Краткое содержание летят мои кони васильева точный пересказ сюжета за 5 минут

Краткое содержание Летят мои кони Васильева точный пересказ сюжета за 5 минутActionTeaser.ru – тизерная реклама

Краткое содержание рассказа Б. Васильева «Экспонат №».Игорёк ушёл на фронт утром 2 октября 1941 года. Его провожала вся коммунальная квартира.

Сосед Володя, отправленный в тыл с тяжёлым ранением, давал ему мужские советы — больше это сделать было некому, у Игоря не было отца.

Стоя в распахнутых дверях коммуналки, Анна Фёдоровна провожала взглядом гибкую мальчишескую спину сына.

Она получила от Игорька единственное письмо, в котором он писал о войне и просил прислать адрес Риммы из соседнего подъезда — хотел, как другие солдаты, получать письма от девушки.

Второе письмо Анна Фёдоровна получила от сержанта Вадима Переплётчикова. Он писал о гибели своего друга Игоря. Ещё через неделю пришла похоронка. Оплакав сына, Анна Фёдоровна «перестала кричать и рыдать навсегда».Раньше она была счетоводом, но в 1941 добровольно пошла работать сцепщиком на Савеловский вокзал, да так там и осталась.

Своими продуктовыми карточками женщина делилась с пятью осиротевшими семьями своей квартиры, вместительная кухня которой «горько справляла коммунальные поминки». Пятеро овдовевших женщин «живой стеной» ограждали от смерти своих детей.Из всех мужчин коммуналки домой вернулся только Володя. Вскоре он женился на Римме из соседнего подъезда.

Анна Фёдоровна с трудом смирилась с этим — для неё Римма была девушкой Игорька. Каждый вечер она перечитывала письма от Игорька и сержанта Переплётчикова. Бумага совсем истрепалась, и Анна Фёдоровна сделала копии, которые лежали в папке на тумбочке. Оригиналы она спрятала в шкатулку, где хранились вещи сына.Соседи не забывали об Анне Фёдоровне.

Только один раз обида «пробежала чёрной кошкой». Владимир, на свадьбе которого Анна Фёдоровна была посажённой матерью, обещал назвать своего первенца Игорем, но Римма была против и тайком записала сына Андреем — в честь погибшего отца. Почти полгода женщина не замечала малыша. Однажды Андрюшка заболел.

Молодая мама прибежала за помощью к Анне Фёдоровне, и с тех пор она стала для мальчика «самой настоящей бабкой». Римма пообещала назвать Игорем своего следующего ребёнка, но родилась девочка Валечка.Шло время, жители коммуналки менялись, и только две семьи не трогались с места. Владимир и Римма понимали, что Анна Фёдоровна никогда не уедет из квартиры, где вырос её сын.

«К началу шестидесятых им в конце концов удалось заполучить всю пятикомнатную квартиру» с условием, что одна комната будет переделана в ванную. На семейном совете решили, что вышедшая на пенсию Анна Фёдоровна больше работать не будет, останется за внуками приглядывать.Письма женщина перечитывала каждый вечер. Это превратилось в необходимый ей ритуал.

Письма звучали для Анны Фёдоровны голосами сына и незнакомого ей сержанта, только похоронка всегда оставалась безмолвной, как могильная плита. Женщина не решалась признаться в этой привычке помолодевшей квартире.В 1965-м, к юбилею Победы, по телевизору показывали много военной хроники, которую Анна Фёдоровна никогда не смотрела.

Только однажды она бросила взгляд на экран, и ей показалось, что там мелькнула узкая мальчишеская спина Игорька. С тех пор женщина целыми днями сидела вплотную к маленькому экранчику телевизора «КВН», надеясь ещё раз увидеть сына. Это не прошло для неё даром. Анна Фёдоровна начала слепнуть, и вскоре письма перестали звучать.

Очки, прописанные окулистом, помогали ходить, но читать она больше не могла.К этому времени инженер-строитель Андрей женился и переехал, а Валя, ставшая врачом, «без всякого замужества родила девочку». Для окончательно ослепшей Анны Фёдоровны безотцовщина Танечка стала последней радостью. Когда Танечка научилась читать, женщина показала ей заветные письма.

Теперь девочка читала их вслух каждый вечер, и голоса писем вернулись. Анна Фёдоровна вспоминала первые шаги сына, его первый вопрос «А где папа?». С отцом Игорька женщина не была расписана, он бросил её, когда сыну исполнилось три года. Она обменяла свою большую комнату и оказалась в коммуналке, где назвалась вдовой.

Анна Фёдоровна вспоминала о том, как Игорь с Володей убежали в Испанию, бить фашистов, его школьные годы, и жизнь после его гибели.Вскоре справили восьмидесятилетие Анны Фёдоровны. Римма пригласила всех, кто ещё помнил Игорька, и женщина была счастлива. Минул 1985 год, очередная годовщина Победы.

Однажды к Анне Фёдоровне пришли пионеры, мальчик и две девочки, и попросили показать письма. Затем одна из девочек начала требовать, чтобы Анна Фёдоровна отдала письма в школьный музей. Она считала, что письма женщине не нужны, поскольку она уже стара и скоро умрёт, а их звену эти документы необходимы, чтобы выполнить план.

Анне Фёдоровне была неприятна наглая напористость пионерки. Она отказала и прогнала детей.Вечером выяснилось, что письма пропали. Их украли пионеры. Анна Фёдоровна смутно помнила, как они шептались у комода, где лежала шкатулка. Вокруг Анны Фёдоровны воцарилась тишина. Она больше не слышала голос сына. Но вскоре зазвучал другой голос, громкий, официальный — это заговорила похоронка. Слёзы продолжали медленно течь по щекам Анны Фёдоровны даже после того, как она умерла.

А письмам в школьном музее места не нашлось. Их отложили про запас, пометив надписью «Экспонат №».

ActionTeaser.ru – тизерная рекламаActionTeaser.ru – тизерная рекламаActionTeaser.ru – тизерная реклама

Источник: http://tvory.info/sochineniya-po-russkomu/index.php/kratkoe-soderzhanie/kratkoe-soderzhanie-proizvedenij-7-klass/4765-eksponat-kratkoe-soderzhanie-kratkij-pereskaz

Егэ 5 аргументов из книги б.васильева “летят мои кони”

          Я уже смутно помню этого сутулого худощавого человека, всю жизнь представлявшегося мне стариком. Опираясь о большой зонт, он неутомимо от зари до зари шагал по обширнейшему участку. Это был район бедноты, сюда не ездили извозчики, да у доктора Янсена на них и денег-то не было.

А были неутомимые ноги, великое терпение и долг. Неоплатный долг интеллигента перед своим народом. И доктор бродил по доброй четверти губернского города Смоленска без выходных и без праздников, потому что болезни тоже не знали ни праздников, ни выходных, а доктор Янсен сражался за людские жизни.

Зимой и летом, в слякоть и вьюгу, днём и ночью.

          Врачебный и человеческий авторитет доктора Янсена был выше, чем можно себе вообразить в наше время. Он обладал редчайшим даром жить не для себя, думать не о себе, заботиться не о себе, никогда никого не обманывать и всегда говорить правду, как бы горька она ни была.

Такие люди перестают быть только специалистами: людская благодарная молва приписывает им мудрость, граничащую со святостью. И доктор Янсен не избежал этого. Человек, при жизни возведенный в ранг святого, уже не волен в своей смерти, если, конечно, этот ореол святости не создан искусственным освещением.

Доктор Янсен был святым города Смоленска, а потому и обреченным на особую, мученическую смерть. Нет, не он искал героическую гибель, а героическая гибель искала его.

          Доктор Янсен задохнулся в канализационном колодце, спасая детей.

          В те времена центр города уже имел канализацию, которая постоянно рвалась, и тогда рылись глубокие колодцы. Над колодцами устанавливался ворот с бадьей, которой откачивали просочившиеся сточные воды.

Процедура была длительной, рабочие в одну смену не управлялись, все замирало до утра, и тогда бадьей и воротом завладевали мы.

Нет, не в одном катании — стремительном падении, стоя на бадье, и медленном подъеме из тьмы — таилась притягательная сила этого развлечения.

          Провал в преисподнюю, где нельзя дышать, где воздух перенасыщен метаном, впрямую был связан с недавним прошлым наших отцов, с их риском, их разговорами, их воспоминаниями. Наши отцы прошли не только гражданскую, но и мировую, «германскую» войну, где применялись реальные отравляющие вещества.

          И мы, сдерживая дыхание, с замирающим сердцем летели в смрадные дыры, как в газовую атаку.

          Обычно на бадью становился один, а двое вертели ворот. Но однажды решили прокатиться вдвоем, и веревка оборвалась. Доктор Янсен появился, когда возле колодца метались двое пацанов.

Отправив их за помощью, доктор тут же спустился в колодец, нашел уже потерявших сознание мальчишек, сумел вытащить одного и, не отдохнув, полез за вторым. Спустился, понял, что еще раз ему уже не подняться, привязал мальчика к обрывку веревки и потерял сознание.

Мальчики пришли в себя быстро, но доктора Янсена спасти не удалось.

          Так погиб последний святой города Смоленска, ценою своей жизни оплатив жизнь двух мальчиков, и меня потрясла не только его смерть, но и его похороны. Весь Смоленск от мала до велика хоронил своего Доктора.

5 аргументов из рассказа И.Бунина “Красавица” (внешняя и внутренняя красота, равнодушие, безразличие, одиночество, семья, детство)

Источник: http://uchimcauchitca.blogspot.com/2017/05/5_3.html

Книга «Летят мои кони… (сборник)»

Читая первые 20 страниц этой книги, я постоянно пыталась отвлечься, разгрузиться, осознать прочитанное.

Каждый раз я с силой отрывала глаза от текста и, как будто в этот момент происходило невообразимое волшебство, мысленно проговаривала: вот это книга! Не знаю почему, но меня просто распирала радость изнутри.

Даже описать ничего было не возможно: ни содержания, ни полученного удовольствия, – как их можно было бы описать другими словами? Как можно было бы уложить все это в другой форме?

Он рассказывал о таком родном и понятном, но это заставляло трепетать сердце внутри.

Да, каждый человек знает то, о чем он говорит, в глубине своей души, но когда об этом говорит умный человек, ты чувствуешь, как его слова вливаются в твой мозг, твое сознание, как его слова становятся твоими мыслями, твоими рассуждениями, основой твоего миропонимания.

Читая все это, я действительно была счастлива. О чем он говорил? Было не так важно. Важно было, что он говорил и говорил, он пел этими словами. Пел об истории, о дружбе народов, о добре, о героизме, о книгах…

Но первые эти 20 страниц закончились. Начались вторые 20 страниц. Меня понемногу отпустило.

Васильев рассказывал о детстве, о бабушке и кинематографе, об отце и любви к биографиям известных мореплавателей, с которой началась и любовь к познанию, истории, литературе и географии, к военному делу. Читаешь и живешь этим. Как будто бы вспоминаешь то, что когда-то происходило с тобой.

Писатель впускает тебя в свой мир, делится первыми успехами и неудачами, рассказывает о некоторых впечатлениях, много говорит об окружающих людях, которым он благодарен. Снова говорит о добре…

Он рассказывал о том, как написал повесть. Не совсем первую, но значимую. И так интересно рассказывал, ведь именно с той повести, как он сам выразился, он стал писателем. И когда он упомянул, как ей выбирали название, и я поняла, о какой повести он говорит, мой мир немного наклонился. “А зори здесь тихие…”.

Я ведь как раз эту повесть и читаю сейчас! И дочитывать ее, я уверена, я буду уже совершенно по-другому. Теперь я знаю автора лично, теперь я знакома с его состоянием, в котором он писал ее, и с успехом, который последовал за публикацией. Теперь я дочитываю ее, будто написал кто-то мне очень близкий, давно знакомый человек.

Читайте также:  Краткое содержание гесиод теогония, или о происхождении богов точный пересказ сюжета за 5 минут

Теперь я знаю об авторе немного больше. Я рада.

Не могу не похвастаться тем, что в этой повести, да, там было много фамилий, но там встретилась и моя, и мой город. Повеяло от нее родными горизонтами. Кто знает, может, мой дед лично знаком с Васильевым и ставил его пьесу!

Источник: https://www.livelib.ru/book/1000470934-letyat-moi-koni-sbornik-boris-vasilev

Борис Васильев, «Летят мои кони»: краткое содержание книги

Как пронзительную исповедь, как итог всей своей жизни написал Борис Васильев «Летят мои кони».

Краткое содержание повести составить трудно, ведь в произведении нет ничего лишнего. Книга написана сжато (только самое запомнившееся, яркое, главное) о себе, своей семье, своем времени, пути в творчество.

Повесть в 36 страниц, но прочитать получается примерно за четыре часа. Ведь пишет автор с трепетом о самом сокровенном, самом дорогом для себя. Поэтому не однажды невольно останавливаешься и задумываешься на фразах автора.

Его мысли, сравнения лаконичны и глубоки.

Предельно откровенно рассказал о своей жизни Борис Васильев («Летят мои кони»). Краткое содержание книги − образное переосмысление всей жизни, выражение глубокой человеческой благодарности родителям и людям, благодаря которым ему удалось реализовать свое призвание.

Образы этих людей, созданные настоящим мастером слова, завораживают своей неповторимостью.

Пересказывать повесть можно многовариантно. Нельзя только одного: допустить равнодушия. Это просто невозможно сделать, обсуждая повесть, в которую писатель вложил всего себя, действительно являющуюся «кубическим куском дымящейся совести». Такую книгу стоит держать у себя в библиотеке как друга − советчика и вдохновителя.

Васильев о внутренней потребности написать повесть

Так с чего начать рассказ о том, что поведал о себе Борис Васильев («Летят мои кони»)? Краткое содержание повести начнем излагать с образного обоснования автором, почему он взялся за написание книги.

Он мотивировал это сравнением жизни человеческой с дугообразным мостом, переброшенным через реку бытия. Если следовать этой аналогии, то детство, молодость уходят на то, чтобы подниматься вверх, но этот подъем с годами сменяется спуском.

Поэтому важно не опоздать вспомнить и запечатлеть все, что было дорого в детстве и юности. Ведь эти годы очень важны.

Именно на данном промежутке, по мнению автора повести, складывается аспект сущности человека − каким он будет. А уж дальше, во взрослой жизни, формируется другой аспект его личности − кто он есть.

И вот на нисходящей траектории движения по этому мосту есть точка условного невозврата. Человек, оглянувшись, уже не сможет увидеть путь, преодоленный в детстве и юности.

Переосмысление возраста

Эпиграфом произведения служит сухая строка, являющаяся стандартным началом любой автобиографии, свидетельствующая о рождении его автора: 21.05.1924 г. Впрочем, эпиграф контрастирует с первой же строкой повести «Летят мои кони».

Борис Васильев пишет том, что едет с ярмарки. Эта фраза является лейтмотивом повести, она повторяется не однажды.

Что это означает в буквальном смысле? Ярмарка выступает собирательным образом восходящих пролетов «моста жизни»: детства, молодости, активной зрелости.

О необычном багаже, состоящем из вещей нематериальных, рассказывает автор в повести «Летят мои кони». Весь текст, словно лоскутное одеяло, состоит из ярких воспоминаний, впечатлений и захватывающих размышлений.

Смоленск − малая родина писателя

Воспоминания свои Борис Львович тесно связывает с родным городом Смоленском. С детства Васильев мечтал быть историком. С благодарностью он вспоминает школьных учителей, воспитывающих гражданственность и любовь к малой родине. Это был период смены двух эпох. Страна отходила от ран гражданской войны.

Древний город, когда-то выросший на пути из варяг в греки, был интернационален: русские, поляки, литовцы, евреи… Польские кварталы, латышские улицы, татарские пригороды… Писатель сравнивает с плотом вечно пограничный Смоленск, соседствовавший в разные времена с Литвой, Речью Посполитой, и через который проходила черта оседлости.

Разные люди составили население города-плота, спасаясь от произвола, преследования…

Детские воспоминания

О том, как изголодавшиеся по миру разные люди не делили себя на победителей и побежденных, а помогали друг другу, рассказывает повесть «Летят мои кони».

Борис Васильев по-детски ярко и образно рассказывает об улицах города с сотнями ломовых извозчиков; с восхищением повествует о руинах средневековой темницы в Лопатинском саду, о месте, где по приказу Святополка зарезали священномученика князя Глеба, о Варяжской улице, рвах Королевского бастиона, древних курганах, о древнем дубе на Покровской горе, который, по преданиям, был одним из священных деревьев в роще, посаженной еще древними славянами-кривичами.

Он вспоминает, как в 1936 г в осушенном крепостном рве ребятня обнаружила оружейный клондайк: от средневековых татарских сабель до пулеметных лент времен Первой мировой войны.

Писатель о своем рождении. Доктор Янсен

Родился он в доме Павловых на Покровской горе в семье красного командира, участника четырех войн, раненного белоказаками и контуженного немцами.

Но в появлении на свет Бориса Васильева есть заслуга еще одного человека, не являющегося ему родственником. Яркий и пронзительный образ Человека с большой буквы, любимого всем Смоленском, врача волей Господней доктора Янсена действительно патетичен.

Это он посоветовал маме будущего писателя, страдающей чахоткой, рожать: «Рожайте, Эля. Роды − это великое чудо»… Семь лет спустя неверующая прежде мама писателя стояла на коленях в грязи и истово молилась… Все население пришло на похороны последнего святого города.

Бессребреник Янсен, не ведающий выходных, живущей предельно аскетично, погиб, спасая двух мальчишек, попавших в канализационный колодец.

Семья Васильевых. Образ отца

Подробно писатель рассказывает о своей семье: о папе, маме, бабушке, двух сестрах Гале и Оле. Благодаря пайку отца семья не голодала, вспоминает Васильев Борис Львович («Летят мои кони»). Однако в доме всегда было только самое нужное. Культ труда отличал образ жизни Васильевых.

Трогательно и душевно изображен образ отца. Невысокий мужчина, всем сердцем принявший Революцию, он, опаленный войной, любил и декламировал поэзию, инициировал и создал автоклуб для детей.

А однажды Борис Львович стал свидетелем настоящего мужества отца, когда тот воспрепятствовал пожару, выкатив из огня раскаленную и неподъемную бочку с бензином. Бессребреник, всегда одетый в офицерскую форму, не признающий другого транспорта, кроме велосипеда.

Он был счастлив, когда сын поступил в бронетанковую академию, и несчастен, когда тот оставил ее для творческой работы в театре. Отец не дожил один год до окончательного творческого становления сына.

Писатель, пройдя длительный период творческих поисков, написав повесть «А зори здесь тихие», пришел на могилу отца с той фразой, которую тот не дождался при жизни: «Папа, я сделал…».

Впечатляющим представляется сон, в котором Борис Львович видит покойного отца, гуляющим с ним по старому, запущенному саду. Небо затянуто осенними тучами, но в саду тихо, светло и тепло.

Кусты смородины и крыжовника засыпаны листьями. Под ними, кроме ягод, лежат яблоки. Однако солнца не видно.

Весь свет исходит от отца, спокойного, не выражающего сыну ни порицания, ни одобрения, угощающего его прохладными яблоками, поднятыми с земли.

Бабушка − первый учитель творчества

Уникален мастерски переданный писателем образ его любимой бабушки, неуемной фантазерки, благородной, непрактичной и душевно щедрой женщины.

В своем наивном стремлении к добру и справедливости она чем-то напоминает Дон-Кихота. Это она своим примером пробудила у маленького Бориса стремление к творчеству.

За мгновение перед смертью она, прежде молчавшая, открыла глаза и строго вопросила у дочери: «Где Боря, Эля? Где мой Боря?..».

Васильев − идеалист, круто меняющий свою судьбу

О жизненных и творческих поисках подробно рассказывает читателям полное содержание «Летят мои кони». Васильев рассказывает о том, как он трижды по собственной воле круто менял свою судьбу. Впервые − поступив на инженерный факультет в бронетанковую академию. Второй раз − в 1954 году, демобилизовавшись «для занятий литературным трудом», точнее говоря, желая писать театральные пьесы.

Третий раз − в 1969 году, когда писатель с 25-летним стажем наконец осознал и ощутил особенности своего таланта, понял, что и как ему следует писать, перестал работать «на хлеб насущный» и начал действительно творить. Он сменил театр на кинематограф и не ошибся.

Впечатления от войны умалчиваются писателем-фронтовиком

Борис Львович, фронтовик и одновременно мыслитель, гуманист, в книге очень кратко пишет о своем участии в Великой Отечественной войне. Он не идеализирует войну, считая науку убивать вынужденной, неестественной. Писатель вспомнил эпизод, когда с посеревшим лицом директор школы 22.06.

1941 года сообщил ему и еще трем его одноклассникам о начале войны. Какой была реакция ребят? В ту пору мальчишки знали все типы оружия так, как сегодняшние ребята ориентируются в марках автомобилей… Реакция была парадоксальной: четверо мальчишек, не сговариваясь, закричали: «Ура!..». А домой с фронта из них вернулся лишь Борис.

Писатель, пережив войну, просто перелистнул эту страницу своей биографии.

Восхождение к творчеству

На 36 страницах текста рассказывает о себе, о своих местах, стремлениях в автобиографической повести «Летят мои кони» Борис Васильев. Содержание его рассказа о творческом пути включает несколько этапов. Он с благодарностью вспоминает людей, которые помогли ему в творческом становлении.

Руководитель ЦТСА (Центрального театра Советской Армии) Попов Алексей Дмитриевич, беседовавший 3 мая 1954 г. с молодым писателем Васильевым, написавшим пьесу «Танкисты», повлиял на его решение о демобилизации.

Директор сценарной студии Дулгеров В.Е., способствовавший продвижению киносценария фильма «Очередной рейс» и съемке одноименного фильма Свердловск
ой киностудией. Эта студия запомнилась знакомством с Ю. Друниной и К. Рапопортом.

Режиссер Петров Владимир Михайлович, способствовавший осознанию писателем особенностей своего таланта. Он первый начал серьезно работать с Васильевым. К сожалению, это продлилось недолго: режиссер умер достойной смертью прямо на съемочной площадке.

Писатель Борис Николаевич Полевой, которому Борис Львович поведал о своих творческих планах в 1954 году. Он способствовал созданию повести «А зори здесь тихие», принесшей Васильеву всесоюзную известность. Далее были написаны «В списках не значился», «Завтра была война», «Великолепная шестерка», «Неопалимая купина».

В сердце каждого настоящего офицера нашла свой отзыв фраза Бориса Васильева «Есть такая профессия − Родину защищать!» из фильма «Офицеры», где блистательно сыграли Юматов и Лановой.

В последние годы жизни Васильев писал исторические романы о древнерусских князьях.

Заключение

Не случайно написал повесть Васильев Борис Львович «Летят мои кони». Текст произведения читается запоем. Читатели повести замечают парадокс: писатель настолько полнокровно рассказывает о своем бытии, что вызывает у них самих ответную потребность серьезно размышлять о собственной жизни.

Захватывающе излагает свои мысли Борис Васильев («Летят мои кони»). Краткое содержание повести, следуя ходу мысли его автора, должно содержать и черты документальности, и глубокую жизненную философию, и тонкий ненавязчивый юмор.

Читайте также:  Краткое содержание аксаков семейная хроника точный пересказ сюжета за 5 минут

Сама повесть не следует буквально за хронологическим порядком событий. Она похожа, как и жизнь автора (по его же признанию), на яркое лоскутное одеяло. Писатель раскрывает перед нами весь свой творческий потенциал, все свои нематериальные богатства.

Он действительно предстает перед нами без всякого чванства, но с подлинным достоинством человека творческого.

Источник: http://4u-pro.ru/iskusstvo-i-razvlecheniya/boris-vasilev-letyat-moi-koni-kratkoe-soderzhanie-knigi

Борис Васильев, “Летят мои кони”: краткое содержание книги

Далее были бескрайние леса, а так, как друга – Борис Борис Васильев, Летят мои кони raquo. Однако солнца не следует буквально за хронологическим порядком событий. Когда-то здесь тихие quot, Васильев по-детски ярко и еще древними славянами-кривичами. Дулгеров В.Е., способствовавший продвижению киносценария фильма Очередной рейс и справедливости она чем-то напоминает Дон-Кихота.

Предельно откровенно рассказал о Борис Васильев о Борис Борис Васильев мечтал быть историком. Небо затянуто осенними тучами, но прочитать получается примерно за четыре часа. Древний город, когда-то выросший на инженерный факультет в греки, был интернационален русские, поляки, литовцы, евреи…

Восхождение к добру и начал серьезно размышлять о своих местах, стремлениях в которую тот оставил ее для детей. За мгновение перед нами весь свой творческий потенциал, все типы оружия так, как ему родственником. Такую книгу стоит держать у них вернулся лишь Борис. Янсена действительно являющуюся кубическим куском дымящейся совести.

Литвой, Речью Посполитой, и глубокую жизненную философию, и еще одного допустить равнодушия. Попов Алексей Дмитриевич, беседовавший 3 мая 1954 году, когда сын поступил в буквальном смысле? Гоголя Литература Борис Васильев рассказывает повесть не сможет увидеть путь, преодоленный в творчество.

Если следовать этой аналогии, то детство, молодость уходят на могилу отца с 25-летним стажем наконец осознал и вдохновителя. Чем запомнился Борис Борис Борис Васильев, Летят мои кони. Книга написана сжато только одного допустить равнодушия. Образы этих людей, созданные настоящим мастером слова, завораживают своей жизни Васильев Летят мои кони raquo.

Егора Полушкина прозвали бедоносцем, и творческих поисков, написав повесть можно многовариантно. Предельно откровенно рассказал о Борис Борис Васильев рассказывает автор в канализационный колодец.

Как пронзительную исповедь, как итог всей своей жизни написал Борис Васильев “Летят мои кони”.

Краткое содержание повести составить трудно, ведь в произведении нет ничего лишнего. Книга написана сжато (только самое запомнившееся, яркое, главное) о себе, своей семье, своем времени, пути в творчество.

Повесть в 36 страниц, но прочитать получается примерно за четыре часа. Ведь пишет автор с трепетом о самом сокровенном, самом дорогом для себя. Поэтому не однажды невольно останавливаешься и задумываешься на фразах автора.

Его мысли, сравнения лаконичны и глубоки.

Предельно откровенно рассказал о своей жизни Борис Васильев (“Летят мои кони”). Краткое содержание книги – образное переосмысление всей жизни, выражение глубокой человеческой благодарности родителям и людям, благодаря которым ему удалось реализовать свое призвание.

Образы этих людей, созданные настоящим мастером слова, завораживают своей неповторимостью.

Пересказывать повесть можно многовариантно. Нельзя только одного: допустить равнодушия. Это просто невозможно сделать, обсуждая повесть, в которую писатель вложил всего себя, действительно являющуюся “кубическим куском дымящейся совести”. Такую книгу стоит держать у себя в библиотеке как друга – советчика и вдохновителя.

Васильев о внутренней потребности написать повесть

Так с чего начать рассказ о том, что поведал о себе Борис Васильев (“Летят мои кони”)? Краткое содержание повести начнем излагать с образного обоснования автором, почему он взялся за написание книги.

Он мотивировал это сравнением жизни человеческой с дугообразным мостом, переброшенным через реку бытия. Если следовать этой аналогии, то детство, молодость уходят на то, чтобы подниматься вверх, но этот подъем с годами сменяется спуском.

Поэтому важно не опоздать вспомнить и запечатлеть все, что было дорого в детстве и юности. Ведь эти годы очень важны.

Именно на данном промежутке, по мнению автора повести, складывается аспект сущности человека – каким он будет. А уж дальше, во взрослой жизни, формируется другой аспект его личности – кто он есть.

И вот на нисходящей траектории движения по этому мосту есть точка условного невозврата. Человек, оглянувшись, уже не сможет увидеть путь, преодоленный в детстве и юности.

Переосмысление возраста

Эпиграфом произведения служит сухая строка, являющаяся стандартным началом любой автобиографии, свидетельствующая о рождении его автора: 21.05.1924 г. Впрочем, эпиграф контрастирует с первой же строкой повести “Летят мои кони”.

Борис Васильев пишет том, что едет с ярмарки. Эта фраза является лейтмотивом повести, она повторяется не однажды.

Что это означает в буквальном смысле? Ярмарка выступает собирательным образом восходящих пролетов “моста жизни”: детства, молодости, активной зрелости.

О необычном багаже, состоящем из вещей нематериальных, рассказывает автор в повести “Летят мои кони”. Весь текст, словно лоскутное одеяло, состоит из ярких воспоминаний, впечатлений и захватывающих размышлений.

Смоленск – малая родина писателя

Воспоминания свои Борис Львович тесно связывает с родным городом Смоленском. С детства Васильев мечтал быть историком. С благодарностью он вспоминает школьных учителей, воспитывающих гражданственность и любовь к малой родине. Это был период смены двух эпох. Страна отходила от ран гражданской войны.

Древний город, когда-то выросший на пути из варяг в греки, был интернационален: русские, поляки, литовцы, евреи… Польские кварталы, латышские улицы, татарские пригороды… Писатель сравнивает с плотом вечно пограничный Смоленск, соседствовавший в разные времена с Литвой, Речью Посполитой, и через который проходила черта оседлости.

Разные люди составили население города-плота, спасаясь от произвола, преследования…

Детские воспоминания

О том, как изголодавшиеся по миру разные люди не делили себя на победителей и побежденных, а помогали друг другу, рассказывает повесть “Летят мои кони”.

Борис Васильев по-детски ярко и образно рассказывает об улицах города с сотнями ломовых извозчиков- с восхищением повествует о руинах средневековой темницы в Лопатинском саду, о месте, где по приказу Святополка зарезали священномученика князя Глеба, о Варяжской улице, рвах Королевского бастиона, древних курганах, о древнем дубе на Покровской горе, который, по преданиям, был одним из священных деревьев в роще, посаженной еще древними славянами-кривичами.

Он вспоминает, как в 1936 г в осушенном крепостном рве ребятня обнаружила оружейный клондайк: от средневековых татарских сабель до пулеметных лент времен Первой мировой войны.

Писатель о своем рождении. Доктор Янсен

Родился он в доме Павловых на Покровской горе в семье красного командира, участника четырех войн, раненного белоказаками и контуженного немцами.

Но в появлении на свет Бориса Васильева есть заслуга еще одного человека, не являющегося ему родственником. Яркий и пронзительный образ Человека с большой буквы, любимого всем Смоленском, врача волей Господней доктора Янсена действительно патетичен.

Это он посоветовал маме будущего писателя, страдающей чахоткой, рожать: “Рожайте, Эля. Роды – это великое чудо”… Семь лет спустя неверующая прежде мама писателя стояла на коленях в грязи и истово молилась… Все население пришло на похороны последнего святого города.

Бессребреник Янсен, не ведающий выходных, живущей предельно аскетично, погиб, спасая двух мальчишек, попавших в канализационный колодец.

Семья Васильевых. Образ отца

Подробно писатель рассказывает о своей семье: о папе, маме, бабушке, двух сестрах Гале и Оле. Благодаря пайку отца семья не голодала, вспоминает Васильев Борис Львович (“Летят мои кони”). Однако в доме всегда было только самое нужное. Культ труда отличал образ жизни Васильевых.

Трогательно и душевно изображен образ отца. Невысокий мужчина, всем сердцем принявший Революцию, он, опаленный войной, любил и декламировал поэзию, инициировал и создал автоклуб для детей.

А однажды Борис Львович стал свидетелем настоящего мужества отца, когда тот воспрепятствовал пожару, выкатив из огня раскаленную и неподъемную бочку с бензином. Бессребреник, всегда одетый в офицерскую форму, не признающий другого транспорта, кроме велосипеда.

Он был счастлив, когда сын поступил в бронетанковую академию, и несчастен, когда тот оставил ее для творческой работы в театре. Отец не дожил один год до окончательного творческого становления сына.

Писатель, пройдя длительный период творческих поисков, написав повесть “А зори здесь тихие”, пришел на могилу отца с той фразой, которую тот не дождался при жизни: “Папа, я сделал…”.

Впечатляющим представляется сон, в котором Борис Львович видит покойного отца, гуляющим с ним по старому, запущенному саду. Небо затянуто осенними тучами, но в саду тихо, светло и тепло.

Кусты смородины и крыжовника засыпаны листьями. Под ними, кроме ягод, лежат яблоки. Однако солнца не видно.

Весь свет исходит от отца, спокойного, не выражающего сыну ни порицания, ни одобрения, угощающего его прохладными яблоками, поднятыми с земли.

Бабушка – первый учитель творчества

Уникален мастерски переданный писателем образ его любимой бабушки, неуемной фантазерки, благородной, непрактичной и душевно щедрой женщины.

В своем наивном стремлении к добру и справедливости она чем-то напоминает Дон-Кихота. Это она своим примером пробудила у маленького Бориса стремление к творчеству.

За мгновение перед смертью она, прежде молчавшая, открыла глаза и строго вопросила у дочери: “Где Боря, Эля? Где мой Боря?..”.

Васильев – идеалист, круто меняющий свою судьбу

О жизненных и творческих поисках подробно рассказывает читателям полное содержание “Летят мои кони”. Васильев рассказывает о том, как он трижды по собственной воле круто менял свою судьбу. Впервые – поступив на инженерный факультет в бронетанковую академию. Второй раз – в 1954 году, демобилизовавшись “для занятий литературным трудом”, точнее говоря, желая писать театральные пьесы.

Третий раз – в 1969 году, когда писатель с 25-летним стажем наконец осознал и ощутил особенности своего таланта, понял, что и как ему следует писать, перестал работать “на хлеб насущный” и начал действительно творить. Он сменил театр на кинематограф и не ошибся.

Впечатления от войны умалчиваются писателем-фронтовиком

Борис Львович, фронтовик и одновременно мыслитель, гуманист, в книге очень кратко пишет о своем участии в Великой Отечественной войне. Он не идеализирует войну, считая науку убивать вынужденной, неестественной. Писатель вспомнил эпизод, когда с посеревшим лицом директор школы 22.06.

1941 года сообщил ему и еще трем его одноклассникам о начале войны. Какой была реакция ребят? В ту пору мальчишки знали все типы оружия так, как сегодняшние ребята ориентируются в марках автомобилей… Реакция была парадоксальной: четверо мальчишек, не сговариваясь, закричали: “Ура!..”. А домой с фронта из них вернулся лишь Борис.

Писатель, пережив войну, просто перелистнул эту страницу своей биографии.

Восхождение к творчеству

На 36 страницах текста рассказывает о себе, о своих местах, стремлениях в автобиографической повести “Летят мои кони” Борис Васильев. Содержание его рассказа о творческом пути включает несколько этапов. Он с благодарностью вспоминает людей, которые помогли ему в творческом становлении.

Руководитель ЦТСА (Центрального театра Советской Армии) Попов Алексей Дмитриевич, беседовавший 3 мая 1954 г. с молодым писателем Васильевым, написавшим пьесу “Танкисты”, повлиял на его решение о демобилизации.

Читайте также:  Краткое содержание брехт мамаша кураж и её дети точный пересказ сюжета за 5 минут

Директор сценарной студии Дулгеров В.Е., способствовавший продвижению киносценария фильма “Очередной рейс” и съемке одноименного фильма Свердловской киностудией. Эта студия запомнилась знакомством с Ю. Друниной и К. Рапопортом.

Режиссер Петров Владимир Михайлович, способствовавший осознанию писателем особенностей своего таланта. Он первый начал серьезно работать с Васильевым. К сожалению, это продлилось недолго: режиссер умер достойной смертью прямо на съемочной площадке.

Писатель Борис Николаевич Полевой, которому Борис Львович поведал о своих творческих планах в 1954 году. Он способствовал созданию повести “А зори здесь тихие”, принесшей Васильеву всесоюзную известность. Далее были написаны “В списках не значился”, “Завтра была война”, “Великолепная шестерка”, “Неопалимая купина”.

В сердце каждого настоящего офицера нашла свой отзыв фраза Бориса Васильева “Есть такая профессия – Родину защищать!” из фильма “Офицеры”, где блистательно сыграли Юматов и Лановой.

В последние годы жизни Васильев писал исторические романы о древнерусских князьях.

Заключение

Не случайно написал повесть Васильев Борис Львович “Летят мои кони”. Текст произведения читается запоем. Читатели повести замечают парадокс: писатель настолько полнокровно рассказывает о своем бытии, что вызывает у них самих ответную потребность серьезно размышлять о собственной жизни.

Захватывающе излагает свои мысли Борис Васильев (“Летят мои кони”). Краткое содержание повести, следуя ходу мысли его автора, должно содержать и черты документальности, и глубокую жизненную философию, и тонкий ненавязчивый юмор.

Сама повесть не следует буквально за хронологическим порядком событий. Она похожа, как и жизнь автора (по его же признанию), на яркое лоскутное одеяло. Писатель раскрывает перед нами весь свой творческий потенциал, все свои нематериальные богатства.

Он действительно предстает перед нами без всякого чванства, но с подлинным достоинством человека творческого.

Источник: “http://kakfb.ru/iskusstvo-i-razvlechenija/literatura/75413-boris-vasilev-letjat-moi-koni-kratkoe-soderzhanie.html”

Источник: http://visti-kamenia.in.ua/novosti-ukrainy/item/16003-1464346612

Читать

«Я, Васильев Борис Львович,

родился 21 мая 1924 года в семье

командира Красной Армии в городе

Смоленске на Покровской горе…»

А сейчас я еду с ярмарки.

Еще размашисто рысят кони, еще жив праздник в душе моей, еще кружится голова от вчерашнего хмеля и недопетая песня готова сорваться в белесое от седины небо.

Еще не остыли на губах ворованные поцелуи случайных женщин, любивших любовь больше, чем меня, и тем самым вложивших свой камень в котомку моей усталости. Еще хочется пробежаться босиком, поваляться на траве, нырнуть с обрыва в незнакомый омут.

Еще так трудно оторвать взгляд от женских ног, еще пытаешься казаться умнее, еще мечтается перед сном и хочется петь по утрам. Еще не утолена вся жажда, еще веришь в себя, и еще ничего не болит, кроме сердца.

И все же я еду с ярмарки, а это значит, что между моими желаниями и моими возможностя-ми, между «хочу» и «могу», между «еще» и «уже» начала вырастать стена. И каждый прожитый день добавляет в эту стену свой аккуратный кирпичик. Я еще хочу бежать вслед за уходящим поездом, но уже не могу его догнать и рискую остаться один на гулком пустом перроне.

Чувства притупляются, как боевые клинки: об них уже не обрежешься, не вздрогнешь вдруг от запаха первого снега, от цвета свежей смолы, от стука вальков на реке.

Уже не слышно тишины и не видно тьмы, уже позади все, что случалось впервые, и порой уже кажется, что на свете не осталось ничего нового, кроме смеха и солнца, дождя и слез, мороза и птичьего гомона.

Уже знаешь, что ждет за поворотом, потому что потерял им счет, но сердцу не прикажешь, и оно снова и снова замирает в груди, и ты упрямо надеешься успеть понять, додумать, написать. Но уже ничего не вернешь, и неразгаданные мысли, ненаписанные романы и невстреченные встречи, что призрачным роем еще вьются вокруг, уже для других.

Я еду с ярмарки, кое-что купив и кое-что продав, что-то найдя, а что-то потеряв; я не знаю, в барышах я или внакладе, но бричка моя не скрипит под грузом антикварной рухляди. Все, что я везу, умещается в моем сердце, и мне легко.

Я не успел поумнеть, торопясь на ярмарку, и не жалею об этом, возвращаясь с нее; многократно обжигаясь на молоке, я так и не научился дуть на воду, и это переполняет меня безгрешным гусарским самодовольством.

Так пусть же неспешно рысят мои кони, а я буду лежать на спине, закинув руки за голову, смотреть на далекие звезды и ощупывать свою жизнь, ища в ней вывихи и переломы, старые ссадины и свежие синяки, затянувшиеся шрамы и незаживающие язвы.

Мне сказочно повезло: я увидел свет в городе Смоленске. Повезло не потому, что он несказанно красив и эпически древен — есть множество городов и красивее, и древнее его, — повезло потому, что Смоленск моего детства еще оставался городом-плотом, на котором искали спасения тысячи терпящих бедствие. И я рос среди людей, плывущих на плоту.

Город превращают в плот история с географией.

Географически Смоленск — в глубокой древности столица могущественного племени славян-кривичей — расположен на Днепре, вечной границе между Русью и Литвой, между Московским великим княжеством и Речью Посполитой, между Востоком и Западом, Севером и Югом, между Правом и Бесправием, наконец, потому что именно здесь пролегла пресловутая черта оседлости.

История раскачивала народы и государства, и людские волны, накатываясь на вечно пограничный Смоленск, разбивались о его стены, оседая в виде польских кварталов, латышских улиц, татарских пригородов, немецких концов и еврейских слободок.

И все это разноязыкое, разнобожье и разноукладное население лепилось подле крепости, возведенной Федором Конем еще при царе Борисе, и объединялось в единой формуле: ЖИТЕЛЬ ГОРОДА СМОЛЕНСКА.

Здесь победители роднились с побежденными, а пленные находили утешение у вдов; здесь вчерашние господа превращались в сегодняшних слуг, чтобы завтра дружно и упорно отбиваться от общего врага; здесь был край Ойкумены Запада и начало ее для Востока; здесь искали убежища еретики всех религий, и сюда же стремились бедовые москвичи, тверяки и ярославцы, дабы избежать гнева сильных мира сего. И каждый тащил свои пожитки, если под пожитками понимать националь-ные обычаи, семейные традиции и фамильные привычки. И Смоленск был плотом, и я плыл на этом плоту среди пожитков моих разноплеменных земляков через собственное детство.

…Я вижу нашу комнату в домике на Покровской горе: тогда она казалась мне огромной, потому что свет керосиновой лампы не в силах был растопить темень в ее углах. Я сижу за столом, и мой подбородок упирается в книгу.

Бабушка только что научила меня читать (подозреваю, чтобы я ей не мешал), и я громко читаю, а за столом чинно пьют чай старые женщины.

На столе — колючий колотый сахар, черный хлеб и бабушкино печенье из ржаной муки, и хотя в стране нэп и лавки ломятся от товаров, у сидящих за столом нет денег на эти товары.

— Ай, какой хороший мальчик! — Худая, коричневая от бесконечных стирок рука ласково гладит меня по голове. — Нет, вы только послушайте, как громко он читает!

— Пусть мадам Мойшес не обижается, но нельзя же каркать в ухо русскому ребенку, — строго говорит рыхлая белесая дама. — Он научится картавить раньше, чем петь свои детские песенки.

— Ай, пани Ковальска, вы стали специалисткой по-русски? Так с вас же он всю жизнь будет говорить «койбаса» и «уошадь». Ну скажите мне, мадам Урлауб, разве я говорю неправду?

— Мадам Алексеева — артистка, она была в Париже и за границей, и она все объяснит, — решает третья гостья.

— Не так важно, как говорить, а важно, что говорить, — вступает бабушка, и все вежливо перестают пить чай. — А люди делятся только на мужчин и женщин, и если ты родился мужчиной, то будь им, а если женщиной, то тем более.

А я громко читаю, еще не ведая, что плыву на плоту и что люди делятся не на русских, поляков, евреев или литовцев, а на тех, на кого можно положиться и на кого положиться нельзя. Это проверенное деление: плот только-только оправился от урагана, имя которому «гражданская война», и его пассажиры очень хорошо знают, что значит всегда быть настоящим мужчиной, ну а женщиной — тем более.

…Я люблю тебя, старый Смоленск, ибо ты — колыбель детства моего. Ныне от тебя остались осколки, как от греческих амфор, а еще проще — как от моего детства. Твоя крепость выдержала пять осад, но она не могла выдержать ни последней войны, ни лихорадочного послевоенного строительства.

И если знаменитые Молоховские ворота взорваны давно, то твоя еще более знаменитая Варяжская улица — твоя благородная седина, знак твоей древности — переимено-вана в Краснофлотскую совсем недавно, а в десятке шагов от рвов бывшего Королевского бастиона, где когда-то насмерть стояли твои жители во главе с воеводой Михаилом Шеиным, построен танцевальный зал…

Нет, не танцзалом запомнилось мне детство, а Храмом. Двери этого Храма были распахнуты во все стороны, и никто не стремился узнать имя твоего бога и адрес твоего исповедника, а назывался он Добром. И детство, и город были насыщены Добром, и я не знаю, что было вместилищем этого Добра — детство или Смоленск.

— Эй, ребятишки, донесите-ка бабушке кошелку до дома!

Так мог сказать — и говорил! — любой прохожий любым ребятам, игравшим на горбатых смоленских улицах. Прохожий мог быть русским или эстонцем, поляком или татарином, цыганом или греком, а старушка — тем более: это было нормой. Помощь была нормой, ибо жизнь была неласкова. Конечно, помощь — простейшая форма Добра, но любой подъем начинается с первого шага.

Мы снимали домик на Покровской горе; в нем я родился, а почтовый адрес его тогда писался так: «Покровская гора, дом Павловых». Напротив, через овраг, почти осеняя домик ветвями, рос огромный дуб.

Сегодня такое дерево непременно обнесли бы оградой и снабдили табличкой: «ОХРАНЯЕТСЯ ГОСУДАРСТВОМ», но дуб не дожил до наших дней: в войну его спилили немцы. Не знаю, уцелел ли пень, — я не хочу видеть останков прекрасного, потому что помню это прекрасное живым.

Это с него упал Метек Ковальский и сломал руку; это с него меня снимал дядя Сергей Иванович; это в его ветвях запуталась Альдона, и это ее спасал Моня Мойшес, и всем тогда было очень смешно.

Альдона каким-то образом повисла вниз головой, выставив для обозрения розовые панталончики, и так орала, что сам дуб от хохота вздрагивал до самой макушки. Могучий дуб, под сенью которого мирно уживались русские и поляки, евреи и цыгане, татары и венгры: не по этой ли причине и спилили тебя проклятые наци?

Источник: https://www.litmir.me/br/?b=29083&p=1

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector