Краткое содержание ефремов звёздные корабли точный пересказ сюжета за 5 минут

Краткое содержание произведения «Звёздные корабли»

Краткое содержание Ефремов Звёздные корабли точный пересказ сюжета за 5 минут

В научно-фантастической повести «Звёздные корабли» Ефремова Ивана Антоновича действие разворачивается сразу после разгрома фашистской Германии советскими солдатами. Алексей Петрович Шатров – профессор, палеонтолог. Он занят поисками обычной тетради.

Почему же простая ученическая тетрадь нужна профессору? В ней вел записи Виктор — талантливый ученик Шатрова. Молодой человек выдвинул теорию, что наша галактика движется в космическом пространстве и в определенный период времени к Земле приближаются другие галактики так близко, что инопланетные космические корабли способны достигнуть Земли.

Наконец, долгие поиски увенчались успехом. Алексей Петрович нашел заветную тетрадь в почти сожженном танке, в котором погиб Виктор.

После приезда домой, Шатров решил понаблюдать за созвездиями, упоминавшиеся работе его ученика. Приехав в обсерваторию, профессор стал разглядывать скопления звезд, туманности и галактики, которые удалены от Земли на множество световых лет. Алексей Петрович, пораженный увиденным, подумал, что во Вселенной кроме людей возможно существуют и другие разумные существа.

В это же время Илья Андреевич Давыдов — друг Шатрова — на корабле возвращался на родину. Вдруг поступило известие о том, что идет волна гигантских размеров. И капитан корабля решил встретить ее в море.

Возвратившись в порт советские люди были поражены: город был полностью разрушен волной.

Илья Андреевич стал размышлять о том, какие мощные процессы происходят в земных недрах, как они влияют на внешний облик Земли и на жизнь людей, животных, растений.

Вскоре Давыдов и Шатров встречаются, чтобы поделиться друг с другом мыслями о волнующих их проблемах. Алексей Петрович показывает другу часть кости динозавра с небольшими отверстиями овальной формы. Непонятно, только одно, как эти отверстия появились. Ведь во времена существования динозавров на Земле не могло быть людей.

Потом Шатров знакомит Давыдова с исследованием его ученика Виктора и выдвигает гипотезу: в далекие времена, когда жили динозавры, Земля приблизилась к неведомой звездной системе. Инопланетяне, чьи технологии уже тогда были достаточно развитыми, на мощных космических кораблях смогли долететь до нашей планеты.

Ученые решили доказать или опровергнуть эту гипотезу. Для этого Илья Андреевич отправляется в места, где обнаружены залежи костей динозавров.

Там Давыдов догадывается, что огромное количество доисторических животных погибло из-за радиоактивного излучения, которое, скорее всего, появилось из недр Земли.

Возможно, разумные существа, прилетевшие на нашу планету, искали источник атомной энергии. На одного из них напал динозавр.

Во время этой схватки погиб и динозавр, и инопланетянин. На месте раскопок среди костей динозавров был обнаружен череп, отличавшийся от черепа человека, и странная пластинка.

После того, как профессора отчистили пластинку от грязи, на ней появилось изображение головы инопланетянина, которая напоминала человеческую.

Увидев это сходство, профессора осознали, что инопланетные существа найдут общий язык с людьми.

Источник: http://sochinyalka.ru/2017/10/kratkoe-soderzhanie-proizvedeniya-zvyozdnye-korabli.html

«Звездные корабли»: краткое содержание повести (пересказ по главам)

В статье представлена повесть, которую И.А. Ефремов написал в 1947 году (ее краткое содержание). «Звездные корабли»- научно-фантастическое произведение, в котором рассказывается о невероятной находке, сделанной двумя профессорами.

Глава первая

Прибыл профессор Шатров, палеонтолог. Он сел за стол и начал проводить какие-то вычисления. Закончив их, профессор посетовал на свою вялость, которую он давно уже чувствует. Он понимал, что это из-за усталости.

Коллеги и друзья давно советовали профессору развлечься, но тот не умел отдыхать или интересоваться чем-либо посторонним. Художник-самоучка, он находил успокоение в занятии рисованием. Вот и сейчас он достал альбом, но рисунок не помог профессору преодолеть нервное возбуждение.

Тогда Шатров достал пачку нот и принялся редко и плохо играть на старенькой фисгармонии.

Почему же профессор, этот кабинетный схимник, решил совершить поездку? Дело в том, что его бывший ученик Виктор, который перевелся на астрономическое отделение, работал над теорией движения солнечной системы. Между ними установилась крепкая дружба.

Виктор отправился на фронт добровольцем, где был записан в танковое училище для длительной подготовки. Тогда он и занимался теорией. Шатров в начале 1943 г. получил от него письмо, в котором Виктор сообщал о завершении работы.

Он обещал выслать тетрадь с изложением теории как можно скорее, но внезапно погиб в танковой битве.

После окончания войны профессор встретился с майором, начальником Виктора, и отправился с ним на поле боя для розыска тетради. Здесь было опасно, так как поле было заминировано. Прибыли сержант и 4 сапера, которые проложили тропу к танку Виктора. Тетрадь была найдена.

… Вошла жена Шатрова и пригласила его обедать. Тот закрыл фисгармонию. Он сообщил, что уезжает на 2-3 дня в обсерваторию.

В обсерватории его приютил сам директор Бельский. Вместе с ним он ночью отправился смотреть звезды в телескоп. Профессор направил телескоп в центр галактики, где находится «звездное колесо». Вокруг этого центра обращаются все звезды. Затем он начал рассматривать другие галактики.

Профессор Давыдов, друг ученого, ехал на корабле. Он возвращался из Сан-Франциско, где был делегатом на съезде палеонтологов и геологов. Внезапно с берега раздался гудок.

Это означало, что надо немедленно отплывать, так как идет огромная приливная волна, которую лучше встретить подальше от берега. Наконец опасность миновала, корабль возвратился в порт. Берег был неузнаваем.

Люди двигались среди развалин, спасая остатки имущества и отыскивая погибших. Моряки решили помочь им.

Когда судно отплыло, Давыдова попросили прочитать лекцию морякам о Тихом океане и о причинах вчерашнего бедствия. Затем наедине он долго размышлял о нашей планете и процессах, происходящих в ее недрах.

Глава вторая

Шатров приехал в гости к профессору Давыдову. Друзья во многом были противоположностями друг другу. Шатров сухой, среднего роста, а фигура Давыдова громоздкая. Шатров быстрый, угрюмый и нервный, а Давыдов более медлительный и добродушный.

Шатров объявляет другу, что у него в руках нечто невероятное. Китайский палеонтолог Тао Ли, убитый фашистами в 1940 году, переписывался с Шатровым. Из последней своей экспедиции он прислал ему посылку с вещью, которую Шатров и привез Давыдову, — обломок ископаемой кости динозавра.

Его череп насквозь пробит чем-то узким, и это отверстие не могло быть сделано зубом или рогом животного. Шатров показал Давыдову еще одну такую же пробитую кость, левую лопатку динозавра. Эти находки заставили ученого глубоко задуматься.

В записке погибшего было сказано, что ему удалось обнаружить множество таких образцов в долине реки Чжу-Чже-Чу.

Динозавры, найденные ученым, обитали около 70 млн лет назад. Получается, что уже тогда на планете жили люди? Но человек появился намного позднее в ходе эволюции. Значит, те, кто убил их, родились не на Земле. Но в нашей солнечной системе не может зародиться разумная жизнь, а до других звездных систем очень далеко.

Далее Шатров рассказывает Давыдову теорию, созданную Виктором. Согласно ей, наша солнечная система в определенное время может сближаться с другими, настолько, что перелет становится возможным. Более того, Виктор рассчитал, что подобное сближение произошло как раз 70 млн лет назад. Получается, что тогда инопланетяне побывали на нашей планете, о чем свидетельствуют пробитые кости динозавров.

Друзья решают обратиться с этим вопросом к Тушилову, чтобы тот отправил их на место раскопок, однако тот решительно отказывает им. Давыдов предлагает поискать на территории СССР. Он также отправляет несколько писем своим иностранным коллегам.

Давыдов получает хорошую новость – письмо его коллеги, сообщающего, что намечается грандиозная стройка – сооружение каналов и гидроэлектростанций. На ней будут вскрыты отложения, где должно быть множество костей динозавров.

Это был шанс для ученых найти то, что они искали.

Давыдов отправляется на стройку в Казахстане. Он осматривает кладбища динозавров, оставляет своего помощника продолжать раскопки.

Во время общения с аспирантами Давыдову внезапно приходит в голову догадка, что массовая гибель динозавров в этих местах была вызвана радиоактивным излучением, появившимся в результате процессов, происходивших в недрах Земли.

Тогда, возможно, инопланетяне, посещавшие нашу планету, искали источники атомной энергии.

Глава третья

Давыдов отправился к на раскопки к Старожилову, который сообщил ему, что нашел что-то интересное. Когда профессор прибыл, он сказал ему, что удалось найти прекрасно сохранившийся скелет моноклона, череп которого насквозь пробит.

Нужно было продолжать раскопки на большой территории. Рабочие взялись помочь ученым. Всего на раскопки отправилось более 900 человек. Во время работ аспиранты Давыдова нашли останки, принятые ими за черепаху.

Раскопав их, ученые поняли, что это череп, принадлежавший, по-видимому, пришельцу.

Прибыл профессор Шатров, все это время, по договоренности друзей, работавший над воссозданием предполагаемого облика звездных гостей. Тот пришел к выводу, что пришельцы должны иметь облик, схожий с человеческим.

Осмотрев найденный череп, ученые заметили, что он немного отличается от человеческого. К примеру, у пришельца не было зубов, вместо них – режущий роговой край, как у черепахи. По всей видимости, отсутствовали волосы и подкожный мышечный слой.

В целом строение черепа было более примитивно, чем у человека. Профессоры сделали вывод, что эволюционный путь звездных гостей был короче, чем людей. Вместе с пришельцем были найдены части какого-то прибора и оружия, вероятно, использовавшего ядерную энергию.

Отполировав пластинку, профессоры увидели на ней изображение человеческого лица неведомого существа, у которого отсутствовали нос и уши, но были очень умные глаза.

Таково краткое содержание повести «Звездные корабли». Ефремов И.А. — популярный советский писатель, показавший в своих книгах как прошлое человечества, так и его возможное коммунистическое будущее.

Источник: http://classlit.ru/publ/literatura_20_veka/efremov_i_a/zvezdnye_korabli_kratkoe_soderzhanie_povesti_pereskaz_po_glavam/31-1-0-558

Читать

– Когда вы приехали, Алексей Петрович? Тут много людей вас спрашивали.

– Сегодня. Но для всех меня еще нет. И закройте, пожалуйста, окно в первой комнате.

Вошедший снял старый военный плащ, вытер платком лицо, пригладил свои легкие светлые волосы, сильно поредевшие на темени, сел в кресло, закурил, опять встал и начал ходить по комнате, загроможденной шкафами и столами.

– Неужели возможно? – подумал он вслух.

Подошел к одному из шкафов, с усилием распахнул высокую дубовую дверцу. Белые поперечины лотков выглянули из темной глубины шкафа. На одном лотке стояла кубическая коробка из желтого блестящего, твердого, как кость, картона.

Поперек грани куба, обращенной к дверце, проходила наклейка серой бумаги, покрытая черными китайскими иероглифами. Кружки почтовых штемпелей были разбросаны там и сям по поверхности коробки.

Длинные бледные пальцы человека коснулись картона.

– Тао Ли, неизвестный друг! Пришло время действовать.

Тихо закрыв дверцы шкафа, профессор Шатров взял потертый портфель, извлек из него поврежденную сыростью тетрадь в сером гранитолевом переплете. Осторожно разделяя слипшиеся листы, профессор просматривал через увеличительное стекло ряды цифр и время от времени делал какие-то вычисления в большом блокноте.

Груда окурков и горелых спичек росла в пепельнице; воздух в кабинете посинел от табачного дыма.

Необычайно ясные глаза Шатрова блестели под густыми бровями. Высокий лоб мыслителя, квадратные челюсти и резко очерченные ноздри усиливали общее впечатление незаурядной умственной силы, придавая профессору черты фанатика.

Наконец ученый отодвинул тетрадь.

– Да, семьдесят миллионов лет! Семьдесят миллионов! Ок! – Шатров сделал рукой резкий жест, как бы протыкая что-то перед собой, оглянулся, хитро прищурился и снова громко сказал: – Семьдесят миллионов!.. Только не бояться!

Профессор неторопливо и методически убрал свой письменный стол, оделся и пошел домой.

Шатров окинул взглядом размещенные во всех углах комнаты «бронзюшки», как он называл коллекцию художественной бронзы, уселся за покрытый черной клеенкой стол, на котором бронзовый краб нес на спине огромную чернильницу, и раскрыл альбом.

– Устал я, должно быть… И старею… Голова седеет, лысеет и… дуреет, – пробормотал Шатров.

Читайте также:  Краткое содержание либерал салтыкова-щедрина точный пересказ сюжета за 5 минут

Он давно уже чувствовал вялость. Паутина однообразных ежедневных занятий плелась годами, цепко опутывая мозг. Мысль не взлетала более, далеко простирая свои могучие крылья.

Подобно лошади под тяжким грузом, она переступала уверенно, медленно и понуро. Шатров понимал, что его состояние вызвано накопившейся усталостью. Друзья и коллеги давно уже советовали ему развлечься.

Но профессор не умел ни отдыхать, ни интересоваться чем-то посторонним.

«Оставьте! В театре не был двадцать лет, на даче отродясь не жил», – угрюмо твердил он своим друзьям.

И в то же время ученый понимал, что расплачивается за свое длительное самоограничение, за нарочитое сужение круга интересов, расплачивается отсутствием силы и смелости мысли. Самоограничение, давая возможность большей концентрации мысли, в то же время как бы запирало его наглухо в темную комнату, отделяя от многообразного и широкого мира.

Прекрасный художник-самоучка, он всегда находил успокоение в рисовании. Но сейчас даже хитро задуманная композиция не помогла ему справиться с нервным возбуждением. Шатров захлопнул альбом, вышел из-за стола и достал пачку истрепанных нот.

Вскоре старенькая фисгармония заполнила комнату певучими звуками брамсовского интермеццо. Играл Шатров плохо и редко, но всегда смело брался за трудные для исполнения вещи, так как играл только наедине с самим собой.

Близоруко щурясь на нотные строчки, профессор вспомнил все подробности своей необычайной для него, кабинетного схимника, недавней поездки.

Бывший ученик Шатрова, перешедший на астрономическое отделение, разрабатывал оригинальную теорию движения Солнечной системы в пространстве. Между профессором и Виктором (так звали бывшего ученика) установились прочные дружеские отношения. В самом начале войны Виктор ушел добровольцем на фронт, был отправлен в танковое училище, где проходил длительную подготовку.

В это время он занимался и своей теорией. В начале 1943 года Шатров получил от Виктора письмо. Ученик сообщал, что ему удалось закончить свою работу. Тетрадь с подробным изложением теории Виктор обещал выслать Шатрову немедленно, как только перепишет все начисто. Это было последнее письмо, полученное Шатровым. Вскоре его ученик погиб в грандиозной танковой битве.

Шатров так и не получил обещанной тетради. Он предпринял энергичные розыски, не давшие результатов, и наконец решил, что танковую часть Виктора ввели в бой так стремительно, что ученик его попросту не успел послать ему свои вычисления.

Уже после окончания войны Шатрову удалось встретиться с майором, начальником покойного Виктора. Майор участвовал в том самом бою, где был убит Виктор, и теперь лечился в Ленинграде, где работал и сам Шатров.

Новый знакомый уверил профессора, что танк Виктора, сильно разбитый прямым попаданием, не горел и поэтому есть надежда разыскать бумаги покойного, если только они находились в танке. Танк, как думал майор, должен был и теперь стоять на месте сражения, так как оно было сильно заминировано.

Профессор и майор совершили совместную поездку на место гибели Виктора. И сейчас перед Шатровым из-за строчек потрепанных нот вставали картины только что пережитого.

– Стойте, профессор! Дальше ни шагу! – закричал отставший майор.

Шатров послушно остановился.

Впереди, на залитом солнцем поле, неподвижно стояла высокая сочная трава. Капли росы искрились на листьях, на пушистых шапочках сладко пахнущих белых цветов, на конических лиловых соцветиях иван-чая. Насекомые, согревшиеся под утренним солнцем, деловито жужжали над высокой травой.

Дальше лес, иссеченный снарядами три года назад, раскидывал тень своей зелени, прорванной неровными и частыми просветами, напоминавшими о медленно закрывающихся ранах войны. Поле было полно буйной растительной жизни.

Но там, в гуще некошеной травы, скрывалась смерть, еще не уничтоженная, не побежденная временем и природой.

Быстро растущая трава скрыла израненную землю, взрытую снарядами, минами и бомбами, вспаханную гусеницами танков, усеянную осколками и политую кровью…

Шатров увидел разбитые танки. Полускрытые бурьяном, они мрачно горбились среди цветущего поля, с потоками красной ржавчины на развороченной броне, с приподнятыми или опущенными пушками.

Направо, в маленькой впадине, чернели три машины, обгоревшие и неподвижные.

Немецкие пушки смотрели прямо на Шатрова, будто мертвая злоба и теперь еще заставляла их яростно устремляться к белым и свежим березкам опушки.

Дальше, на небольшом холме, один танк вздыбился вверх, надвинувшись на опрокинутую набок машину. За зарослями иван-чая была видна лишь часть ее башни с грязно-белым крестом. Налево широкая пятнистая серо-рыжая масса «фердинанда» склоняла вниз длинный ствол орудия, утопавший концом в гуще травы.

Цветущее поле не пересекалось ни одной тропинкой, ни одного следа человека или зверя не было видно в плотной заросли бурьяна, ни звука не доносилось оттуда. Только встревоженная сойка резко трещала где-то вверху да издали доносился шум трактора.

Майор взобрался на поваленный ствол дерева и долго стоял неподвижно. Молчал и шофер майора.

Шатрову невольно вспомнилась полная торжественной печали латинская надпись, обычно помещавшаяся в старину над входом в анатомический театр: «Hic locus est, ubi mors gaudet sucurrere vitam», в переводе означавшая: «Это место, где смерть ликует, помогая жизни».

К майору подошел маленького роста сержант, начальник группы саперов. Веселость его показалась Шатрову неуместной.

Источник: https://www.litmir.me/br/?b=172276&p=1

Иван Ефремов — Звездные корабли

Здесь можно скачать бесплатно «Иван Ефремов — Звездные корабли» в формате fb2, epub, txt, doc, pdf. Жанр: narrative, издательство ФТМ.

Так же Вы можете читать книгу онлайн без регистрации и SMS на сайте LibFox.Ru (ЛибФокс) или прочесть описание и ознакомиться с отзывами.

На Facebook В Твиттере В Instagram В Одноклассниках Мы Вконтакте

Описание и краткое содержание «Звездные корабли» читать бесплатно онлайн.

«…Бывший ученик Шатрова, перешедший на астрономическое отделение, разрабатывал оригинальную теорию движения Солнечной системы в пространстве. Между профессором и Виктором (так звали бывшего ученика) установились прочные дружеские отношения. В самом начале войны Виктор ушел добровольцем на фронт, был отправлен в танковое училище, где проходил длительную подготовку.

В это время он занимался и своей теорией. В начале 1943 года Шатров получил от Виктора письмо. Ученик сообщал, что ему удалось закончить свою работу. Тетрадь с подробным изложением теории Виктор обещал выслать Шатрову немедленно, как только перепишет все начисто. Это было последнее письмо, полученное Шатровым.

Вскоре его ученик погиб в грандиозной танковой битве…»

Иван Ефремов

Звездные корабли

Глава 1

У порога открытий

– Когда вы приехали, Алексей Петрович? Тут много людей вас спрашивали.

– Сегодня. Но для всех меня еще нет. И закройте, пожалуйста, окно в первой комнате.

Вошедший снял старый военный плащ, вытер платком лицо, пригладил свои легкие светлые волосы, сильно поредевшие на темени, сел в кресло, закурил, опять встал и начал ходить по комнате, загроможденной шкафами и столами.

– Неужели возможно? – подумал он вслух.

Подошел к одному из шкафов, с усилием распахнул высокую дубовую дверцу. Белые поперечины лотков выглянули из темной глубины шкафа. На одном лотке стояла кубическая коробка из желтого блестящего, твердого, как кость, картона.

Поперек грани куба, обращенной к дверце, проходила наклейка серой бумаги, покрытая черными китайскими иероглифами. Кружки почтовых штемпелей были разбросаны там и сям по поверхности коробки.

Длинные бледные пальцы человека коснулись картона.

– Тао Ли, неизвестный друг! Пришло время действовать.

Тихо закрыв дверцы шкафа, профессор Шатров взял потертый портфель, извлек из него поврежденную сыростью тетрадь в сером гранитолевом переплете. Осторожно разделяя слипшиеся листы, профессор просматривал через увеличительное стекло ряды цифр и время от времени делал какие-то вычисления в большом блокноте.

Груда окурков и горелых спичек росла в пепельнице; воздух в кабинете посинел от табачного дыма.

Необычайно ясные глаза Шатрова блестели под густыми бровями. Высокий лоб мыслителя, квадратные челюсти и резко очерченные ноздри усиливали общее впечатление незаурядной умственной силы, придавая профессору черты фанатика.

Наконец ученый отодвинул тетрадь.

– Да, семьдесят миллионов лет! Семьдесят миллионов! Ок! – Шатров сделал рукой резкий жест, как бы протыкая что-то перед собой, оглянулся, хитро прищурился и снова громко сказал: – Семьдесят миллионов!.. Только не бояться!

Профессор неторопливо и методически убрал свой письменный стол, оделся и пошел домой.

Шатров окинул взглядом размещенные во всех углах комнаты «бронзюшки», как он называл коллекцию художественной бронзы, уселся за покрытый черной клеенкой стол, на котором бронзовый краб нес на спине огромную чернильницу, и раскрыл альбом.

– Устал я, должно быть… И старею… Голова седеет, лысеет и… дуреет, – пробормотал Шатров.

Он давно уже чувствовал вялость. Паутина однообразных ежедневных занятий плелась годами, цепко опутывая мозг. Мысль не взлетала более, далеко простирая свои могучие крылья.

Подобно лошади под тяжким грузом, она переступала уверенно, медленно и понуро. Шатров понимал, что его состояние вызвано накопившейся усталостью. Друзья и коллеги давно уже советовали ему развлечься.

Но профессор не умел ни отдыхать, ни интересоваться чем-то посторонним.

«Оставьте! В театре не был двадцать лет, на даче отродясь не жил», – угрюмо твердил он своим друзьям.

И в то же время ученый понимал, что расплачивается за свое длительное самоограничение, за нарочитое сужение круга интересов, расплачивается отсутствием силы и смелости мысли. Самоограничение, давая возможность большей концентрации мысли, в то же время как бы запирало его наглухо в темную комнату, отделяя от многообразного и широкого мира.

Прекрасный художник-самоучка, он всегда находил успокоение в рисовании. Но сейчас даже хитро задуманная композиция не помогла ему справиться с нервным возбуждением. Шатров захлопнул альбом, вышел из-за стола и достал пачку истрепанных нот.

Вскоре старенькая фисгармония заполнила комнату певучими звуками брамсовского интермеццо. Играл Шатров плохо и редко, но всегда смело брался за трудные для исполнения вещи, так как играл только наедине с самим собой.

Близоруко щурясь на нотные строчки, профессор вспомнил все подробности своей необычайной для него, кабинетного схимника, недавней поездки.

Бывший ученик Шатрова, перешедший на астрономическое отделение, разрабатывал оригинальную теорию движения Солнечной системы в пространстве. Между профессором и Виктором (так звали бывшего ученика) установились прочные дружеские отношения. В самом начале войны Виктор ушел добровольцем на фронт, был отправлен в танковое училище, где проходил длительную подготовку.

В это время он занимался и своей теорией. В начале 1943 года Шатров получил от Виктора письмо. Ученик сообщал, что ему удалось закончить свою работу. Тетрадь с подробным изложением теории Виктор обещал выслать Шатрову немедленно, как только перепишет все начисто. Это было последнее письмо, полученное Шатровым.

Вскоре его ученик погиб в грандиозной танковой битве.

Шатров так и не получил обещанной тетради. Он предпринял энергичные розыски, не давшие результатов, и наконец решил, что танковую часть Виктора ввели в бой так стремительно, что ученик его попросту не успел послать ему свои вычисления.

Уже после окончания войны Шатрову удалось встретиться с майором, начальником покойного Виктора. Майор участвовал в том самом бою, где был убит Виктор, и теперь лечился в Ленинграде, где работал и сам Шатров.

Новый знакомый уверил профессора, что танк Виктора, сильно разбитый прямым попаданием, не горел и поэтому есть надежда разыскать бумаги покойного, если только они находились в танке. Танк, как думал майор, должен был и теперь стоять на месте сражения, так как оно было сильно заминировано.

Профессор и майор совершили совместную поездку на место гибели Виктора. И сейчас перед Шатровым из-за строчек потрепанных нот вставали картины только что пережитого.

– Стойте, профессор! Дальше ни шагу! – закричал отставший майор.

Шатров послушно остановился.

Впереди, на залитом солнцем поле, неподвижно стояла высокая сочная трава. Капли росы искрились на листьях, на пушистых шапочках сладко пахнущих белых цветов, на конических лиловых соцветиях иван-чая. Насекомые, согревшиеся под утренним солнцем, деловито жужжали над высокой травой.

Дальше лес, иссеченный снарядами три года назад, раскидывал тень своей зелени, прорванной неровными и частыми просветами, напоминавшими о медленно закрывающихся ранах войны. Поле было полно буйной растительной жизни.

Но там, в гуще некошеной травы, скрывалась смерть, еще не уничтоженная, не побежденная временем и природой.

Быстро растущая трава скрыла израненную землю, взрытую снарядами, минами и бомбами, вспаханную гусеницами танков, усеянную осколками и политую кровью…

Шатров увидел разбитые танки. Полускрытые бурьяном, они мрачно горбились среди цветущего поля, с потоками красной ржавчины на развороченной броне, с приподнятыми или опущенными пушками.

Направо, в маленькой впадине, чернели три машины, обгоревшие и неподвижные.

Немецкие пушки смотрели прямо на Шатрова, будто мертвая злоба и теперь еще заставляла их яростно устремляться к белым и свежим березкам опушки.

Дальше, на небольшом холме, один танк вздыбился вверх, надвинувшись на опрокинутую набок машину. За зарослями иван-чая была видна лишь часть ее башни с грязно-белым крестом. Налево широкая пятнистая серо-рыжая масса «фердинанда» склоняла вниз длинный ствол орудия, утопавший концом в гуще травы.

Цветущее поле не пересекалось ни одной тропинкой, ни одного следа человека или зверя не было видно в плотной заросли бурьяна, ни звука не доносилось оттуда. Только встревоженная сойка резко трещала где-то вверху да издали доносился шум трактора.

Читайте также:  Краткое содержание лермонтов княгиня лиговская точный пересказ сюжета за 5 минут

Майор взобрался на поваленный ствол дерева и долго стоял неподвижно. Молчал и шофер майора.

Шатрову невольно вспомнилась полная торжественной печали латинская надпись, обычно помещавшаяся в старину над входом в анатомический театр: «Hic locus est, ubi mors gaudet sucurrere vitam», в переводе означавшая: «Это место, где смерть ликует, помогая жизни».

К майору подошел маленького роста сержант, начальник группы саперов. Веселость его показалась Шатрову неуместной.

– Можно начинать, товарищ гвардии майор? – звонко спросил сержант. – Откуда поведем?

– Отсюда. – Майор ткнул палкой в куст боярышника. – Направление – точно на ту березку…

Сержант и приехавшие с ним четыре бойца приступили к разминированию.

– Где же тот танк… Виктора? – тихо спросил Шатров. – Я вижу только немецкие.

– Сюда посмотрите, – повел рукой майор налево, – вот вдоль этой группы осин. Видите – там маленькая березка на холме? Да? А правее нее – танк.

Шатров старательно присмотрелся. Небольшая береза, чудом уцелевшая на поле сражения, едва трепетала своими свежими нежными листочками. И среди бурьяна в двух метрах от нее выступала груда исковерканного металла, издалека казавшаяся лишь красным пятном с черными провалами.

– Видите? – спросил майор и на утвердительный жест профессора добавил: – А еще левее, туда, вперед, – там мой танк. Вот тот, горелый. В тот день я…

Источник: https://www.libfox.ru/644895-ivan-efremov-zvezdnye-korabli.html

Книга «На краю Ойкумены. Звездные корабли»

«Путешествие Буарджеда» Действие рассказа происходит в Древнем Египте, когда пирамиды только начали появляться в пустыне, рабство процветало и мир ограничивался только Нилом, за которым был Край Земли.

Но появился фараон — Джедефра, который решил заглянуть за границы своих владений. С этой целью он отправил Буарджеда за пределы своего государства, на поиски драгоценностей, прочных материалов для строительства и знаний.

Через многое пришлось пройти Буарджету и его людям. Многое они пережили вместе: и грозы, и бури, встречу с морскими «чудовищами», болезни, нехватку воды и еды. Многое узнали и познали. Лишения объединили высоких особ с простыми робами. Большинство не вернулось из этого странствия, но те, кто вернулся на родную землю, уже были другими людьми.

Эта первая часть дилогии, хоть и была написаны позже «На краю Ойкумены», но именно она задаёт загадку появления геммы, которая появляется во второй части. Здесь уже будет совсем другая история, про других людей, другую эпоху и другие страны. В ней больше путешествий, больше страданий и злоключений.

Но в ней же, больше дружбы, любви, природы, больше пейзажей и исторических событий. Но самое интересное, конечно же в гемме, в камне, который нашёл Буарджет и привез в Египет, а расскопали советские ученые, где-то в Киевской области, с нарисованными, а точнее нацарапанными изображениями, трёх мужчин в обнимку и женщины в стороне от них.

Загадка в том, что камень не «обитает» в тех широтах и нацарапать можно было только алмазом, который тоже «не водится» в тех местах, изображение выполнено в греческом (на тот момент эллинском) стиле, а сами люди на ней, физически не могли быть друзьями, так как на ней изображены грек, негр (простите, афроамериканец) и мужчина, что-то наподобие, славянских кровей.

Вот эта загадка будет постепенно разгадываться вместе с путешествием Пандиона и с его желанием вернуться домой.

Главная задумка всей этой истории показать, что все мы друг другу, если не братья, то друзья точно.

Звездные корабли» совсем не пересекается с двумя предыдущими. Этот рассказ имеет свою задумку, но у всех книг есть общий корень — это исторические события, которые когда-то были, а автор просто дальше надумал сам.

Здесь ведутся раскопки динозавров, вроде бы никакой загадки для ученых в этом уже давным-давно нет. Но двум умам не даёт покоя факт, что многих «животных» находят с простреленными головами, а это 70 миллионов лет до нашей эры.

Поэтому оба они пришли к выводу, что это некие инопланетные существа, которые эволюционировали раньше, чем мы, прилетали на нашу Землю и убивали динозавров. Что, в общем-то, нашли и доказали.

Источник: https://www.livelib.ru/book/1000217244-na-krayu-ojkumeny-zvezdnye-korabli-ivan-efremov

Книга Иван Ефремов. Содержание — «Звёздные корабли»

Пандион смог создать скульптурный портрет вождя повелителей слонов. И доходчиво объяснил, почему это непросто. Интересно, что вождь пожелал особо выделить глаза — средоточие личности.

Проникновение в мир индивидуальной психологии — удел куда более позднего времени. Ефремов сам признавал, что осовременил характеры героев, превратил конкретное время действия повестей в художественную условность. Пандион является у него выразителем духа эллинства, впервые в истории поставившего вопрос индивидуальности и превратившего архаических звериных богов в образы прекрасных людей.

Тема полноты жизни и доблести кратко резюмируется после охоты на слонов: Пандион задаётся вопросом о цене, которую повелители умных животных платят за своё могущество.

Стоит ли это человеческих жизней? Ответ очевиден для Ефремова, понимающего диалектику развития. Без испытаний не вырастут ни человек, ни общество.

Умение проходить через жестокие потрясения и извлекать из них бесценный опыт, переводить его в копилку мудрости — в этом достоинство и одновременно условие могущества человеческого рода.

Лучезарный юноша становится зрелым мужем, исполненным самообладания, точности и внутренней насыщенности каждого жеста. Он проходит через испытания, в числе которых — тяжелейшая контузия после удара носорога. Здесь Ефремов автобиографичен.

Его самого после злоключений в Приамурской тайге лечили нанайские женщины, возвращая древними гендерными ритуалами необходимую для физического выздоровления жажду жить. Красавица Ирума невольно начинает олицетворять для Пандиона радость и обновление. Внутренний конфликт едва не завершился трагически.

Личное счастье здесь и сейчас вступило в резкую конфронтацию с интересами всех его товарищей. И с подлинными интересами самого Пандиона, который никогда бы не смог всю жизнь провести на чужой земле. Сумел бы молодой эллин сам по себе разрешить ситуацию? Мы видим, что даже непреклонная воля Кави едва смогла помешать непоправимому.

Поучительная история для современности, целиком и полностью построенной по законам индивидуализма и мимолётного «хочу», не признающего никаких границ и никаких условностей, хотя бы и связанных с состоянием другого человека.

Героям удаётся вернуться на родину благодаря стечению ряда обстоятельств. Позже Ефремов напишет о законе предварительного преодоления препятствий — постройки модели устремления, столь схожей по красочности с реальностью, что она ведёт человека к победе в совершенно невероятных условиях.

«Люди моря», вернувшие Пандиона и Кави на родину, — скорее всего, жители Южной Испании из основанного финикийцами Кадиса. Среди греков и самих финикийцев бытовала поговорка: «Дальше Кадиса пути нет», эти места считали находящимися на краю света.

Тем не менее мореплаватели из Кадиса путешествовали не только во внутренние моря и вполне могли оказаться в какие-то периоды своего развития в Гвинейском заливе, на землях племени Кидого.

Особое мировосприятие должно было сформироваться у этого небольшого народа, находящегося на самом кончике цивилизованного мира и вообще — твёрдой земли.

Ситуация «никогда» — главная проблема, стоящая перед человеком. Ефремов прослеживает способы её решения на протяжении почти семи тысячелетий. Оковы мира падают одни за другими, но лишь полная победа над пространством, временем и смертью окончательно выведет людей за пределы инферно.

Пока же хочется верить, что 20 лет спустя Пандион и Тесса с выросшими детьми отправятся в невероятное путешествие за край света к мудрому вождю приморского племени Кидого, дабы презреть человеческой волей и не остывающей энергией братского единения холодный океан пространства и времени.

«Звёздные корабли»

«Звёздные корабли» в собрании сочинений Ефремова обычно помещают среди рассказов. Однако это произведение, написанное на мощной волне победного торжества, поднимается до высот эпоса. По плотности текста, насыщенности мыслями его можно считать романом.

В нём встречаются почти все музы Древней Греции. Каллиопа вдохновляет героев на научный подвиг, Клио погружает читателей в миллионнолетние глубины истории Земли, помогает учёным найти свой жизненный путь.

Мельпомена повествует о трагедии, разыгравшейся 70 миллионов лет назад на берегу водного потока, а Талия улыбается изредка, освещая нас лучами доброго юмора. Полигимния поёт священный гимн труду, упорству и мужеству человека.

Царит же над сёстрами Урания — муза звёздного неба, устремляющая взор в недоступные человеческому глазу глубины космоса, олицетворяющая принцип познания как священной тяги ко всему высокому и прекрасному.

Ефремов ощущает, что читателю, живо откликнувшемуся на темы его рассказов, можно довериться вполне, и разворачивает свою мысль во всю силу.

Толчком для рождения сюжета послужил хранящийся в Палеонтологическом музее череп бизона, жившего на территории Якутии примерно 40 тысяч лет назад. Геологи нашли его на правом берегу Вилюя в 1925 году. На лобной кости обнаружилась аккуратная круглая впадинка. Отверстие не было сквозным, костная ткань вокруг повреждения отчасти заросла.

Это означало, что бизон выжил.

[174] Но кто или что могло оставить подобное отверстие? А что, если представить, будто это след от мощного выстрела? Однако кто мог стрелять в бизона, когда до изобретения огнестрельного оружия человеком было необычайно далеко? Быть может, космические пришельцы? В фантастическом произведении можно перенести подобное событие на 70 миллионов лет назад, и тогда пришелец будет стрелять не в бизона, а в хищного динозавра…

В мае 1945 года в письмах Быстрову Ефремов рассказывает о своей новой задумке и, как всегда, получает от друга полную поддержку. Быстров отвечает: «Вы, конечно, понимаете, что человеческая фантазия не может создать ничего нового, ибо она спекулирует на старых представлениях.

Она их просто комбинирует, и в фантастических вещах фантастична только комбинация, а не составные части. Части — дело старое. Это следует иметь в виду и относительно автора, и относительно читателя.

Но… зато какой изумительный колорит приобретёт рассказ, если автору удастся вырваться из цепей комбинаторной фантастики и создать нечто потрясающе невероятно новое и, кроме того, заставить читателя это принять — и понять, и поверить».[175]

Ефремов действительно вырывается из цепей комбинаторной фантастики, рождая невероятный сюжет, обоснованный настолько безупречно и всесторонне, что читатель безусловно верит: да, 70 миллионов лет назад нашу планету посетили разумные существа, оставившие на ней следы, доступные для изучения.

Быстров по просьбе коллеги составляет вероятный, с точки зрения эволюционной физиологии, портрет ископаемого «уранита», и Ефремов принимается за работу.

Он создаёт «палеонтологический детектив»: 70 миллионов лет назад кто-то стрелял в динозавров, и два следователя с разными характерами вступают в борьбу со временем, чтобы разгадать тайну Сикана.

В центре повествования — два друга, профессора Давыдов и Шатров.

Советское массовое кино 1930–1940-х годов пыталось создать образы учёных, но они имели либо ярко выраженный комический, либо чрезмерно пафосный характер. Словно в противовес представлениям, транслируемым через фильмы.

Иван Антонович решил быть максимально конкретным, рисуя своих героев, чтобы учёные воспринимались не как ходячие схемы, а как живые, страстные, жадные до жизни люди.

Действие и покой, напористое движение и напряжённая статика, скрывающая неукротимый напор мысли, — герои воплощают в себе крайние проявления гения, создавая поле, в котором рождается великое открытие.

Данные палеонтологии, астрономии, геологии, химии сливаются воедино, получая мощное подкрепление в виде производительных сил страны. Мы наблюдаем не бесстрастное, как в научных статьях, изложение хода мысли учёного.

Мы видим, как, в каких обстоятельствах, при сцеплении каких, казалось бы, случайностей возникают озарения, инсайты, из которых вырастает спираль открытия.

Творческое, не скованное границами условностей взаимодействие учёных — Шатрова и Давыдова — залог подлинного познания.

Источник: https://www.booklot.ru/genre/dokumentalnaya-literatura/biografii-i-memuaryi/book/ivan-efremov/content/3689138-zvzdnyie-korabli/

О творчестве и.а.ефремова

О творчестве и.а.ефремова

Весной 1944 года внимание читателей привлекли произведения неизвестного ранее писателя Ефремова. Все в них было необычно: и странные, экзотические названия — “Катти Сарк”, “Встреча над Тускаророй”, “Озеро горных духов” — и удивительные приключения героев.

Читайте также:  Краткое содержание моэм театр точный пересказ сюжета за 5 минут

Один за другим “рассказы о необыкновенном” обошли страницы журналов. Вскоре стали появляться и первые сборники произведений Ефремова. Вслед за тем было опубликовано еще несколько рассказов — “Белый рог”, “Алмазная труба”, “Бухта радужных струй”. В 1947 году вышла повесть “Звездные корабли”, в 1949 году — “На краю Ойкумены”, затем, в 1953 году, “Путешествие Баурджеда”.

Так пришел в художественную литературу и быстро завоевал популярность новый советский писатель Иван Антонович Ефремов. Читатели полюбили героев Ефремова с их необычными судьбами и приключениями. Но немногим было известно, что по богатству событий жизненный путь автора не уступит содержанию его произведений.

* * *

Иван Антонович Ефремов родился в 1907 году. Свои первые рассказы он написал уже в зрелом возрасте, будучи известным ученым. Однако в своей жизни Ефремов занимался не только наукой и литературой.

Тринадцати лет, воспитанником военно-автомобильного отряда, он участвовал в гражданской войне. Потом учился, работал помощником шофера, окончил мореходную школу и плавал в Тихом океане и Каспийском море.

Он долго колебался, кем стать: моряком или естествоиспытателем.

Науку Ефремов выбрал под стать своему беспокойному характеру — он стал палеонтологом, “охотником за ископаемыми”. В поисках остатков древних животных он. взбирался по канату на горные кручи, проникал в гипсовые пещеры, спускался в заброшенные шахты и рудники, преодолевал сыпучие пески и вечную мерзлоту.

В годы первых пятилеток, когда возникла необходимость разведки новых месторождений полезных ископаемых, Ефремов стал геологом и провел ряд изысканий, а затем вернулся к палеонтологическим исследованиям.

Устанавливая закономерности сохранения и расположения в слоях земной коры остатков древних животных, Ефремов создал новую отрасль палеонтологии — так называемую тафономию, с помощью которой палеонтологи смогли точнее определить условия существования животного мира прежних эпох, а геологи получили еще одну возможность проверять свои предположения о возможных месторождениях ископаемых.

В 1946 году И.А.Ефремов возглавил Монгольскую палеонтологическую экспедицию Академии наук СССР. Недавно законченная им книга “Дорога ветров” написана на материалах этой экспедиции.

* * *

Научная деятельность И.А.Ефремова оказала значительное влияние на его художественное творчество.

Ефремов и в литературе постоянно ищет собственных путей. Его произведения привлекают разнообразием тематики, занимательностью и научностью поставленных проблем, смелым столкновением материала из разных отраслей знания и неожиданным решением острых конфликтов.

Напряженный приключенческий сюжет требует от героев мужества и решительности. Повести и рассказы Ефремова до краев наполнены борьбой, и то, что эта борьба ведется всегда во имя человека, ради его лучшего будущего, делает творчество писателя жизнерадостным и оптимистическим.

Яркие описания природы, уступающей свои тайны только смелым и находчивым людям, красочные народные сказания, связанные с необычными явлениями окружающей действительности, неожиданные гипотезы, говорящие о безграничных возможностях человеческого ума, — все это усиливает гуманистическое звучание его произведений, способствует созданию в них романтически приподнятого настроения.

Важнейшая тема, которая определяет содержание большинства произведений Ефремова, — борьба за знания. Кем бы ни были его герои — геологами, моряками, древними путешественниками или современными учеными, — они всегда стремятся пополнить сокровищницу культуры и науки.

Улучшать условия жизни, совершенствовать устройство общества невозможно без непрестанного накопления людьми знаний о себе самих и об окружающей их природе.

Отсюда главная, можно сказать — заветная мысль писателя, вытекающая из самого сюжета его произведений: человеческие знания, накопленные вековым опытом и научными исследованиями, могут и должны быть поставлены на службу человеку.

Эта мысль воплощена, в частности, в повести “На краю Ойкумены”, построенной на материале истории древнего мира, главным образом — древнего Египта.

Хотя древнее египетское государство не раз уже привлекало внимание писателей, Ефремов находит свои пути изображения особенностей жизни и богатой культуры этой страны.

В событиях далекого прошлого он отыскивает черты, волнующие людей нашего времени.

Сдержанный тон повествования, суровые краски пейзажей, лаконичный, слегка архаизованный язык и включенные в текст отрывки из подлинных египетских документов как бы подчеркивают остроту борьбы, разгоревшейся во времена Древнего царства вокруг географических открытий Баурджеда.

В образах фараона Хафра и жрецов писатель показывает враждебное отношение к науке со стороны тех, кто не заинтересован в изменении условий существования народа.

Фараон и жрецы всеми силами пытаются скрыть результаты экспедиции Баурджеда. Одни, как жрецы бога Ра и сам фараон, опасаются, что новые знания усилят в народе вольнолюбивые настроения.

Другие, как Мен Кау Тот, надеются с помощью тайно накопленных знаний, улучив момент, одолеть соперников, стоящих у власти.

Как велика сила знаний, мы видим на примере главных героев повести — Баурджеда и его кормчего. В страхе Баурджеда перед предстоящим путешествием чувствуется, насколько чужда наука этому приближенному фараона.

Но, путешественник поневоле, Баурджед преображается под воздействием полученных знаний.

И чем шире становится его кругозор, тем сильнее разгорается борьба в его душе, привычные представления о мире рушатся благодаря приобретенному опыту.

Баурджед-рабовладелец невольно проникается уважением и состраданием к своим спутникам-рабам; побывав в других странах, он начинает сомневаться в превосходстве египтян над остальными народами.

Баурджед-царедворец перестает верить в божественность фараона, в справедливость традиционных установлений. Трагична судьба Баурджеда.

Новое отношение к порядкам на родине не позволяет ему занять прежнее почетное место в окружении фараона, а сохранившиеся в его сознании кастовые предрассудки мешают применить полученные знания с пользой для народа.

В отличие от Баурджеда, его кормчий Уахенеб с самого начала не испытывает страха перед путешествием и отправляется в неведомые страны с заранее намеченной целью: найти счастливый Пунт.

Убедившись, что и Пунт не является благословенной страной, осознав несбыточность мечтаний о счастье за пределами родины, Уахенеб ищет иных путей и в конце концов находит их, став во главе восстания каменотесов.

Ощущение актуальности содержания особенно усиливается при чтении второй части повести, благодаря характерной для Ефремова завязке, которая создает как бы два плана.

Приключения юноши Пандиона захватывают и увлекают и потому, что нам всегда близки и дороги описания борьбы за свободу, когда бы и кем бы она ни велась, и потому, что история юного художника объясняет происхождение памятника древнегреческого искусства — геммы с необычным, загадочным сюжетом.

Жадный интерес Пандиона-художника к богатой и яркой культуре древнего Египта вступает в противоречие со стремлением Пандиона-раба вырваться из страны, ставшей для него тюрьмой.

Драматическая эпопея борьбы Пандиона за свободу напоминает о том, какой тяжелой ценой, какими нечеловеческими страданиями рабов были оплачены великолепные образцы древнеегипетского искусства.

В то же время путешествия и приключения Пандиона позволяют автору показать, как в мучительно трудном и радостном процессе познания рождаются у юного художника новые для него идеи человечности, крепнет его любовь к далекой, свободной родине, растет уважение к другим народам.

Обширные знания, приобретенные Пандионом во время его скитаний по Африке, повлекли за собой вместе с новыми идеями и рост его мастерства как художника. Созданная им гемма донесла до нас благородную мысль о дружбе и братстве людей разных народов.

Повесть “На краю Ойкумены” заставляет читателей подумать о том, что гуманистическая идея, способная пройти сквозь века и тысячелетия, делает настоящее искусство бессмертным.

Своеобразие исторических повестей достигается характерным для произведений Ефремова прихотливым сочетанием научных данных и художественного вымысла.

Опираясь на конкретные исторические сведения из истории древнего мира, писатель в то же время дает простор своей богатейшей фантазии и рисует волнующие реалистические картины жизни далекого прошлого с его жестокой деспотией, страданиями народа, восстаниями, потрясающими рабовладельческий строй, и вечно живущей в сердце человека жаждой справедливости, счастья и знаний.

* * *

Гуманистическая тема акцентируется и в научно-фантастических произведениях, составляющих основную часть творчества Ефремова. Им написано десять научно-фантастических рассказов и две повести. Их герои постоянно стремятся к новым открытиям, ради которых рискуют не только своей научной репутацией, но и жизнью.

Но романтика научных исканий в творчестве Ефремова не исчерпывается изображением подвигов героев.

Большая роль в создании романтической атмосферы принадлежит описаниям необыкновенных явлений, для объяснения которых писатель выдвигает смелые гипотезы, находит самые неожиданные решения.

В рассказах “Алмазная труба” и “Голец Подлунный” на основании сходства геологического строения Восточной Сибири и Южной Африки выдвигается предположение о сходстве их минеральных богатств и родстве их древней фауны.

На примере рассказа “Алмазная труба” можно видеть, как серьезно обоснованы фантастические идеи, выдвинутые писателем. Долгое время этот рассказ мог казаться чистой фантастикой. Но когда стало известно, что наши геологи действительно обнаружили в Восточной Сибири месторождение алмазов, предположение, казавшееся не более чем смелым вымыслом, получило реальное подтверждение.

Научность фантастики подкрепляется еще и тем, что во многих случаях вымышленные открытия героев Ефремова, подобно реальным научным открытиям наших дней, рождаются в результате сопоставления данных, почерпнутых из разных отраслей знания.

Мысль о возможности новых открытий на “стыках” различных наук воплощена и в самом значительном научно-фантастическом произведении писателя — повести “Звездные корабли”.

Задачи, стоящие перед Ефремовым в этой повести, значительно сложнее, чем у его предшественников, которые также изображали столкновения человека с животными древних эпох. Научность фантастики Жюля Верна или В.А.

Обручева не умалялась из-за предположения, что при особо благоприятных условиях древние животные могли сохраниться до наших дней.

Такое допущение не противоречит основным законам естествознания и вполне уместно в научно-фантастических произведениях.

Напротив, предположение о возможном существовании человека во времена мезозойской эры немедленно вступает в конфликт с основными законами науки, давно уже установившей, что человека на Земле тогда не было и быть не могло.

Этот главный конфликт сразу же придает сюжету парадоксальность и остроту.

Поэтому, хотя в “Звездных кораблях” почти нет никаких приключений, обычных для научно-фантастических повестей, произведение с первых же страниц захватывает и увлекает читателя.

В ходе решения главного конфликта выдвигаются всё новые и новые гипотезы, рождаются всё новые и новые проблемы. Писателю удается показать тесную взаимосвязь этих проблем, сложность и многогранность исследовательской работы, внушить мысль о беспредельности научного прогресса.

С каждой новой изобретательно выдвинутой гипотезой в повести появляются и новые внутренние конфликты.

Научная фантастика обычно предполагает необыкновенные приключения героев. В “Звездных кораблях” приключения героев заменяются “приключениями мысли”.

Напряженная работа мысли, диалектика умственного процесса придают этой повести внутреннюю динамичность и делают ее по-своему остросюжетным произведением.

“Звездные корабли”, как и все творчество Ефремова, — взволнованный художественный рассказ о сущности и особенностях исследовательской работы. Это рассказ не столько о самих открытиях, сколько о том, как делаются открытия, как человек приходит от незнания к знанию.

Художественные произведения Ефремова отразили одну из существенных черт нашего времени — большое влияние науки на практику современной жизни. Быстрота, с которой развиваются многие отрасли знания, накладывает глубокий отпечаток на все стороны нашей жизни.

То, что вчера еще казалось далекой мечтой, сегодня уже достигнуто, завтра уйдет в прошлое.

Поэтому такое важное значение приобретает умение человека заглянуть вперед, в будущее, его способность заранее определить наиболее вероятное направление исследовательской мысли.

Если вся художественная литература основана в конечном счете на творческом воображении и творческой мечте, то перед научной фантастикой стоит особая задача: будить научную мечту, развивать способность научного предвидения. И чем выше будет уровень человеческих знаний, тем большие требования будут предъявляться к научно-фантастической литературе.

Умение писателя облечь смелую научную мечту в яркие художественные образы — одна из привлекательных сторон творчества Ефремова, по праву занявшего одно из первых мест среди мастеров приключенческой и научно-фантастической литературы.

М.Лазарев

Источник: https://librolife.ru/g887565

Ссылка на основную публикацию