Краткое содержание лондон белое безмолвие точный пересказ сюжета за 5 минут

Белое безмолвие

Краткое содержание Лондон Белое безмолвие точный пересказ сюжета за 5 минут

«Белое безмолвие» – один из рассказов Джека Лондона. Заголовок настолько точный, что говорит сам за себя. Возможно, поэтому издатели решили назвать так весь сборник северных рассказов великого писателя, посвященных дерзкому взаимоотношению природы и человека, когда один подвергает другого неимоверным пыткам, чтобы проверить на прочность, и на жажду остаться живым.

Может ли тишина быть белой? Наверное, когда она абсолютная, когда не доносится ни одного звука ниоткуда: ни вокруг, ни изнутри ничего не слышно. Все как будто даже не спит, а умерло. И на это есть причина. Ведь бесконечный голод, сильный тайный страх, внутреннее одиночество убивает все.

Не оставляя шансов на существование ничему, ни хорошему, ни плохому. Человек находится как в вакууме своих чувств и стихий. Когда все в нем сосредоточено не только на то, чтобы выжить, но что еще важнее – выстоять при встрече с этим бескрайним безмолвием.

Одно помогает ему – воля! Откуда она берется? Иногда дружба и верность помогают обрести силу даже в том, чтобы сделать последний выстрел. Мечты о будущей жизни, о любви, о детях тоже придают неимоверную уверенность бросить вызов этой белой «черной» дыре, поглощающей все без остатка.

Признание права за природой распоряжаться всеми, кто попал под ее власть. Но еще важнее, оказаться мудрее и сохранить остатки человеческой сущности в поведении без всяких ненужных движений и слов.

Каждое произведение Джека Лондона это гимн сильному и смелому человеку, которому приходится подчас встречаться с испытанием на прочность качеств. Кажется, что против него выступает все.

И стихия снеговой долины, и изголодавшиеся волки, плетущиеся за умирающим, и высокие старые сосны, неожиданно рухнувшие на человека, и неверность бывших друзей.

Создается впечатление, что автор сам все это испытал на себе, при этом каждый, кто читает его историю, тоже является главным героем.

Нет ничего прекраснее, чем счастье. Счастливым может быть человек, у которого есть истинный друг, проверенный в любых обстоятельствах, когда есть любящая и все понимающая жена, когда ожидается наследник. И вот теперь человек умирает. Он тихо уходит из жизни.

И чтобы это не происходило мучительно и долго, друг должен решиться, и помочь. Это последняя просьба человека. И она самая важная, ведь речь идет об убийстве во имя дружбы и любви. А впереди жизнь.

Страшный эпизод, когда он убил друга, вероятно, будет преследовать его всю жизнь, но по-другому нельзя было поступить, когда речь идет о безмолвии снегов и бессилии человека.

Рецензент: olgakussmenko

Рабин Гуд на крестины в Палестины
Мобильник
Обломов
Смерть особого назначения

Источник: https://knigoobzor.ru/beloe_bezmolvie.php

Краткое содержание: Любовь к жизни, Джек Лондон

ЛЮБОВЬ К ЖИЗНИ

Двое людей, прихрамывая, спустились к реке. Им предстояло перейти ее. Но когда второй путник вошел в воду, он подскользнулся, громко вскрик­нув от боли. Он вывихнул ногу.

Просьба о помощи не заставила товарища да­же оглянуться. «Билл ковылял дальше по молоч­но-белой воде». Тогда человек собрался с духом и, передвинув тюк ближе к левому плечу, чтобы тяжесть меньше давила на больную ногу, преодо­лел реку сам.

На другом берегу он торопливо взобрался на вер­шину холма, за гребнем которого скрылся Билл. За холмом товарища не было. Отчаяние охватило путника, но он продолжал идти. Чтобы не заблу­диться, он стал придерживаться следов Билла.

«Оставшись один, он не сбился с пути. Он знал, что еще немного — и он подойдет к тому месту, где сухие пихты и ели, низенькие и чахлые, окру­жают маленькое озеро Титчинничили, что на мест­ном языке означает: «Страна Маленьких Палок».

От водораздела начинается другой ручей, текущий на запад; он спустится по нему до реки Диз и там найдет свой тайник под перевернутым челноком, заваленным камнями. В тайнике спрятаны патро­ны, крючки и лески для удочек и маленькая сеть — все нужное для того, чтобы добывать себе пропи­тание.

А еще там есть мука — правда, немного, и кусок грудинки, и бобы».

Он верил, что Билл подождет его там, иначе все его усилия были бы бессмысленными. Без Билла, с больной ногой, ему не дойти. Он ничего не ел уже два дня и много дней не ел досыта. Чтобы как-то приглушить голод, он срывал бледные болотные ягоды.

Он знал, что не сможет ими насытиться, но продолжал обманывать себя, терпеливо жуя. Од­нажды он увидел совсем близко оленя, который стоял и смотрел на него. Забывшись, он схватил незаряженное ружье, прицелился и нажал на ку­рок.

Олень не упал, а бросился прочь, стуча копы­тами по камням.

«Со временем он потерял представление, где находится север, и забыл, с какой стороны он при­шел вчера вечером. Но он не сбился с пути. Это он знал. Скоро он придет в Страну Маленьких Палок.

Он знал, что она где-то налево, недалеко отсюда — быть может, за следующим пологим холмом».

Когда он дошел до небольшой ложбины, навст­речу ему поднялись белые куропатки. Он бросил в них камнем, но промахнулся. Потом он пополз по мокрому мху в надежде наткнуться на другую ку­ропатку. Один раз это чуть не произошло. Он ус­пел схватить ее, и в руке у него осталось три хвос­товых пера.

Он очень устал, и его часто тянуло лечь на землю и уснуть; но желание дойти до Страны Маленьких Палок и голод заставляли двигаться вперед. «Он искал лягушек в озерах, копал рука­ми землю в надежде найти червей, хотя знал, что так далеко на Севере не бывает ни червей, ни ля­гушек».

Голод заставлял заглядывать в каждую лужу. И вот однажды в одной из них он увидел не­большую рыбешку. Насытиться ею не представ­лялось возможным, но он все-таки стал ее ловить. Сначала он пытался ловить ее руками. Но рыбка все время ускользала, а руки поднимали муть, мешая видеть добычу.

Тогда он отвязал жестяное ведерко и начал вычерпывать из лужи воду. Че­рез полчаса в луже почти не осталось воды. Но ры­ба исчезла. Дело в том, что в луже была незаметная расщелина среди камней, через нее и выбралась рыба в соседнюю лужу.

Но новая лужа была на­столько огромной, что вычерпать ее не представ­лялось возможным. И тогда в отчаянии он опустил­ся на землю и заплакал.

Вскоре пошел мокрый снег, и надо было идти дальше. «Он уже не думал ни о Стране Маленьких Палок, ни о Билле, ни о тайнике у реки Диз. Им владело только одно желание: есть!» Ночью снег превратился в холодный дождь. Наступил день — серый день без солнца. Теперь дождя уже не бы­ло. Чувство голода притупилось, и осталась лишь тупая, ноющая боль в желудке.

Зато мысли стали яснее, и он опять думал о Стране Маленьких Па­лок и о своем тайнике у реки Диз. Когда прогляну­ло солнце, путнику удалось определить стороны света. Это не очень помогло, поскольку он теперь уже точно знал, что сбился с пути. Он решил, что правильнее будет свернуть вправо, чтобы найти правильный путь. Около полудня судьба улыбну­лась вновь.

Он увидел двух пескарей в большой луже. Вычерпать воду было немыслимо, но теперь он стал спокойнее и ухитрился поймать их жестя­ным ведерком. Он съел рыбок сырыми. Вечером он поймал еще трех пескарей. Голод настолько от­ступил, что ему хватило силы воли, чтобы одну из рыб оставить на завтрак.

В этот день он прошел не больше десяти миль, а на следующий, двигаясь только, когда позволяло сердце, — не больше пя­ти. Местность была ему теперь незнакома.

Ноша за плечами давила все сильнее. Он постепен­но выкидывал наименее значимые, по его мнению, предметы. Но всегда оставлял мешочек, неболь­шой, но увесистый. И вот настал тот день, когда он развязал этот мешочек. В нем было золото, кото­рое он разделил пополам. Одну половину он спря­тал на видном издалека выступе скалы, а другую всыпал обратно в мешок.

Он стал постоянно спотыкаться и падать и од­нажды свалился прямо на гнездо куропатки.

«Там было четверо только что вылупившихся птенцов, не старше одного дня; каждого хватило бы только на глоток; и он съел их с жадностью, запихивая в рот живыми…» Куропатка-мать летала вокруг него, стараясь спасти своих детей. Съев птенцов, он стал бросать в куропатку камнями и перебил ей крыло.

Куропатка бросилась от него прочь, он — следом. Эта погоня привела его в болотистую ни­зину, где на мокром мху были чужие человеческие следы. Должно быть, их оставил Билл. Но голод не дал ему остановиться, поскольку куропатка убе­гала. Он хотел сначала поймать ее, а потом вер­нуться к следам.

Читайте также:  Краткое содержание бомарше безумный день, или женитьба фигаро точный пересказ сюжета за 5 минут

Однако с наступлением темноты птица скрылась, а наутро следы Билла ему не уда­лось найти. К полудню он совсем выбился из сил. Он опять разделил золото, на этот раз просто вы­сыпав половину на землю. К вечеру он выбросил и другую половину.

«Его начали мучить навязчивые мысли. Поче­му-то он был уверен, что у него остался один па­трон, — ружье заряжено, он просто этого не заме­тил. И в то же время он знал, что в магазине нет патрона.

Эта мысль неотвязно преследовала его. Он боролся с ней часами, потом осмотрел магазин и убедился, что никакого патрона в нем нет.

Разо­чарование было так сильно, словно он и в самом деле ожидал найти там патрон».

Однажды он увидел большого бурого медведя. Он вытащил охотничий нож и собрался драться. «Перед ним было мясо и — жизнь». Но вдруг он осознал, что слишком слаб для борьбы с большим, сильным и здоровым зверем.

«Но он не двинулся с места, осмелев от страха; он тоже зарычал, сви­репо, как дикий зверь, выражая этим страх, кото­рый неразрывно связан с жизнью и тесно сплета­ется с ее самыми глубокими корнями». Медведь отступил.

Кругом были волки.

Они по двое и по трое то и дело перебегали ему дорогу. А к вечеру он набрел на кости, разбросан­ные там, где волки ели свою добычу. Он сел на кор­точки, держа кость в зубах, и стал высасывать из нее соки, которые еще окрашивали ее в розовый цвет. Потом он стал дробить кости камнем, разма­лывая их в кашу, и с жадностью поедать.

А потом потянулись дожди вперемежку со сне­гом. Он питался раздробленными костями, кото­рые подобрал до последней крошки и унес с собой. Однажды он пришел в сознание, когда лежал под теплыми лучами солнца.

Рядом текла незнакомая река, которая вливалась в море. Там, вдалеке, он увидел корабль, стоявший на якоре. Сначала ему показалось, что это мираж, но видение не исчеза­ло. И он поверил, что впереди корабль.

Он закрыл глаза и подумал. «Он шел на северо- восток, удаляясь от реки Диз, и попал в долину реки Коппермайн. Эта широкая, медлительная ре­ка и была Коппермайн. Это блистающее море — Ледовитый океан. Этот корабль — китобойное суд­но». Рядом оказался больной волк: он все время чихал и кашлял.

Он не имел сил наброситься на человека, но по­нимал, что человеку осталось немного жить. И он стал ждать, когда человек умрет. Если раньше его, то ему удастся полакомиться, если позже — чело­век съест его.

Человек был очень слаб. «Все его движения бы­ли медленны. Он дрожал, как в параличе. Он хо­тел набрать сухого мха, но не смог подняться на ноги. Несколько раз он пробовал встать и в конце концов пополз на четвереньках.

Выпив кипятку, он почувствовал, что может подняться на ноги и да­же идти, хотя силы его были почти на исходе. Ему приходилось отдыхать чуть не каждую минуту.

Он шел слабыми, неверными шагами, и такими же слабыми, неверными шагами тащился за ним волк».

После полудня он напал на след другого чело­века, который не шел, а тащился на четвереньках. Возможно, это был след Билла. Он пошел по это­му следу и чуть дальше обнаружил рядом со сле­дами человека следы волков. Рядом лежали об­глоданные кости. Он подумал, что это кости Бил­ла, и не стал их размалывать, чтобы съесть.

К концу пятого дня до корабля все еще остава­лось миль семь, а он теперь не мог пройти и мили в день. Оглянувшись как-то, он увидел, что волк с жадностью лижет кровавый след, тянущийся от разбитых коленей, и ясно представил себе, каков будет его конец, если он сам не убьет волка. «И все- таки ему хотелось жить. Было бы глупо умереть после всего, что он перенес.

Судьба требовала от него слишком много. Даже умирая, он не покорял­ся смерти». Однажды он лежал, отдыхая, и почув­ствовал, как шершавый язык волка лизнул его. Он попытался схватить волка, но не успел, поскольку был слишком слаб. Полдня он лежал неподвижно, борясь с забытьем и сторожа волка, который хо­тел его съесть.

Время от времени он забывался во сне; но все время был начеку.

«Дыхание он не услышал, но проснулся оттого, что шершавый язык коснулся его руки. Человек ждал. Клыки слегка сдавили его руку, потом да­вление стало сильнее — волк из последних сил старался вонзить зубы в добычу, которую так долго подстерегал.

Но и человек ждал долго, и его искусанная рука сжала волчью челюсть. Его ру­кам не хватало силы, чтобы задушить волка, но человек прижался лицом к волчьей шее, и его рот был полон шерсти. Прошло полчаса, и человек по­чувствовал, что в горло ему сочится теплая струй­ка.

Потом человек перекатился на спину и уснул».

На китобойном судне «Бедфорд» находилось не­сколько человек из научной экспедиции. С палубы они заметили истощенного человека, показавше­гося им странным существом. Они не могли пред­положить, что это человек. Его взяли на борт.

Че­рез три недели, лежа на койке китобойного судна «Бедфорд», человек со слезами рассказывал, кто он такой и что ему пришлось вынести. Прошло несколь­ко дней, и он уже сидел за столом вместе с учены­ми и капитаном в кают-компании корабля. «Он был в здравом уме, но чувствовал ненависть ко всем сидевшим за столом.

Его мучил страх, что еды не хватит». Он толстел с каждым днем, потому что по­сле завтрака прокрадывался на бак и, словно ни­щий, протягивал руку кому-нибудь из матросов, выпрашивая сухарик. Когда ему давали подачку, человек жадно хватал кусок и прятал за пазуху. Ученые осмотрели потихоньку его койку.

И койка, и матрац, и все углы были набиты сухарями. Уче­ные сказали, что это должно пройти, и это дейст­вительно прошло, прежде чем «Бедфорд» стал на якорь в гавани Сан-Франциско.

Здесь искали:

  • джек лондон любовь к жизни краткое содержание
  • краткое содержание любовь к жизни джек лондон
  • любовь к жизни джек лондон краткое содержание

Источник: http://sochineniye.ru/kratkoe-soderzhanie-lyubov-k-zhizni-dzhek-london/

Белое безмолвие

Краткое содержание Лондон Белое безмолвие точный пересказ сюжета за 5 минут

Белое безмолвие

Мэйлмют Кид, его товарищ Мэйсон и жена Мэйсона, индианка Руфь, пробираются по ледяным просторам Севера. Впереди двести миль по непроложенному пути, еды хватит всего дней на шесть, а для собак совсем ничего нет. Отощавшие животные звереют, временами набрасываются на людей, едва не вцепляются хозяевам клыками в горло. Люди понимают, что, очевидно, скоро собак придется резать и съедать самим.

Оба охотника и женщина останавливаются на короткую дневную стоянку, разводят костер и принимаются за скудный завтрак. Собаки лежат в упряжке и завистливо следят за каждым куском, что исчезает во рту людей. Мэйлмют Кид решает, что со следующего дня следует отменить завтраки, а также не спускать глаз с собак: те совсем отбились от рук, того и гляди, набросятся на хозяев всей сворой.

Мэйсон утешает Руфь. По его словам, петлять по снежной пустыне им осталось совсем недолго: еще немного, и им не придется больше голодать и носить мокасины. Глаза женщины светятся любовью к ее «белому господину — первому белому человеку, которого она встретила, первому мужчине, который показал ей, что в женщине можно видеть не только животное или вьючную скотину».

Муж разговаривает с Руфью на «условном языке». Он обещает, что они поплывут на «лодке белого человека» (корабле), доберутся до города, Руфь поедет в Форт Юкон, а он сам — в Арктик-сити, расстояние до которого — «двадцать пять снов». Мэйсон позвонит жене по телефону («длинная веревка оттуда сюда») и даст ей добрый совет, как печь хлеб. Руфь улыбается, не верит мужу.

Мэйсон возглавляет шествие, Руфь следует за ним со второй упряжкой, а Мэйлмют Кид замыкает процессию. Сильный и суровый человек, способный свалить быка одним ударом, он не может бить несчастных собак и по возможности щадит их, что погонщики делают редко. Мэйсон же жесток к животным.

Разговоры смолкают. «Трудный путь не допускает такой роскоши. А езда на севере — тяжкий, убийственный труд. Счастлив тот, кто ценою молчания выдержит день такого пути, и то еще по проложенной тропе.

Но нет труда изнурительнее, чем прокладывать дорогу. На каждом шагу широкие плетеные лыжи проваливаются, и ноги уходят в снег по самое колено.

Кто сумеет за весь день ни разу не попасть под ноги собакам, тот может с чистой совестью и с величайшей гордостью забираться в спальный мешок; а тому, кто пройдет двадцать снов по великой Северной Тропе, могут позавидовать и боги.

День клонился к вечеру, и подавленные величием Белого Безмолвия путники молча прокладывают себе путь. У природы много способов убедить человека в его смертности: непрерывное чередование приливов и отливов, ярость бури, ужасы землетрясения, громовые раскаты небесной артиллерии.

Но всего сильнее, всего сокрушительнее — Белое Безмолвие в его бесстрастности. Ничто не шелохнется, небо ярко, как отполированная медь, малейший шепот кажется святотатством, и человек пугается собственного голоса.

Читайте также:  Краткое содержание уэллс машина времени точный пересказ сюжета за 5 минут

Единственная частица живого, передвигающаяся по призрачной пустыне мертвого мира, он страшится своей дерзости, остро сознавая, что он всего лишь червь. Сами собой возникают странные мысли, тайна вселенной ищет своего выражения.

И на человека находит страх перед смертью, перед богом, перед всем миром, а вместе со страхом — надежда на воскресение и жизнь и тоска по бессмертию — тщетное стремление плененной материи; вот тогда-то человек остается наедине с богом».

День клонится к вечеру. Русло реки, вдоль которой следует маленькая процессия, делает крутой поворот, и Мэйсон, чтобы срезать угол, направляет свою упряжку через узкий мыс.

Но собаки никак не могут взять подъем. Вожак тянет упряжку вправо, и нарты наезжают на лыжи Мэйсона.

Мэйсона сбивает с ног, одна из собак падает, запутавшись в постромках, и нарты катятся вниз по откосу, увлекая за собой упряжку.

Мэйсон принимается бить животных бичом. Больше всех достается упавшей собаке — Кармен. Мэйлмют Кид пытается заступиться за несчастное животное. Мэйсон дожидается, когда тот кончит говорить, — и снова длинный бич обвивается вокруг хребта провинившейся собаки. Она жалобно визжит, зарывается в снег.

«То была трудная, тягостная минута для путников: издыхает собака, ссорятся двое друзей. Кармен из последних сил тащилась позади. Пока собака может идти, ее не пристреливают, у нее остается последний шанс на жизнь: дотащиться до стоянки, а там, может быть, люди убьют лося».

Раскаиваясь в своем поступке, но из упрямства не желая сознаться в этом, Мэйсон идет впереди, не оглядывается и не подозревает о надвигающейся опасности. На небольшом расстоянии от него высится старая сосна. Мэйсон останавливается завязать ремень на мокасине.

«Вокруг стояла зловещая тишина, ни единого движения не было в осыпанном снегом лесу; холод и безмолвие заморозили сердце и сковали дрожащие уста природы. Вдруг в воздухе пронесся вздох; они даже не услышали, а скорее ощутили его как предвестника движения в этой неподвижной пустыне».

Огромное дерево, склонившееся под бременем лет и тяжестью слега, играет «свою последнюю роль в трагедии жизни. Мэйсон услышал треск, хотел было отскочить в сторону, но не успел он выпрямиться, как дерево придавило его, ударив по плечу.

Внезапная опасность, мгновенная смерть — как часто Мэйлмют Кид сталкивался с тем и другим! Еще дрожали иглы на ветвях, а он уже успел отдать приказание женщине и кинуться на помощь.

Индианка тоже не упала без чувств и не стала проливать ненужные слезы, как эго сделали бы многие из ее белых сестер.

По первому слову Мэйлмюта Кида она всем телом налегла на приспособленную в виде рычага палку, ослабляя тяжесть и прислушиваясь к стонам мужа, а Мэйлмют Кид принялся рубить дерево топором».

Кид кладет на снег жалкие останки того, что так недавно было человеком. Но страшнее мучений товарища — немая скорбь в лице женщины и ее взгляд, исполненный и надежды и отчаяния.

Руфь ничего не говорит: «жители Севера рано познают тщету слов и неоценимое благо действий». Несчастного Мэйсона кутают в звериные шкуры и кладут на подстилку из веток. Он страшно искалечен.

Никакой надежды спасти его нет.

Медленно тянется безжалостная ночь. Руфь встречает утро «со стоическим отчаянием, свойственным ее народу; на бронзовом лице Мэйлмюта Кида прибавилось несколько морщин. Мэйсон… перенесся в Восточный Теннесси, к Великим Туманным Горам, и вновь переживал свое детство.

Трогательно звучала мелодия давно забытого южного города: он бредил о купании в озерах, об охоте на енота и набегах за арбузами. Для Руфи это были только невнятные звуки, но Кид понимал все, и каждое слово отдавалось в его душе — так может сочувствовать только тот, кто долгие годы был лишен всего, что зовется цивилизацией».

Утром умирающий приходит в себя. Мэйсон шепчет другу, что Руфь была ему хорошей женой. Он просит Кида не отправлять ее назад к ее племени. Ей будет трудно там.

Почти четыре года Руфь ела с ними «бобы, бекон, хлеб, сушеные фрукты — и после этого опять рыба да оленина! Узнать более легкую жизнь, привыкнуть к ней, а потом вернуться к старому» невыносимо.

Мэйсон просит друга позаботиться о Руфи, которая ждет ребенка, дать сыну хорошее образование и сделать так, чтобы мальчик «не возвращался сюда. Здесь не место белому человеку».

Мэйсон приказывает Киду и Руфи идти дальше. Мэйлмют Кид умоляет друга подождать три дня — возможно, Мэйсону станет легче. После решительного торга Мэйсон соглашается и дает другу один день. В заключение Мэйсон просит у Кида прощения за Кармен.

Оставив плачущую женщину подле мужа, Кид уходит в лес с ружьем, надеясь подстрелить лося.

«Если рассуждать отвлеченно, это была простая арифметика — три жизни против одной, обреченной. Но Мэйлмют Кид колебался.

Пять лет дружбы связывали его с Мэйсоном — в совместной жизни на стоянках и приисках, в странствиях по рекам и тропам, в смертельной опасности, которую они встречали плечом к плечу на охоте, в голод, в наводнение.

Так прочна была их связь, что он часто чувствовал смутную ревность к Руфи, с первого дня, как она стала между ними. А теперь эту связь надо разорвать собственной рукой».

Вернувшись ни с чем, Кид видит, что индианка отбивается топором от окружившей ее рычащей своры. Собаки набросились на запас съестных припасов. Кид спешит женщине на помощь. Избитые собаки уползают подальше от костра.

зализывают раны и жалобно воют. Весь запас вяленой рыбы уничтожен, и на дальнейший путь в двести с лишком миль остается не более пяти фунтов муки.

Голодные собаки набрасываются на умирающую Кармен и не успокаиваются, пока от несчастной не остается ни костей, ни клочка шерсти.

Медлить больше нельзя. Но Мэйсон все не умирает. Кид мастерит ему «могилу». Он быстро нагибает верхушки двух сосенок почти до земли и связывает их ремнями из оленьей кожи.

Затем, ударами бича смирив собак, запрягает их в нарты и грузит туда все, кроме шкур, в которые был закутан Мэйсон. Товарища Кид обвязывает ремнями, прикрепив концы их к верхушкам сосен.

Один взмах ножа — и сосны выпрямятся и поднимут тело высоко над землей.

Руфь безропотно слушает волю мужа. Она должна уйти, не видеть его последние минуты. «Бедняжку не надо учить послушанию. Еще девочкой она вместе со всеми женщинами своего племени преклонялась перед властелином всего живущего, перед мужчиной, которому не подобает прекословить». Руфь с упряжкой скрывается за деревьями.

Раздается короткий выстрел. Мэйсон взлетает ввысь, в свою воздушную гробницу, а Мэйлмют Кид, нахлестывая собак, во весь опор мчится прочь по снежной пустыне.



Источник: https://scribble.su/short/kratkoe6kl/91.html

Краткий пересказ «Любовь к жизни»

Краткий пересказ рассказа Джека Лондона «Любовь к жизни» можно прочитать за 5 минут.

Краткий пересказ Джек Лондон «Любовь к жизни»

Главный герой рассказа «Любовь к жизни» вместе со своим товарищем отправился на поиски золота. На обратном пути у них закончились запасы еды и патроны. Они больше не могли добывать пищу и сильно голодали. С каждым днем они теряли все больше сил.

И вот однажды главный герой, переходя через ручей, подвернул ногу. Он стал отставать от товарища, а тот ничем не помог, бросил его и ушел дальше один. Герой рассказа превозмогая боль, пошел по следам своего товарища. Он знал дорогу.

Она вела к тайнику, в котором были спрятаны снасти для рыбной ловли, патроны и немного еды. Это должно было спасти ему жизнь. Он заставлял себя думать, что дойдет до тайника и что Билл (так звали его товарища) подождет его там. Но сил оставалось все меньше и меньше. Он постоянно думал о еде.

Ему встречались олени, но он не мог их убить — не было патронов.

Однажды он чуть не поймал куропатку голыми руками, но она вырвалась; оставив только у него в руке три пера. С каждой новой неудачей он все больше и больше падал духом, но потом находил в себе силы продолжить путь.

Он питался всем, что попадется: болотными ягодами, луковицами камыша. Всем, что хоть как-то могло помочь ему выжить Он был очень слаб. Им овладело только одно желание: есть! Он помешался от голода.

Ему было все равно, куда идти, лишь бы идти по ровному месту». Но самое главное, что продолжал идти.

Читайте также:  Краткое содержание рассказов валентина катаева за 2 минуты

Однажды он просто свалился от голода в гнездо куропатки. Четырех птенцов съел живыми, но они только раззадорили его голод. Тогда он погнался за их мамой, которой перебил камнем крыло. Куропатку он не догнал, а с дороги сбился окончательно. Ему было очень тяжело.

«По временам рассудок его мутился, и он продолжал брести дальше бессознательно, как автомат». Однажды ему повстречался медведь. Страх того, что зверь задерет его, придал ему силы. Он встал с ножом в руках, посмотрел медведю прямо в глаза и зарычал на него.

И тот не тронул его.

Самые страшные страницы рассказа описывают соперничество главного героя и волка за жизнь. Они боролись до последнего. Человек ослаб уже настолько, что не мог подняться и передвигался на четвереньках. Волк тоже был очень слаб: он был стар, болен и его выгнали из стаи.

Он полз за человеком, не имея сил напасть. Он просто ждал, когда тот умрет и можно будет его съесть.

Но человек тоже цеплялся за свою жизнь: «Будь то здоровый волк, человек не стал бы так сопротивляться, но ему было неприятно думать, что он попадет в утробу этой мерзкой твари, почти падали».

В конце концов человек притворился мертвым и смог схватить подползшего к нему зверя. «Полдня он лежал неподвижно, борясь с забытьём и сторожа волка, который хотел его съесть и которого он съел бы сам, если бы мог… Человек ждал.

Клыки слегка сдавили его руку, потом давление стало сильнее — волк из последних сил старался вонзить зубы в добычу, которую так долго подстерегал. Но и человек ждал долго, и его искусанная рука сжала волчью челюсть… Еще пять минут, и человек придавил волка всей своей тяжестью.

Его рукам не хватало силы, чтобы задушить волка, но человек прижался лицом к волчьей шее, и его рот был полон шерсти. Прошло полчаса, и человек почувствовал, что в горло ему сочится теплая струйка».

Эта жуткая сцена, когда герой почти живьем съедает волка, чтобы выжить самому, говорит нам о том, что готов сделать человек, чтобы выжить в борьбе с природой.

Он готов цепляться за жизнь до последней возможности. Смысл его существования — в борьбе с природой, в утверждении своего превосходства над ней. В конце рассказа герой спасается: после дуэли с волком он доползает до реки, где его подбирает китобойное судно.

К этому времени он уже не был похож на человека: «Они увидели живое существо, но вряд ли его можно было назвать человеком. Оно ничего не слышало, ничего не понимало и корчилось на песке, словно гигантский червяк». Но это существо все-таки победило смерть.

Источник: http://ktoikak.com/kratkiy-pereskaz-lyubov-k-zhizni/

Читать

Кармен и двух дней не протянет.

Мэйсон выплюнул кусок льда и уныло посмотрел на несчастное животное, потом, поднеся лапу собаки ко рту, стал опять скусывать лед, намерзший большими шишками у нее между пальцев.

– Сколько я ни встречал собак с затейливыми кличками, все они никуда не годились, – сказал он, покончив со своим делом, и оттолкнул собаку. – Они слабеют и в конце концов издыхают. Ты видел, чтобы с собакой, которую зовут попросту Касьяр, Сиваш или Хаски, приключилось что-нибудь неладное? Никогда! Посмотри на Шукума: он…

Раз! Отощавший пес взметнулся вверх, едва не вцепившись клыками Мэйсону в горло.

– Ты что это придумал?

Сильный удар по голове рукояткой бича опрокинул собаку в снег, она судорожно вздрагивала, с клыков у нее капала желтая слюна.

– Я и говорю, посмотри на Шукума: Шукум маху не даст. Бьюсь об заклад, что не пройдет и недели, как он задерет Кармен.

– А я, – сказал Мэйлмют Кид, переворачивая хлеб, оттаивающий у костра, – бьюсь об заклад, что мы сами съедим Шукума, прежде чем доберемся до места. Что ты на это скажешь, Руфь?

Индианка бросила в кофе кусочек льда, чтобы осела гуща, перевела взгляд с Мэйлмюта Кида на мужа, затем на собак, но ничего не ответила. Столь очевидная истина не требовала подтверждения. Другого выхода им не оставалось. Впереди двести миль по непроложенному пути, еды хватит всего дней на шесть, а для собак и совсем ничего нет.

Оба охотника и женщина придвинулись к костру и принялись за скудный завтрак. Собаки лежали в упряжке, так как это была короткая дневная стоянка, и завистливо следили за каждым их куском.

– С завтрашнего дня никаких завтраков, – сказал Мэйлмют Кид, – и не спускать глаз с собак; они совсем от рук отбились, того и гляди, набросятся на нас, если подвернется удобный случай.

– А ведь когда-то я был главой методистской общины и преподавал в воскресной школе!

И, неизвестно к чему объявив об этом, Мэйсон погрузился в созерцание своих мокасин, от которых шел пар. Руфь вывела его из задумчивости, налив ему чашку кофе.

– Слава богу, что у нас вдоволь чая. Я видел, как чай растет, дома, в Теннесси. Чего бы я теперь не дал за горячую кукурузную лепешку!.. Не горюй, Руфь, еще немного, и тебе не придется больше голодать, да и мокасины не надо будет носить.

При этих словах женщина перестала хмуриться, и глаза ее засветились любовью к ее белому господину – первому белому человеку, которого она встретила, первому мужчине, который показал ей, что в женщине можно видеть не только животное или вьючную скотину.

– Да, Руфь, – продолжал ее муж на том условном языке, единственно на котором они и могли объясняться друг с другом, – вот скоро мы выберемся отсюда, сядем в лодку белого человека и поедем к Соленой Воде. Да, плохая вода, бурная вода – словно водяные горы скачут вверх и вниз.

А как ее много, как долго по ней ехать! Едешь десять снов, двадцать снов, сорок снов, – для большей наглядности Мэйсон отсчитывал дни на пальцах, – и все время вода, плохая вода. Потом приедем в большое селение, народу много, все равно как мошкары летом.

Вигвамы вот какие высокие – в десять, двадцать сосен!.. Эх!

Он замолчал, не находя слов, и бросил умоляющий взгляд на Мэйлмюта Кида, потом старательно стал показывать руками, как это будет высоко, если поставить одну на другую двадцать сосен. Мэйлмют Кид насмешливо улыбнулся, но глаза Руфи расширились от удивления и счастья; она думала, что муж шутит, и такая милость радовала ее бедное женское сердце.

– А потом сядем в… в ящик, и – пифф! – поехали. – В виде пояснения Мэйсон подбросил в воздух пустую кружку и, ловко поймав ее, закричал: – И вот – пафф! – уже приехали! О великие шаманы! Ты едешь в форт Юкон, а я еду в Арктик-сити – двадцать пять снов.

Длинная веревка оттуда сюда, я хватаюсь за эту веревку и говорю: «Алло, Руфь! Как живешь?» А ты говоришь: «Это ты, муженек?» Я говорю: «Да». А ты говоришь: «Нельзя печь хлеб: больше соды нет». Тогда я говорю: «Посмотри в чулане, под мукой. Прощай!» Ты идешь в чулан и берешь соды сколько нужно.

И все время ты в форте Юкон, а я – в Арктик-сити. Вот они какие, шаманы!

Руфь так простодушно улыбнулась этой волшебной сказке, что мужчины покатились со смеху. Шум, поднятый дерущимися собаками, оборвал рассказы о чудесах далекой страны, и к тому времени, когда драчунов разняли, женщина уже успела увязать нарты и все было готово, чтобы двинуться в путь.

– Вперед, Лысый! Эй, вперед!

Мэйсон ловко щелкнул бичом и, когда собаки начали, потихоньку повизгивая, натягивать постромки, уперся в поворотный шест[1] и сдвинул с места примерзшие нарты.

Руфь следовала за ним со второй упряжкой, а Мэйлмют Кид, помогавший ей тронуться, замыкал шествие.

Сильный и суровый человек, способный свалить быка одним ударом, он не мог бить несчастных собак и по возможности щадил их, что погонщики делают редко. Иной раз Мэйлмют Кид чуть не плакал от жалости, глядя на них.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Источник: https://www.litmir.me/br/?b=17820&p=1

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector