Краткое содержание зощенко перед восходом солнца точный пересказ сюжета за 5 минут

Краткое содержание повести “Перед восходом солнца” М. М. Зощенко

Краткое содержание Зощенко Перед восходом солнца точный пересказ сюжета за 5 минут

Повесть (ч. 1-я — 1943; ч. 2-я по назв. «Повесть о разуме» — 1972)

(Сокращенный вариант)

Автобиографическая и научная повесть «Перед восходом солнца» — исповедальный рассказ о том, как автор пытался победить свою меланхолию и страх жизни.

Он считал этот страх своей душевной болезнью, а вовсе не особенностью таланта, и пытался побороть себя, внушить себе детски-жизнерадостное мировосприятие. Для этого (как он полагал, начитавшись Павлова и Фрейда) следовало изжить детские страхи, побороть мрачные воспоминания молодости.

И Зощенко, вспоминая свою жизнь, обнаруживает, что почти вся она состояла из впечатлений мрачных и тяжелых, трагических и уязвляющих.

В повести около ста маленьких глав-рассказов, в которых автор как раз и перебирает свои мрачные воспоминания: вот глупое самоубийство студента-ровесника, вот первая газовая атака на фронте, вот неудачная любовь, а вот любовь удачная, но быстро наскучившая… Главная любовь его жизни — Надя В., но она выходит замуж и эмигрирует после революции.

Автор пытался утешиться романом с некоей Алей, восемнадцатилетней замужней особой весьма необременительных правил, но ее лживость и глупость наконец надоели ему. Автор видел войну и до сих пор не может вылечиться от последствий отравления газами. У него бывают странные нервные и сердечные припадки.

Его преследует образ нищего: больше всего на свете он боится унижения и нищеты, потому что в молодости видел, до какой подлости и низости дошел изображающий нищего поэт Тиняков.

Автор верит в силу разума, в мораль, в любовь, но все это на его гла­зах рушится: люди опускаются, любовь обречена, и какая там мораль — после всего, что он видел на фронте в первую империалистическую и в гражданскую? После голодного Петрограда 1918 г.? После гогочущего зала на его выступлениях?

Автор пытается искать корни своего мрачного мировоззрения в детстве: он вспоминает, как боялся грозы, воды, как поздно его отняли от материнской груди, каким чуждым и пугающим казался ему мир, как в снах его назойливо повторялся мотив грозной, хватающей его руки…

Как будто всем этим детским комплексам автор отыскивает рациональное объяснение. Но со складом своего характера он ничего поделать не может: именно трагическое мировосприятие, больное самолюбие, многие разочарования и душевные травмы сделали его писателем с собственным, неповторимым углом зрения.

Вполне по-советски ведя непримиримую борьбу с собой, Зощенко пытается на чисто рациональном уровне убедить себя, что он может и должен любить людей.

Истоки его душевной болезни видятся ему в детских страхах и последующем умственном перенапряжении, и если со страхами еще можно что-то сделать, то с умственным перенапряжением, привычкой к писательскому труду не поделаешь уже ничего.

Это склад души, и вынужденный отдых, который периодически устраивал себе Зощенко, ничего тут не меняет. Говоря о необходимости здорового образа жизни и здорового мировоззрения, Зощенко забыва­ет о том, что здоровое мировоззрение и беспрерывная радость жизни — удел идиотов. Вернее, он заставляет себя об этом забыть.

В результате «Перед восходом солнца» превращается не в повесть о торжестве разума, а в мучительный отчет художника о бесполезной борьбе с собой.

Рожденный сострадать и сопереживать, болезненно чуткий ко всему мрачному и трагическому в жизни (будь то газовая атака, самоубийство приятеля, нищета, несчастная любовь или хохот солдат, режущих свинью), автор напрасно пытается себя уверить, что может воспитать в себе жизнерадостное и веселое мировоззрение.

С таким мировоззрением писать не имеет смысла. Вся повесть Зощен­ко, весь ее художественный мир доказывает примат художественной интуиции над разумом: художественная, новеллистическая часть повести написана превосходно, а комментарии автора — лишь беспощадно честный отчет о вполне безнадежной попытке.

Зощенко пытался совершить литературное самоубийство, следуя велением гегемонов, но, по счастью, не преуспел в этом. Его книга остается памятником художнику, который бессилен перед собственным даром.

Источник: https://www.lang-lit.ru/2014/02/blog-post_9.html

Брифли: «Перед восходом солнца» Зощенко в кратком изложении

Автобиографическая и научная повесть «Перед восходом солнца» — исповедальный рассказ о том, как автор пытался победить свою меланхолию и страх жизни.

Он считал этот страх своей душевной болезнью, а вовсе не особенностью таланта, и пытался побороть себя, внушить себе детски-жизнерадостное мировосприятие. Для этого (как он полагал, начитавшись Павлова и Фрейда) следовало изжить детские страхи, побороть мрачные воспоминания молодости.

И Зощенко, вспоминая свою жизнь, обнаруживает, что почти вся она состояла из впечатлений мрачных и тяжёлых, трагических и уязвляющих.

В повести около ста маленьких глав-рассказов, в которых автор как раз и перебирает свои мрачные воспоминания: вот глупое самоубийство студента-ровесника, вот первая газовая атака на фронте, вот неудачная любовь, а вот любовь удачная, но быстро наскучившая… Главная любовь его жизни — Надя В., но она выходит замуж и эмигрирует после революции.

Автор пытался утешиться романом с некоей Алей, восемнадцатилетней замужней особой весьма необременительных правил, но ее лживость и глупость наконец надоели ему. Автор видел войну и до сих пор не может вылечиться от последствий отравления газами. У него бывают странные нервные и сердечные припадки.

Его преследует образ нищего: больше всего на свете он боится унижения и нищеты, потому что в молодости видел, до какой подлости и низости дошёл изображающий нищего поэт Тиняков.

Автор верит в силу разума, в мораль, в любовь, но все это на его глазах рушится: люди опускаются, любовь обречена, и какая там мораль — после всего, что он видел на фронте в первую империалистическую и в гражданскую? После голодного Петрограда 1918 г.? После гогочущего зала на его выступлениях?

Автор пытается искать корни своего мрачного мировоззрения в детстве: он вспоминает, как боялся грозы, воды, как поздно его отняли от материнской груди, каким чуждым и пугающим казался ему мир, как в снах его назойливо повторялся мотив грозной, хватающей его руки…

Как будто всем этим детским комплексам автор отыскивает рациональное объяснение. Но со складом своего характера он ничего поделать не может: именно трагическое мировосприятие, больное самолюбие, многие разочарования и душевные травмы сделали его писателем с собственным, неповторимым углом зрения.

Вполне по-советски ведя непримиримую борьбу с собой, Зощенко пытается на чисто рациональном уровне убедить себя, что он может и должен любить людей.

Истоки его душевной болезни видятся ему в детских страхах и последующем умственном перенапряжении, и если со страхами ещё можно что-то сделать, то с умственным перенапряжением, привычкой к писательскому труду не поделаешь уже ничего.

Это склад души, и вынужденный отдых, который периодически устраивал себе Зощенко, ничего тут не меняет. Говоря о необходимости здорового образа жизни и здорового мировоззрения, Зощенко забывает о том, что здоровое мировоззрение и беспрерывная радость жизни — удел идиотов. Вернее, он заставляет себя об этом забыть.

В результате «Перед восходом солнца» превращается не в повесть о торжестве разума, а в мучительный отчёт художника о бесполезной борьбе с собой.

Рождённый сострадать и сопереживать, болезненно чуткий ко всему мрачному и трагическому в жизни (будь то газовая атака, самоубийство приятеля, нищета, несчастная любовь или хохот солдат, режущих свинью), автор напрасно пытается себя уверить, что может воспитать в себе жизнерадостное и весёлое мировоззрение.

С таким мировоззрением писать не имеет смысла. Вся повесть Зощенко, весь ее художественный мир доказывает примат художественной интуиции над разумом: художественная, новеллистическая часть повести написана превосходно, а комментарии автора — лишь беспощадно честный отчёт о вполне безнадёжной попытке.

Зощенко пытался совершить литературное самоубийство, следуя велениям гегемонов, но, по счастью, не преуспел в этом. Его книга остаётся памятником художнику, который бессилен перед собственным даром.

Источник: http://archive.li/f7Cvm

Краткое содержание повести Зощенко “Перед восходом солнца”

Автобиографическая и научная повесть “Перед восходом солнца” – исповедальный рассказ о том, как автор пытался победить свою меланхолию и страх жизни.

Он считал этот страх своей душевной болезнью, а вовсе не особенностью таланта, и пытался побороть себя, внушить себе детски-жизнерадостное мировосприятие. Для этого (как он полагал, начитавшись Павлова и Фрейда) следовало изжить детские страхи, побороть мрачные воспоминания молодости.

И Зощенко, вспоминая свою жизнь, обнаруживает, что почти вся она состояла из впечатлений мрачных и тяжелых, трагических и уязвляющих.

В повести около ста маленьких глав-рассказов, в которых автор как раз и перебирает свои мрачные воспоминания: вот глупое самоубийство студента-ровесника, вот первая газовая атака на фронте, вот неудачная любовь, а вот любовь удачная, но быстро наскучившая… Главная любовь его жизни – Надя В., но она выходит замуж и эмигрирует после революции.

Автор пытался утешиться романом с некоей Алей, восемнадцатилетней замужней особой весьма необременительных правил, но ее лживость и глупость наконец надоели ему. Автор видел войну и до сих пор не может вылечиться от последствий отравления газами. У него бывают странные нервные и сердечные припадки.

Его преследует образ нищего: больше всего на свете он боится унижения и нищеты, потому что в молодости видел, до какой подлости и низости дошел изображающий нищего поэт Тиняков.

Автор верит в силу разума, в мораль, в любовь, но все это на его глазах рушится: люди опускаются, любовь обречена, и какая там мораль – после всего, что он видел на фронте в первую империалистическую и в гражданскую? После голодного Петрограда 1918 г.? После гогочущего зала на его выступлениях?

Автор пытается искать корни своего мрачного мировоззрения в детстве: он вспоминает, как боялся грозы, воды, как поздно его отняли от материнской груди, каким чуждым и пугающим казался ему мир,…

как в снах его назойливо повторялся мотив грозной, хватающей его руки… Как будто всем этим детским комплексам автор отыскивает рациональное объяснение.

Но со складом своего характера он ничего поделать не может: именно трагическое мировосприятие, больное самолюбие, многие разочарования и душевные травмы сделали его писателем с собственным, неповторимым углом зрения.

Вполне по-советски ведя непримиримую борьбу с собой, Зощенко пытается на чисто рациональном уровне убедить себя, что он может и должен любить людей.

Истоки его душевной болезни видятся ему в детских страхах и последующем умственном перенапряжении, и если со страхами еще можно что-то сделать, то с умственным перенапряжением, привычкой к писательскому труду не поделаешь уже ничего. Это склад души, и вынужденный отдых, который периодически устраивал себе Зощенко, ничего тут не меняет. Говоря о необходимости здорового образа жизни и здорового мировоззрения, Зощенко забывает о том, что здоровое мировоззрение и беспрерывная радость жизни – удел идиотов. Вернее, он заставляет себя об этом забыть.

В результате “Перед восходом солнца” превращается не в повесть о торжестве разума, а в мучительный отчет художника о бесполезной борьбе с собой.

Рожденный сострадать и сопереживать, болезненно чуткий ко всему мрачному и трагическому в жизни (будь то газовая атака, самоубийство приятеля, нищета, несчастная любовь или хохот солдат, режущих свинью), автор напрасно пытается себя уверить, что может воспитать в себе жизнерадостное и веселое мировоззрение.

С таким мировоззрением писать не имеет смысла. Вся повесть Зощенко, весь ее художественный мир доказывает примат художественной интуиции над разумом: художественная, новеллистическая часть повести написана превосходно, а комментарии автора – лишь беспощадно честный отчет о вполне безнадежной попытке.

Зощенко пытался совершить литературное самоубийство, следуя велениям гегемонов, но, по счастью, не преуспел в этом. Его книга остается памятником художнику, который бессилен перед собственным даром.

Краткое содержание повести Зощенко “Перед восходом солнца”

Другие сочинения по теме:

  1. Краткое содержание драмы Гауптмана “Перед восходом солнца” Действие происходит в современной писателю Силезии. В имении Краузе появляется Альфред Лот, он хотел бы видеть господина инженера. Фрау Краузе…
  2. Краткое содержание драмы Гауптмана “Перед заходом солнца” Действие разворачивается после первой мировой войны в большом немецком городе. В особняке семидесятилетнего Маттиаса Клаузена, холеного господина, тайного коммерции советника,…
  3. Краткое содержание повести Зощенко “Мишель Синягин” Михаил Синягин родился в 1887 году. На империалистическую войну он не попал из-за ущемления грыжи. Он пописывает стишки в духе…
  4. Театр Зощенко Театр Зощенко – это 10 пьес, 8 одноактных комедий, 2 либретто, множество сценок (для сатирических журналов 20-30-х гг. “Бузотер”, “Смехач”,…
  5. Краткое содержание цикла Зощенко “Голубая книга” Однажды Зощенко был у Горького. И вот Горький ему говорит: а что бы вам, Михал Михалыч и все такое прочее,…
  6. Форма выражения авторской позиции М. Зощенко В творчестве Михаила Зощенко, в частности в его рассказах, особое место занимает позиция авторского лица и авторской маски. В этой…
  7. Комизм и сатира в рассказах Зощенко Способ мышления зощенковского героя стал способом его саморазоблачения. Языковый комизм нес с собой не только стихию смеха – он вскрывал…
  8. Краткое содержание “Закатного солнца” Дадзая 1 Послевоенное время. Повествование ведется от первого лица – главной героиней повести 29-летней Кадзуко. Кадзуко с матушкой завтракают супом. Дочь…
  9. Тема урока Воспоминание о школе в рассказе М. М. Зощенко Цель урока Закрепить представления учащихся о юморе. Материал для чтения М. М. Зощенко “Пора вставать”. Оборудование урока Таблица “Словарь характеристик”….
  10. Краткое содержание “Беды” Зощенко Ы Два года деревенский мужик Егор Иваныч копил деньги на лошадь. Плохо питался, бросил курить махорку, “а что до самогона,…
  11. “Немного солнца в холодной воде” краткое содержание Журналист Жиль Лантье, которому сейчас тридцать пять лет, в депрессии. Почти каждый день он просыпается на рассвете, и сердце его…
  12. Краткое содержание рассказа Зощенко “История болезни” Ы Повествование ведется от имени больного Петра. Рассказчик не любит лежать в больницах. Он повествует о том, как однажды лежал…
  13. Грустное и смешное в рассказах Зощенко Никто из русских писателей 20-х годов XX века не мог сравниться по популярности с М. Зощенко. Юношей он участвовал в…
  14. Краткое содержание рассказа Зощенко “Аристократка” Ы Повествование ведется от лица водопроводчика Григория Ивановича. Он рассказывает, к чему его привело увлечение аристократкой. Он советует не связываться…
  15. Краткое содержание “Кладовой солнца” Пришвина Почти в каждом болоте кроется несметное богатство. Все травинки и былинки, растущие там, пропитывает солнце, насыщает своим теплом и светом….
  16. Образ глупого рассказчика в рассказах Зощенко У Зощенко очень много “рассказывающих” героев, объясняющих свое житье. В значительной степени этими качествами наделен рассказчик, который иногда рассказывает очень…
  17. Краткое содержание романа Каверина “Перед зеркалом” Лиза Тураева и Костя Карновский познакомились на гимназическом балу. Они протанцевали вместе весь вечер, а потом решили переписываться. Судьба подарила…
  18. Краткое содержание “Ночи перед Рождеством” Гоголя На смену последнему дню перед Рождеством приходит ясная морозная ночь. Дивчины и парубки еще не вышли колядовать, и никто не…
  19. Краткое содержание “Повести о Горе и Злочастии” Ы Начинается “Повесть” с того, что автор вписывает свою историю в общебиблейский контекст и рассказывает о первом грехе человечества, грехе…
  20. Краткое содержание повести Попова “Жизнь удалась” Это трагифарсовая, гротескная повесть, состоящая из десятка устных новелл. Сам автор рассказывает ее так: “Живут трое друзей, познакомившихся еще в…
Читайте также:  Краткое содержание паустовский телеграмма точный пересказ сюжета за 5 минут

Источник: https://ege-russian.ru/kratkoe-soderzhanie-povesti-zoshhenko-pered-vosxodom-solnca/

Книга «Перед восходом солнца»

“речь будет идти о моих молодых годах. Это все равно что говорить об умершем. “

Биографический период в жизни любого человека наступает в момент, когда мозг еще не окончательно поддался старческому маразму, а поэтому – некоторым приходится садиться за писанину с самого детства.

Запрещенный в советские годы биографический труд Зощенко последовательно поделен на 4 логических периода воспоминаний с 15 лет, с 5 до 15, с 2 до 5, от 0 до 2. На период “до 0” он, судя по всему, так и не замахнулся.

Общество в принципе не приветствует излишнюю правдивость, не только в литературе – в брачных отношениях, судебных процессах, воспитании детей и т.д. Правда в нашей жизни – это некий образ и не больше. Некоторые формы правдивости говорят исключительно о глупости.

Всякая же тщательно скрываемая глупость относится с подозрением к глупости явной, потому что опасается ее неискренности. Замкнутый круг. Только за наивного дурачка типа Руссо (“Исповедь” Руссо) можно не опасаться – он в своих фантазиях все равно далеко не уйдет.

В случае же с Зощенко все предельно просто – несчастный, но известный человек пытается найти корень своих бед в собственном прошлом. Ищет он, правда, всего лишь логическое утешение для самого себя, но именно это ему было понимать вовсе и не обязательно.

Нашел ли в итоге – об этом никто не знает, но о поисках написал – следовательно ему это было нужно. В результате Зощенко расширил границы допустимого, хотя и не прикоснулся ни к чему запретному. Его искреннее возмущение по поводу цензуры и письма Сталину умиляют.

Зощенко вышел на скользкую дорогу малоизвестной в те годы дианетики, вышел самостоятельно, еще и к буддизму приложился исключительно на основании собственных свойств характера.

“Освободиться от страданий” – это ни больше, ни меньше новая попытка оправдания для себеподобных, по масштабам как новая концепция православия Булгакова в “Мастер и Маргарите”, только Зощенко не дотянул в литературном смысле. А жаль.

Как и любой совок (и не только совок), Зощенко искренне считает, что люди приходят в этот мир одинаковыми, эдакими шаблонными заготовками на действующую фабрику. К счастью для Зощенко, гонение христиан в СССР совпало с его попыткой медитаций, а потому даже Горький лживо поддержал его начинание. Тот самый Горький, что питался этими самыми страданиями в своих ранних рассказах да в “Фоме Гордееве”. Ну, мало ли кто как чудит в последние годы жизни.

Зощенко пишет просто и понятно. Четкие, короткие предложения, совершенно не связанные со словарным запасом. Оно и верно – загорбулишь тут собственную мысль на пол страницы да такую, что ближе к концу сам не помнишь – о чем изначально писать собирался. Проще нужно быть.

Изначально произведение напоминает зоопарк зимой. “Вот это волки. Вернее, клетка из-под волков. Их не видно, им холодно. Это слон. Его держат в теплом погребе, ибо он зимой мерзнет по определению. Но вы знайте, дети, что он где-то есть. А это белый медведь. Он холода не боится, даже в бассейне зимой плавает.

Его тоже нет, чего он будет здесь как дурак один сидеть. Купили билеты, поэтому ходите, ищите”. На каждой странице минимум пять предложений начинаются с “Я”. А в общем же попытки автора понятны, достойны уважения и очень читаемы. Для читателя рай – короткие главы, ясные слова, четкое построение.

Как будто в СССР окунулся с головой, лучше белого медведя.

Источник: https://www.livelib.ru/book/1000098950-pered-voshodom-solntsa-mihail-zoschenko

Перед восходом солнца

Вы здесь

В 1972 году Михаил Зощенко написал произведение “Перед восходом солнца”. Рабочим названием этой повести было “Ключи счастья”, большую часть Зощенко написал, находясь в эвакуации.

Сам Зощенко признавался, что к повести “Перед восходом солнца” он шел всю свою творческую жизнь, собирая материалы для нее еще с 1930-х годов. Повесть является научной и вместе с тем автобиографичной. Автор как бы исповедуется о том, как он боролся со своей меланхолией и страхами в жизни.

Читайте ниже краткое содержание повести “Перед восходом солнца”.

Автобиографическая и научная повесть «Перед восходом солнца» — исповедальный рассказ о том, как автор пытался победить свою меланхолию и страх жизни.

Он считал этот страх своей душевной болезнью, а вовсе не особенностью таланта, и пытался побороть себя, внушить себе детски-жизнерадостное мировосприятие. Для этого (как он полагал, начитавшись Павлова и Фрейда) следовало изжить детские страхи, побороть мрачные воспоминания молодости.

И Зощенко, вспоминая свою жизнь, обнаруживает, что почти вся она состояла из впечатлений мрачных и тяжелых, трагических и уязвляющих.

В повести около ста маленьких глав-рассказов, в которых автор как раз и перебирает свои мрачные воспоминания: вот глупое самоубийство студента-ровесника, вот первая газовая атака на фронте, вот неудачная любовь, а вот любовь удачная, но быстро наскучившая… Главная любовь его жизни — Надя В., но она выходит замуж и эмигрирует после революции.

Автор пытался утешиться романом с некоей Алей, восемнадцатилетней замужней особой весьма необременительных правил, но ее лживость и глупость наконец надоели ему. Автор видел войну и до сих пор не может вылечиться от последствий отравления газами. У него бывают странные нервные и сердечные припадки.

Его преследует образ нищего: больше всего на свете он боится унижения и нищеты, потому что в молодости видел, до какой подлости и низости дошел изображающий нищего поэт Тиняков.

Автор верит в силу разума, в мораль, в любовь, но все это на его глазах рушится: люди опускаются, любовь обречена, и какая там мораль — после всего, что он видел на фронте в первую империалистическую и в гражданскую? После голодного Петрограда 1918 г.? После гогочущего зала на его выступлениях?

Автор пытается искать корни своего мрачного мировоззрения в детстве: он вспоминает, как боялся грозы, воды, как поздно его отняли от материнской груди, каким чуждым и пугающим казался ему мир, как в снах его назойливо повторялся мотив грозной, хватающей его руки… Как будто всем этим детским комплексам автор отыскивает рациональное объяснение. Но со складом своего характера он ничего поделать не может: именно трагическое мировосприятие, больное самолюбие, многие разочарования и душевные травмы сделали его писателем с собственным, неповторимым углом зрения. Вполне по-советски ведя непримиримую борьбу с собой, Зощенко пытается на чисто рациональном уровне убедить себя, что он может и должен любить людей. Истоки его душевной болезни видятся ему в детских страхах и последующем умственном перенапряжении, и если со страхами еще можно что-то сделать, то с умственным перенапряжением, привычкой к писательскому труду не поделаешь уже ничего. Это склад души, и вынужденный отдых, который периодически устраивал себе Зощенко, ничего тут не меняет. Говоря о необходимости здорового образа жизни и здорового мировоззрения, Зощенко забывает о том, что здоровое мировоззрение и беспрерывная радость жизни — удел идиотов. Вернее, он заставляет себя об этом забыть.

В результате «Перед восходом солнца» превращается не в повесть о торжестве разума, а в мучительный отчет художника о бесполезной борьбе с собой.

Рожденный сострадать и сопереживать, болезненно чуткий ко всему мрачному и трагическому в жизни (будь то газовая атака, самоубийство приятеля, нищета, несчастная любовь или хохот солдат, режущих свинью), автор напрасно пытается себя уверить, что может воспитать в себе жизнерадостное и веселое мировоззрение.

С таким мировоззрением писать не имеет смысла. Вся повесть Зощенко, весь ее художественный мир доказывает примат художественной интуиции над разумом: художественная, новеллистическая часть повести написана превосходно, а комментарии автора — лишь беспощадно честный отчет о вполне безнадежной попытке.

Зощенко пытался совершить литературное самоубийство, следуя велениям гегемонов, но, по счастью, не преуспел в этом. Его книга остается памятником художнику, который бессилен перед собственным даром.

Вы прочитали краткое содержание повести “Перед восходом солнца”. Предлагаем вам также посетить раздел Краткие содержания, чтобы ознакомиться с изложениями других популярных писателей.

Все шедевры мировой литературы в кратком изложении. Сюжеты и характеры. Русская литература XX века.

Другие краткие содержания

Источник: https://reedcafe.ru/summary/pered-voshodom-solnca

Душевные переживания Михаила Зощенко в повести «Перед восходом солнца»

Михаил Зощенко известен как писатель сатирик, он автор смешных фельетонов и рассказов. Герои его произведений наивны, простодушны, способны унизить, оскорбить, и даже убить, если дело касается их собственности. Но, тем не менее, они всегда вызывают искренний смех.

Автобиографический роман Зощенко «Перед восходом солнца», сам автор считает своим главным произведением, на самом деле читателю больше известны такие его рассказы как «Баня», «Аристократка» и др.

Имя писателя стало не разделимым со словом «юмор», в зените своей славы он написал книгу, в которой пытался разобраться в причинах своей тоски.

Часто возвращаясь мыслями в свои детские и юношеские годы, к фронтам Первой мировой войны, где он был героическим участником сражений, там он получил первый литературный успех, он анализирует собственный путь и путь русского интеллигента, который оказался на границе двух эпох.

Он часто в своих воспоминаниях рассказывает о коллегах по «писательскому цеху» — Викторе Шкловском, Александре Блоке, Сергее Есенине, Юрии Олеше, Корнее Чуковском… Конечно, такая книга в сороковых пришлась не по вкусу литературному и высокому начальству. Роман Зощенко «Перед восходом солнца» вышел в свет  лишь в 1972 году. Вторая часть книги содержит  записи из дневника и писем Зощенко, в которых он рассказывает о замысле и самом процессе написания этого романа.

Читайте также:  Краткое содержание рассказов льва толстого за 2 минуты

В этой повести, автор рассказывает о том, как пытался победить страх жизни и меланхолию.

Он считал, что этот страх является душевной болезнью и всячески пытался побороть себя, внушая себе жизнерадостное мировосприятие, тем самым пытаясь изжить свои детские страхи и побороть мрачные воспоминания юности.

Зощенко, вспоминая свою жизнь, обнаружил, что почти вся его жизнь состояла из тяжелых и мрачных впечатлений, уязвляющих и трагических.

Повесть состоит примерно из ста маленьких рассказов, в каждом из которых автор перебирает свои не веселые воспоминания: первая газовая атака на фронте, неудачная любовь, самоубийство студента-ровесника… Главной любовью его жизни была Надя В., которая выходит замуж и позже эмигрирует.

Автор пытался найти утешения в романе с некоей Алей, но её глупость и лживость быстро ему надоели. Автор видел войну и не смог вылечиться от последствий отравления газами, из-за этого у него часто бывали нервные и сердечные припадки.

Он больше всего на свете боялся нищеты и унижения, поэтому его часто преследует образ нищего.

Автор всегда верил в силу разума, в любовь, в мораль, но всё это рушится на его глазах: любовь обречена, люди опускаются, и какая там мораль — после того, что он видел на фронте во время первой мировой и в гражданскую?

Зощенко в своем произведении пытался найти корни своего мрачного мировосприятия в детстве: он сильно боялся грозы и воды, каким пугающим был для него весь мир, как в его снах назойливо появлялась грозная, хватающая его рука…

Всем этим детским страхам автор пытался найти какое-нибудь объяснение. И не просто объяснение, а объяснения с научной точки зрения. Изучая научную литературу, Михаил Зощенко предлагает очень интересную версию трактовки сновидений, связывая их с теорией великого русского физиолога Ивана Петровича Павлова о высшей нервной деятельности человека.

Но особенности характера, трагическое мировосприятие, больное самолюбие, множественные разочарования сделали его писателем с особенным и неповторимым углом зрения. По-советски ведя постоянную борьбу с собой, Зощенко пытается убедить себя, что он должен любить людей. Он считает, что истоки его душевной болезни кроятся в детских страхах и постоянном умственном перенапряжении.

Результатом становится то, что «Перед восходом солнца» превращается  в мучительный отчет художника о безрезультатной борьбе с самим собой. Зощенко хотел совершить литературное самоубийство, но к счастью, не преуспел в этом. Его книга останется памятником художнику, который был бессилен перед своим даром.

Рекомендую повесть Михаила Зощенко «Перед восходом солнца» людям, которые хотят глубже изучить тему снов, стрессов, страхов и способов избавления от них.

Читатели и гости блога vahe-zdorovye.ru, если представленный материал Вам был полезен, порекомендуйте его своим друзьям и знакомым в социальных сетях. А также делитесь своими мнениями после изучения повести Михаила Зощенка «Перед восходам солнца» в комментариях.

С Любовью и Благодарностью Василий!

Источник: http://vahe-zdorovye.ru/audio/zoshhenko-pered-voshodom-solntsa

Михаил Зощенко. Перед восходом солнца и после… | Великие и ужасные | Наша Психология

Михаил Михайлович Зощенко (1895–1958) – не первый и не последний писатель-сатирик, чей характер и судьба оказались далеко не юмористическими. Уничтожающая критика секретаря ЦК ВКП(б) Андрея Александровича Жданова в 1946 г.

была им, если можно так выразиться, вполне заслужена. Писал бы меньше фельетонов и больше верноподданнических «Рассказов о Ленине», и жизнь сложилась бы благополучнее.

Впрочем, как писал сам Зощенко, «жизнь устроена проще, обидней и не для интеллигентов».

Зощенко был изначально достаточно сложной личностью в психопатологическом отношении, и случившаяся трагедия протекала уже на болезненном фоне.

В 18 лет он, получив на выпускных экзаменах «единицу», попытался в первый раз покончить жизнь самоубийством, для чего проглотил кристаллы сулемы.

В своей «Автобиографии» писатель делает многозначительную поправку причины суицидальной попытки: «Скорей от бешенства, чем от отчаяния».

Психическая несостоятельность Зощенко бросается в глаза из перечисленных им самим событий: «Арестован – шесть раз. К смерти приговорен – один раз. Ранен – три раза. Самоубийством кончал – два раза. Били – три раза. И также бесконечные скитания и профессии». Даже с учетом того беспокойного времени – явный перебор.

Тот факт, что он был офицером и кавалером четырех боевых орденов – Святого Станислава и Святой Анны, никак не повлиял положительным образом на произошедшее психопатологическое развитие личности.

Уже армейские врачи неоднократно устанавливали Зощенко диагноз «неврастения», а его ипохондрия и периодические депрессии все больше бросались в глаза окружающим.

В середине двадцатых годов, будучи в зените своей писательской славы, по воспоминаниям Корнея Чуковского, Зощенко живет «одиноко, замкнуто, насупленно. Жена его живет отдельно. Он уже несколько дней не был у нее.

Готовит он себе сам на керосинке, убирает свою комнату сам и в страшной ипохондрии смотрит на все существующее. “Ну на что мне моя “слава”, – говорил он.

– Только мешает! Звонят по телефону, пишут письма! К чему? На письма надо отвечать, а это такая тоска!”»

В 1927 г. Чуковский в своем дневнике по существу повторяет то же самое: «что люди ему по-прежнему противны, что весь окружающий быт вызывает в нем по-прежнему гадливость». Супруга Зощенко прощала мужу все, потому что понимала: это не дурной характер, это – болезнь.

По той же причине терпела она и его измены, так как «бесконечными любовными похождениями он старался заглушить хандру». И через десять лет мнение Чуковского о писателе не изменилось: «виделся с Зощенко.

Говорил с ним часа два и убедился, что он великий человек – но сумасшедший».

Следует заметить, что именно в это время – с 1922 по 1926 гг. – вышло 25 сборников рассказов Зощенко. За 5 лет – 25 книг! Здесь, однако, уместно привести замечание самого писателя: «От хорошей жизни писателем не становятся. Надо что-то претерпеть или вообще быть больным».

А заболевание его продолжало прогрессировать, лекарства не помогали, от прописанных водных процедур становилось хуже. Кризис наступил в 1926 г., когда писатель почти перестал есть и чуть не погиб от голода.

В 1928 г. ипохондрия одолевает Зощенко до такой степени, что он не в силах работать. Ему приходится отказываться от уже заключенных договоров. Как все невротики, он не скрывает своей ипохондрии, постоянно упоминая о ней в письмах и разговорах. Одно из писем к жене начинается словами: «Пришла тоска – моя владычица, моя седая госпожа».

Однако невротический недуг Зощенко подтолкнул его к иному творческому подходу. Он решил написать «жизнерадостную книгу», решил «стать как другие люди». Первым шагом к грядущей «смене курса» стала повесть «Перед восходом солнца».

Обратим внимание на примечательное совпадение – смена литературного курса происходила у Зощенко одновременно с ходом исцеления от хандры. Такая синхронность наталкивает на предположение, что это не просто совпадение, что имели место не просто независимые друг от друга параллельные процессы, а – связь их.

Таким образом, талант и предрасположение к неврозу оказались у Зощенко в соседстве и взаимодействии, поскольку имели общую основу – «крайне чувствительную психику».

Итак, писатель стал бороться со своей неврастенией самостоятельно. В основу подхода Зощенко положил учение академика И. П. Павлова и теорию Зигмунда Фрейда, «с негодованием выкинув из нее лжеучение о детской сексуальности и Эдиповом комплексе». Самолечение закономерно – у талантливого человека по-другому и не бывает – переплелось с творчеством.

Интерес, вызванный психоанализом и толкованием сновидений, послужил первыми ступеньками к написанию его знаменитой «психотерапевтической» книги. В ней Зощенко раскрывает настолько потаенные уголки своей души, что это отдает эксгибиционизмом.

Он пытается разобраться в своей меланхолии и неврастении, исследуя случаи из своей жизни, которые, по его мнению, послужили причиной душевного расстройства.

Начав рукопись в Ленинграде, страдая тяжелой формой неврастении, он закончил ее в эвакуации в Средней Азии, пребывая в непоколебимом – как ему тогда казалось, навсегда! – душевном здоровье.

С августа 1943 г. в журнале «Октябрь» началась публикация первых глав этой повести (вторая часть под названием «Повесть о разуме» была издана посмертно в 1972 г.; повесть полностью опубликована в 1973 г. нью-йоркским «Издательством имени Чехова»).

Но она вызвала такой скандал, что уже в ноябре печатание было прервано. Зощенко обратился с письмом к Сталину, прося его ознакомиться с книгой «либо дать распоряжение проверить ее более обстоятельно, чем это сделано критиками».

Ответом стал очередной поток ругани в журнале «Большевик», где повесть была названа «галиматьей, нужной лишь врагам нашей родины».

В августе 1946 г. появилось Постановление Оргбюро ЦК ВКП(б) о журналах «Звезда» и «Ленинград», в котором подверглись жесточайшей критике редакции обоих журналов «за предоставление литературной трибуны писателю Зощенко, произведения которого чужды советской литературе».

Журналу «Звезда» запрещалось в дальнейшем печатать произведения писателя, а журнал «Ленинград» был вообще закрыт. Жданов о повести «Перед восходом солнца» в своем докладе сказал так: «В этой повести Зощенко выворачивает наизнанку свою подлую и низкую душонку, делая это с наслаждением, со смакованием».

Этот доклад послужил сигналом к исключению Зощенко из Союза писателей СССР.

Современные читатели оценивают повесть Зощенко прямо противоположным образом. Исследуя в ней собственную сферу бессознательного, Зощенко предвосхитил ряд научных исследований в этой области.

В настоящее время получил распространение психотерапевтический метод «терапии творческим самовыражением», предложенный отечественным психиатром Марком Бурно.

Он применяется для лечения людей с тягостным переживанием своей неполноценности, с тревожными и депрессивными расстройствами.

В основе «терапии творческим самовыражением» лежат две идеи. Первая заключается в том, что человек, страдающий психопатологическим расстройством, может узнать и понять особенность своего характера, своих психических расстройств.

Вторая идея состоит в том, что, узнав сильные и слабые стороны своего характера, пациент может творчески смягчать свое состояние, так как любое творчество высвобождает большое количество позитивной энергии, любое творчество целебно.

Сказанное в полной мере можно отнести к Зощенко.

Осень и зима 1946 г. оказались самыми тяжелыми в жизни бывшего сатирика. Семья жила распродажей вещей, а сам он работал в сапожной артели. Ему, впрочем, разрешили заниматься переводческой деятельностью, но без права подписи переведенных работ.

Излечив себя, Зощенко в определенной степени себя обокрал, лишившись чувства юмора. Этот факт подтверждает и относящееся к 1953 г. воспоминание композитора Евгения Шварца: «Рассуждения его очень уж не походили на сочинения. В них начисто отсутствовало чувство юмора. Они отвечали строгой и суровой и, как бы точнее сказать, болезненной стороне его существа».

С психиатрической точки зрения этот феномен можно было бы квалифицировать как эмоциональное снижение личности, которое постепенно, но закономерно развивается в процессе течения, например, шизофрении. Вот и получается, что гениальным сатириком Зощенко был, пока не выздоровел.

Произведения, созданные им в пятидесятые годы, мало чем отличаются от соседствующих с ними на журнальных страницах рассказов и фельетонов других авторов.

Жизнь показывает, что характер – это судьба. Болезненный характер – болезненная судьба. Имевшие место у писателя психические нарушения выражались в виде невротических и эмоциональных расстройств, что подтверждает его стойкое и даже мужественное сопротивление тяготам жизни, стремление выжить. При наличии более серьезного психического расстройства последнее было бы невозможно.

Еще раз подчеркнем важный факт: пока Зощенко оставался невротиком, он создавал великолепные сатирические произведения. Излечившись, потерял этот дар.

безумные грани талантабиографиямихаил зощенкопатография

Источник: https://www.psyh.ru/pered-voshodom-solntsa-i-posle/

Михаил Зощенко «Перед восходом солнца», 1943 год

Привет, дорогие друзья. Мы продолжаем с вами курс «Сто лет — сто лекций». У нас сейчас тема, пожалуй, самая сложная, применительно ко всей военной прозе, потому что мы говорим о 1943 годе и о повести Михаила Зощенко «Перед восходом солнца». Эта вещь прямого отношения к войне не имеет, но то косвенное, которое она имеет, мне представляется, может быть, даже более значительным.

Читайте также:  Краткое содержание пушкин гаврилиада точный пересказ сюжета за 5 минут

О войне по горячим следам написать очень трудно, война предполагает три жанра — публицистика, если считать ее частью литературы, поэзия и драматургия.

Драматургия — жанр самый оперативный, и сразу появляются сразу пьесы великие, потому что театр — это средство агитации.

А поэзия, как вы понимаете, на газетной странице зовет на борьбу с врагом, напоминает о доме, о высоких исторических ценностях родины и так далее.

Поэтому повесть Зощенко — это повесть не о войне, но это повесть, которая должна избавить человека от рабства, исключить саму возможность войны в будущем.

Поэтому Зощенко придавал этой вещи такое огромное значение, поэтому он, разрекламировав ее среди своих друзей, получал такие прекрасные и напутственные отзывы. И Фадеев одобрял эту вещь перед ее публикацией.

И только когда первая ее половина вышла в журнале «Октябрь», а дальнейшее уже никогда не было напечатано, Зощенко начали подвергать разнузданной травле.

Настоящая трагедия разразилась над ним, конечно, не в 1947 году, не после постановления об Ахматовой и Зощенко, о «Звезде» и «Ленинграде», а в 1943 году, когда его впервые начали долбать прицельно ковровым методом, когда начали впервые травить его за прозу, и это было за повесть «Перед восходом солнца».

Что это за произведение? Зощенко, несмотря на свою репутацию остряка и хохмача, в жизни был человек мрачный, меланхолический, страдал всю жизнь от ипохондрии, от внезапных припадков тоски. Эти припадки тоски выражались у него, в свою очередь, в припадках сердечных.

Можно сказать, что он был здоров, и что это все была соматика, но тем не менее, умер-то он очень рано, умер он в 64 года.

Правда, можно сказать, что он затравил себя голодом, сам себя заморил, да и у любого человека после такой травли, наверное, не осталось бы в душе ни одного живого места, но надо сказать, что еще до всякой травли, будучи успешным невероятно писателем и невероятно успешным любовником, и кумиром всей читающей Москвы, любимцем женщин, и одной из главных достопримечательностей Ленинграда, он сохранял на смуглом своем и вечно бледном лице выражение тоски, усталости, какой-то вечной подавленности. И надо сказать, что борьба с этой подавленностью началась у него очень рано. Он уже в 1932 году начинает писать повесть «Возвращенная молодость», но к этой повести серьезно не отнеслись, потому что он начинает ее писать вечным своим сказом, сказовым своим методом, когда он имитирует речь мещанина, чтобы быть мещанину понятнее.

Тут, понимаете, есть разные точки зрения, когда, например, Зощенко пишет «Голубую книгу», излагает мировую историю языком подворотни и коммуналки, по совету Горького он это делает.

Он это делает в порядке издевательства или он действительно хочет быть понятен обывателю? Когда он пишет «Людовик, куриная морда», как в пародии Флита, или когда он описывает в рубрике коварство древнеегипетские страсти «Ах ты ж, моя египтяночка! Ну, как там у вас в Египте? Папаша, должно быть, очень тебя баловал». Он издевается или он искренне подлаживается под речь мещанина? Искренне подлаживается, конечно. Потому что «Возвращенная молодость», она написана ровно так же. Эта история про профессора, которому надоело, что он вечно страдает от старости и от страха перед старостью, от других навязчивых страхов. И он начинаем сам себя лечить, и здоровым образом жизни доводит себя наконец практически до возрождения, воскрешения.

Нужно сказать, что эта вещь производит очень сильное впечатление именно благодаря своему финалу, потому что в финале этом, когда человек описывает радости нормальной жизни, вернувшейся к нему, просто нам страшно становится от этой нормы, мы в ужасе, неужели он ради этого, ради этой пошлятины провел над собой эту мучительную операцию! Ради того, чтобы сидеть в Сестрорецке на даче и любоваться, как любовники торопятся к пруду, а маленькая девочка, похожая на веник, скачет мимо его забора. Совершенно очевидно, что болезнь Зощенко была самым ценным, что в нем было. Болезнь его была той певучей щелью в камне, сквозь которую пел ветер. А монолиты, здоровые люди, они не поют. Но Зощенко искренне полагал, что его задача — это а) преодолеть свою ипохондрию и б) научить этому всех советских читателей.

«Перед восходом солнца» — это повесть, в которой автор берется исследовать, как он пишет, тайные психические связи, которые возникли в его мозгу, связи ложные.

Он берется разобраться в корнях своих детских страхов, и, самое главное, поскольку фашизм — это рабство, человек, который прочтет его книгу, по его мысли, никогда уже не сможет быть чьим-то духовным рабом, он будет свободен, его нельзя будет поработить ни пропагандой, ни тоталитаризмом, ни массовыми гипнозами.

Это будет человек, способный контролировать себя, способный лечить собственное подсознание. Под это дело он перечитал всего Павлова, всего Фрейда, огромное количество книг по психопатологии.

И идея-то в общем довольно проста. Действительно, человек, который контролирует свое подсознание, а в этот термин Зощенко верит слепо, такой человек для массового гипноза уже недоступен. Поэтому книга его, конечно, в высоком смысле антифашистская.

Беда этой книги в том, что она и вообще антипропагандистская, потому что если применить методы Зощенко, если разобрать свои страхи, если победить страх, то очень можно победить ведь и страх перед империей.

И действительно, свободный человек, который из этой книги может, теоретически, получиться, из читателя, этот свободный человек совершенно не нужен.

Но, конечно, ненависть Сталина, личную, вызвало совсем другое. Большая и лучшая часть книги — это очень короткие, написанные классически ясно и без тени обывательского сказа, без тени стилизации, очень четкой и алмазной прозой, маленькие главки из жизни Зощенко.

Истории трагических поражений, которые он пережил, любовных поражений, неудач профессиональных, это истории его страхов, масса потрясающих историй из Первой мировой войны, где он был прапорщиком. То есть вот это короткие, алмазно-точные тонкие зарисовки, которые раскрывают причину его сегодняшних страхов.

Но нам-то они ценны не с психоаналитической, а с художественной точки зрения. И вот это вызвало, конечно, гнев, потому что Зощенко копается в своих переживаниях в том время, как вся страна нацелена на победу с врагом. И тут, на самом деле, никакого противоречия в позиции Зощенко нет, он тоже нацелен на победу с врагом.

Но этот враг — это его личные заблуждения, предрассудки и так далее.

Тут же все очень просто, когда страна превращена в единый боевой лагерь, никто не смеет заниматься своими частными проблемами. И вот это вызывает самую большую ненависть.

То, что Зощенко пытается исцелиться, исцелить свою отдельную личность, тогда как вся страна должна, не задумываясь, не рефлексируя, бросить все свои силы на победу, вот это вызывает ненависть.

И в самом деле, есть огромный диссонанс между гениальной прозой Зощенко и жуткой прозой, которая в это время печатается, в 1943 году. Эта проза абсолютно без второго дна, и проза, по большей части, суконная.

Даже очень талантливая повесть Гроссмана «Народ бессмертен» 1943 года, даже эта книга сравнения с прозой Зощенко не выдерживает.

Но это потому, что в повести «Народ бессмертен» никак не делается попытка понять антологические основания этого бессмертия, попытка понять, почему этот народ лучше, почему этот народ победит всех остальных. Там просто заявлено — да, этот народ бессмертен, и он победит. Но то, что этот народ состоит из отдельных личностей, а эти отдельные личности порабощены собственными страхами, робостью, собственной неспособностью оглядеться, это, конечно, не приходит в голову никому. Зощенко копнул значительно глубже, чем следовало.

Травля началась страшная. Повесть, которой был дан зеленый свет, и которую печатали ускоренно, в октябре была остановлена, набор второй части рассыпан. Зощенко стал адресатом нескольких абсолютно разгромных статей в «Правде», написанных, судя по некотором обертонам, с прямых слов Сталина.

Ну, а в 1947 году, за совершенно невинный рассказ «Приключения обезьяны», напечатанный за два года до того, его просто лишили всех средств к существованию, закрыли ему возможность любых публикаций.

И только Симонов, на свой страх и риск, напечатал его «Партизанские рассказы», очень слабые, каковыми потом всю жизнь его и попрекал, «вот вы нас всех ругаете, а я вас спасал». Литературная карьера Зощенко на этом была закончена.

Вот удивительное дело, когда Зощенко писал свои сатирические рассказы, когда он разоблачал обывателя, когда он показывал, к какой пошлости и глупости, и грязи пришла вот эта самая общественная мораль победившего общества, ничего ему не было.

Потому что если ты описываешь, в сущности, клопов, то ведь это и правильно, ведь эти клопы и нужны, они идеал гражданина.

Но если ты пытаешься описать освобождение, если ты пишешь оду разуму в эпоху, где разум обязан молчать, ты подписываешь себе приговор и прекращаешь свою литературную карьеру.

Полностью эта вещь была опубликована только в 1972 году. Немедленно стала сенсацией среди узкого круга читателей, и не была никем не замечена в широком. Так она до сих пор и остается. Знатоки Зощенко считают ее лучшим произведением этого автора, все остальные не понимают, с чего он вообще за это взялся. Наверное, такова участь любой книги, опережающей свое время лет на сто.

Вот тут у нас есть вопрос, на что жил Зощенко после того, как ему перекрыли всю деятельность?

Ну, не сказать, что всю, тоже неверно, он все-таки переводил. Переводил он Лассила, вот это несчастную «За спичками», книгу, которая гораздо хуже того, что он мог бы сам писать.

Писал какие-то скетчи, сочинял эстрадные номера, продавал антиквариат, который заблаговременно, очень тонко предчувствуя свою катастрофу, накупил в тридцатые годы. Ну и конечно, его выручало то, что помогали ему коллеги. Но он старался у коллег помощь не брать, он был человек болезненно гордый.

Поэтому вспомнил одно из своих дореволюционных ремесел, и шил сапоги. Вот это, пожалуй, самое унизительное и самое страшное, чем ему приходилось заниматься. Однажды Лидия Чуковская, зайдя к нему, увидела его кроящим подметку. Но к счастью, довольно скоро ему начали систематически помогать друзья, коллеги.

А вспоминает даже о том Георгий Владимов, что видя травлю Зощенко, он, тогда молоденький суворовец, пришел к нему домой, но Зощенко его не впустил, и суворовец этот Владимов только из-за двери смог ему сказать о своей поддержке.

В 1958 году Зощенко начали печатать снова. Сразу после этого он умер, после бурного дня, когда весь день должен был в Лениграде хлопотать о грошовой пенсии. И Корней Чуковский это очень точно предсказал. Сначала Зощенко ему сказал совершенно мертвым голосом: «О, как я пишу! Если бы вы знали, как я теперь пишу».

И я понял, пишет Чуковский, что он никогда ничего больше не напишет, что это труп, положенный в гроб. А неделю спустя они встретились, и Чуковский напомнил ему про его сочинения, и тот мертвым голосом медленно произнес: «Мои сочинения? Я даже и не помню, какие были мои сочинения».

Вот это еще один убитый русский писатель, который все делал для того, чтобы его родине жилось свободнее и веселее.

Ну, а в следующий раз мы поговорим об еще одном военном произведении, сегодня незаслуженно забытом.

Источник: https://tvrain.ru/lite/teleshow/sto_lektsij_s_dmitriem_bykovym/zoschenko-414822/

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector