виде змеи даже браниться не стала — испугалась и залезла на печку.Невзлюбила мать Скарапею. То есть ей не даст и воды не поставит, то на хвост наступит.Тогда змея попросила Семена проводить ее в змеиное царство к отцу своему — змеиному царю. Велела золота в награду не брать, а попросить кольцо с его руки.

На том кольце змеиная головка выдавлена и два зеленых камня, как глаза, горят.Змеиный царь задумался… Однако отдал Семену кольцо и сказал шепотом на ухо, как надо действовать, чтобы вызвать волшебную силу.Пришел Семен домой, ночью переменил змеиное кольцо с пальца на палец, и в тот же момент явились перед ним двенадцать молодцев.

— Здравствуй, новый хозяин! — говорят.— Чего тебе надобно?— А насыпать, братцы, муки амбар, да сахару, да масла немного.Проснулся Семен наутро, видит — мать корки сухие размачивает…А Семен ей:

— Поставила бы тесто и пирогов бы напекла.

— Очнись, сынок! У нас второе лето муки и горсти нету.Семен настоял, пошла мать к амбару, распахнула дверь — и головой в муку так и упала.«С тех пор они стали жить сытно. Половину муки Семен продал и купил на все деньги говядины, так у них и кошка с собакой каждый день котлеты ели, шерсть у них лосниться стала».Однажды увидел Семен во сне прекрасную девицу, оказалось, что это царская дочь.

Послал Семен мамашу царскую дочь сватать. А молодцам велел хоромы ему построить, и чтоб для мамани отдельные покои были и перина пуховая.«Приходит она в царскую избу, в столовую горницу. Царь с царицей в тот час чай пили и на блюдца дули, а молодая царевна в своей девичьей горенке приданое перебирала в сундуках».Царь с царицей и царевной от мужицкого сына нос воротят, а мамаша настаивает.

Тогда царь уловку придумал: пусть от дома своего крестьянский сын до царского крыльца мост хрустальный построит.

Молодцы не только мост построили через все реки и овраги, а еще сделали так, чтоб по мосту самосильная машина ходила.Приехал Семен на этой машине, усадил туда царя и царицу, а придворные на запятки вскочили.— Ой, тошно! — шумит царица. — Ох, укачало,.

растрясло и растрепало! Ой, шут с тобой, где ты есть, жених-то? Бери девку, а мы-то уж обратно пешком пойдем!Оженили Семена на царской дочери. Сначала они хорошо жили, в согласии. Однажды пошли погулять в лес да и заснули под деревом. Мимо Аспид проходил — сын змеиного царя, брат Скарапеи. Он сам хотел кольцом завладеть, да царь ему не давал.

Вот Аспид обернулся прекрасной девицей. Решил, что Семен к нему от жены перекинется с кольцом вместе. Но Семен верным оказался. Прогнал проклятого.Обратился тогда Аспид в прекрасного юношу. И Семенова жена перед его красотой не устояла. Подговорил Аспид неверную жену вызнать у Семена действие волшебного кольца.

Семен рассказал жене про свое кольцо и дал ей его поносить. Жена тут же велела и мост, и хоромы перенести к новому ее мужу — Аспиду.Проснулся Семен с матерью — ничего у них нет, одна худая изба и амбар пустой, как прежде было. Да еще кошка и собака при них.Вспомнил тогда Семен, что мать ему говорила: «Не женись на царевне — не будет счастья».

Царь велел Семена в тюрьму посадить.Мать старуха пошла побираться. «Под одним окошком хлеба попросит, под другим съест».Кошка с собакой решили кольцо у царевны забрать. Собака нюхом своим дорогу вызнала к царевниным хоромам. Кошка в спальню пробралась, глядь — а кольцо у царевны во рту, чтоб не украли.Кошка мышку поймала, пригрозила и научила, что делать.

Влезла мышка на кропать, неслышно прошла по царевне и стала своим хвостиком щекотать у нее в носу. Царевна чихнула — кольцо на пол упало и покатилось.

А кошка хвать кольцо и в окно.

Побежали кошка и собака домой. Кошка волшебное кольцо держит под языком, рта не разевает. Вот река перед ними. А за рекой — Семенова изба.Собака усадила кошку на спину да поплыла. И все напоминает:— Смотри, кошка, не говори: кольцо утопишь. Молчи лучше!Кошка не утерпела и сказала:— Да я молчу!— и уронила кольцо в реку.

Стали они на берегу спорить, кто виноват.

«А тут рыбаки вытащили сетью рыбу на берег и стали ее потрошить. Увидели они, что кошка с собакой не ладят, подумали, что голодные, и бросили им рыбьи внутренности.Схватили кошка с собакой рыбьи внутренности, стали есть, съели немного, вдруг — хряп!— твердое попалось.

Глядят — кольцо!»Забралась кошка к Семену в каземат, мяукнула и обронила на пол волшебное кольцо.Поднял Семен кольцо и вызвал двенадцать молодцев.Семен вернул себе свои хоромы и мост хрустальный.

Аспид от злости, что кольцо пропало, превратился в гадюку и уже не мог вернуть себе свой прежний облик, потому что очень уж был злобен.

Семен решил теперь себе жену взять из деревни — так вернее.

Источник: http://lit-helper.com/p_Kratkoe_soderjanie_Volshebnoe_kol-co_Platonova_A_P

Ссылка на основную публикацию