Краткое содержание рассказов джорджа байрона за 2 минуты

Краткие содержания за 2 минуты

Краткое содержание рассказов Джорджа Байрона за 2 минуты

Авторы рассказов

Последние пересказы

Маленький Артём Федотов считал, что он не будет ходить в школу. Но когда ему исполнилось 7 лет, мама взяла его крепко за руку и повела учиться. По дороге они разговаривали. Мать пообещала сыну не скучать и испечь ему блинов…. далее

Произведение известного социолога и политика, являющегося профессором американского университета посвящено размышлениям о реализации стратегии геополитического могущества… далее

Пятый год подряд с наступлением весны Григорий, сварщик — монтажник и отец двоих детей брал десятидневный отпуск и отправлялся на Дон ловить рыбу…. далее

Перед нами предстает супружеская пара, которая находится в стадии конфликта. Джорджу, главе семейства 46 лет, и он преподает в колледже. … далее

Главным героем произведения является былинный богатырь Волх Всеславьевич, обладающий недюжинной физической силой и умением превращаться в птиц и зверей…. далее

Мальчик Алёша едет к новой семье отца. Он знает, что там у него есть брат. И в смутных чувствах едет верхом в гости. Отец и раньше приезжал за ним на машине…. далее

Произведение философа посвящено рассмотрению характерных черт высокоразвитых европейских стран конца двадцатого века, сложившихся в общество потребления…. далее

Произведение посвящено изложению теоретических принципов поэтической науки, представленных французским поэтом в виде легких, остроумных стихотворений, собранных в единую поэму-трактат…. далее

«Новая жизнь» является настоящим прорывом в литературе Западной Европы. Это повесть-автобиография, которая раскрывает все сокровенные переживания автора…. далее

Старый моряк останавливает одного встречного человека торопящегося на свадьбу, которому рассказывает историю приключившуюся во время его дальнего плавания…. далее

Удивительный мир книг

Книга — это большой и бесконечный багаж знаний. В 1564 году появилась первая книга. Она наш друг, который сопутствует с нами на протяжении всей нашей жизни. С самого раннего детства наши родители читали нам сказки перед сном.

Именно благодаря книгам у нас развивалось детское воображение. Мы представляли сказочных героев. Были сами принцессами и рыцарями на конях. Кто-то побывал в образе Золушки или Белоснежки, а кто-то был серым волком и Красной Шапочкой.

Далее книги сопутствует с нами в садике, благодаря им мы узнаем первые буквы и их произношения. Когда мы приходим в школу, книг становится намного больше. Они удивляют нас свои разнообразием. Есть учебная литература, художественная, фантастическая и много. В школе мы узнаем намного больше о книгах.

Главное научится получить информацию из книги. Можно прочитать и не понять суть. Вчитываться нужно внимательно и задумываться над каждым предложением, так как книга несет в себе золотой багаж знаний. К большему счастью или сожалению у книги появился помощник интернет.

Одним нажатием на клавишу и вся информация перед тобой. Не нужно идти в библиотеку, библиотека всегда с тобой. Но знайте, настоящий ценитель книги, никогда не променяет ее на интернет.

Это так замечательно взять в руки новую книгу, насладиться каждым ее новым листом, каждой удивительной историей.

Когда ты читаешь книгу, ты как будто переносишься к главным героем, и переживаешь каждый момент. Это относится к художественной литературе. Но не нужно забывать и про научную литературу.

Если б не было книг, то в интернете не появилась вся та информация, которая сейчас находится там. Все взято из книг. К сожалению люди, перестают читать книги, почему-то интерес к ним угасает.

А зря, ведь только книга может передать всю ту атмосферу рассказа, весь сюжет. Люди, не забывайте о книгах.

Источник: https://2minutki.ru/

«Манфред», краткое содержание по актам и сценам поэмы Байрона

Драматическая поэма «Манфред» Джорджа Байрона – его первый шаг в драматургии. Изначально предназначалась для чтения, а не для сценической постановки, была названа автором «поэмой в диалогах белым стихом». Спектакль был поставлен после многочисленных переработок 17 лет спустя после написания.

Поэма пропитана мистицизмом. Эпиграфом служат шекспировские строки о вещах, которые «не снились философии». Сам Байрон называет произведение «необузданным, метафизичным и необъяснимым».

Главный герой граф Манфред способен повелевать духами, связан с потусторонними силами, но появление таких способностей и события его прошлой жизни остаются для читателя нераскрытыми.

Поэма построена на терзаниях главного героя, попытках найти покой, но причины их описаны полунамеками, сохраняя интригу даже в финале.

Действие происходит в графском замке, расположенном в Бернских Альпах, их окрестностях. Действующие лица – Манфред, аббат, охотник, слуги. Большинство реплик произносят бестелесные духи, мистические персонажи.

Акт первый

Знакомит читателя с главным героем, интригует его метафизическими способностями и позволяет проникнуться душевными муками.

Первая сцена

Знакомство с Манфредом происходит в полночь в готической галерее. Монолог героя полон страданий, жалоб на усталость от жизни. Его душа измучена непосильной ношей абсолютного вселенского знания, но лишена познания обычных человеческих радостей. В отчаянии он призывает духов – властителей вселенной.

Потусторонние существа недовольны его призывом, но откликаются, ибо не в силах отказать требованию повелителя. По очереди репликами обозначают свое невидимое присутствие семь духов – эфира, гор, морей, вулканов, бурь, ночи, света. Хором они спрашивают, зачем потревожены, что нужно от них смертному.

Манфред просит у них забвения, недовольство духов сменяется удивлением. Забвение оказывается непонятным и неподвластным понятием для существ, живущих в вечности одновременно прошедшим, настоящим и будущим. Они предлагают взамен одарить его земными благами – властью, богатством, долголетием, которые он презрительно отвергает.

Перед уходом дух света выполняет просьбу предстать в каком-либо земном образе. Им оказывается образ прекрасной женщины, увидев который Манфред лишается чувств.

Сцена заканчивается монологом эфемерного Голоса, произносящего заклинания, приоткрывающего тайну мученика – на его душу наложено заклятие непрекращающихся страданий.

Вторая сцена

Утром граф взбирается на вершину горы Юнгфрау, возвышающуюся над облаками. Не получая удовольствия от жизни, он решает прекратить свои земные страдания. Его монолог о сожалении и прощании с миром особенно пронзителен на фоне прекрасных альпийских пейзажей.

Это случайно замечает охотник за сернами, который тайком подбирается и силой удерживает самоубийцу от прыжка с обрыва. Уговорами заставляет спуститься с горы и уводит.

Акт второй

Действия сцен начинаются у подножия альпийских гор и переносятся все выше.

Первая сцена

События происходят в охотничьей хижине. Охотник узнает в молодом человеке представителя знатного богатого рода, всячески старается отвлечь его от тяжелых мыслей.

Пытается ублажить его, согреть, предлагает вино и беседу. Но увещевания незамысловатого охотника сводятся к смирению, терпению, молитвам, что претит мятежным порывам графа.

Герой отвергает предложение сопроводить его до замка, откупается от спасителя золотом и уходит.

Вторая сцена

Манфред отправляется не домой, а в нижнюю долину гор к водопаду, где вызывает фею Альп.

Она благоволительно предлагает ему помощь, выслушивает, но негодует, когда узнает, что причина страданий – долг перед умершей смертной.

Позже фея смягчается, обещает, хотя бессильна над мертвыми, выполнить желание влюбленного – на миг увидеть возлюбленную. Но выдвигает требование во всем ей повиноваться.

Манфред не может усмирить свою гордость, чтобы подчинить свою волю существу, которого считает своим рабом. Он прогоняет фею и решает обратиться к демонам, близким к царству мертвых.

Третья сцена

Ночью на вершине Юнгфрау, с которой утром хотел броситься страдалец, собираются парки. Мифические существа, властительницы человеческих судеб поют о своих деяниях на земле – они одаривают благополучием и властью людям, взамен требуя, чтобы те служили темным силам, сеяли зло. Парки ожидают Немезиду – богиню возмездия. С ее появлением все отправляются к своему повелителю Ариману.

Четвертая сцена

Парки с Немезидой прибывают в чертоги Аримана – властелина смерти и тьмы, олицетворяющего злое начало. Он восседает на троне в виде огненного шара и принимает восхваления духов, когда появляется Манфред. Духи разгневаны присутствием смертного, но подчиняются приказу Аримана, повелевшего им выполнить желание человека – заставить восстать усопшую, но не погребенную в земле Астарту.

Немезида вызывает молчаливый призрак Астарты. Граф, наконец добившийся своего, требует у нее для себя прощения или проклятия. Но единственное, что изрекает восставшая, это пророчество о том, что до утра он покинет землю, и исчезает навсегда.

Акт третий

Действия переносятся в графский замок.

Первая сцена

За час до заката солнца Манфреда посещает аббат святого Мориса, который наслышан о поведении молодого человека, прибыл, чтобы спасти его мятежную душу. Но искушенная чернокнижием душа не принимает уговоров вернуться к религиозному смирению, отвергает возможность покаяться и найти успокоение в молитве. Аббат видит, что он стремится к гибели, решает за ним осторожно следить.

Вторая сцена

Сама короткая сцена, в которой на зов хозяина является слуга Герман и сообщает о закате. Стоя у окна, граф прощается со светилом.

Третья сцена

На террасе перед башней, в которой уединился Манфред, беседуют Герман, Мануэль, другие графские слуги.

Из их разговора становится понятно, что единственным близким существом хозяина была его возлюбленная Астарта, с которой его связывали родственные узы. Слуг прерывает аббат, требующий допуска в башню.

Мануэль противится, но обещает служителю поведать нечто, о чем автор предпочитает не рассказывать читателю.

Четвертая сцена

Аббат входит в башню, где граф готовится к смерти. Он пытается говорить с мучеником, но его уговоры прерывает появление мрачного признака. Дух просит священнослужителя не вмешиваться и зовет Манфреда с собой. Тот одинаково противится как аббату, так злому духу, но ждет смерти как избавления.

Дух исчезает. Силы оставляют молодого человека. Он умирает без покаяния на руках у аббата, страшащегося даже подумать о мире, куда в одиночестве отправилась гордая душа. Занавес.

Произведение по стилю, чувственной силе изложения оставляет у читателя «послевкусие» мистической загадочности, трепета перед непонятными высшими материями. Разочарованию от смерти главного героя сопутствуют восхищение его гордостью, жертвенностью, несломленным духом, что характерно для мрачного, но романтичного творчества Байрона.

По произведению: «Манфред»

По писателю: Байрон Джордж

Источник: https://goldlit.ru/byron/1104-manfred-kratkoe-soderzhanie

Паломничество чайльд гарольда

ЗАРУБЕЖНАЯ ЛИТЕРАТУРА

Песнь первая

1

Обращение к Музе, дочери Поэзии.

…… Простой рассказ мой начиная ныне,

Я не дерзну взывать о помощи к богине.

Жил в Альбионе юноша, который… В безумной жажде радостей и нег Распутством не гнушаясь безобразным, Душою предан низменным соблазнам,

Но чужд равно и чести и стыду…

Он звался Чайльд Гарольд. …… Каким он вел блестящим предкам счет! …… Но осрамит и самый лучший род

Один бездельник, развращенный ленью…

Ему исполняется девятнадцать. Но вдруг, в расцвете жизненного мая, Заговорило пресыщенье в нем, Болезнь ума и сердца роковая, И показалось мерзким все кругом:

Тюрьмою — родина, могилой — отчий дом.

Пресытившись жизнью, так и не познав любви, он решил покинуть Альбион.

Покидая отчий дом, Гарольд не попрощался ни с матерью, ни с сестрой, «единственной подругой в дни былые». Он все время думает о том, как он одинок, потому что у него нет ни настоящих друзей, ни настоящей любви.

Шумят паруса, все дальше в море уходит судно. Чайльд Гарольд поет песню. …… Он лютню взял, которой он привык Вверять все то, чем был обуреваем    —

Равно и в горький и в счастливый миг…

Наш герой прибывает в Лиссабон. Следует описание земли, которую посещает Гарольд.

…… К несчастью, город, столь пленивший нас,

Вблизи теряет прелесть невозвратно.

И, полный смуты, все вперед, вперед Меж горных круч угрюмый Чайльд стремится. Он рад уйти, бежать от всех забот, Он рвется вдаль, неутомим как птица. Иль совесть в нем впервые шевелится? Да, он клянет пороки буйных лет, Он юности растраченной стыдится, Ее безумств и призрачных побед,

Читайте также:  Краткое содержание человек с рассечённой губой дойла точный пересказ сюжета за 5 минут

И все мрачнее взор, узревший Правды свет.

Гарольд стремится посетить новые страны. Перед ним Испания.

…… Романтики воскресшая страна, Испания, где блеск твоей державы? Где крест, которым ты была сильна?.. …… Твой стяг царям навязывал закон, Он обуздал разбойничьи оравы, И полумесяц пал, крестом сражен… ……

Теперь лишь в песнях отзвук тех побед…

Следует описание былых сражений.

…… Так славьтесь же, в преданиях звеня, Пока, могилы новым жертвам роя, Их сонмы новый вождь не кинет в ужас боя. …… Чтобы один прославлен был, должны Мильоны пасть, насытив землю кровью.

Отчизна да спасется их любовью!

«И вот Севилью видит пилигрим». Город весел и беспечен, потому что не знает о грозящей гибели.

… Огненной пятою Войдет тиран, предаст его разбою И грабежу… …… Цари, цари! Когда б вы только знали Простое счастье! Смолк бы гром побед,

Не стал бы трубный зов предвестьем стольких бед.

Автор поэмы предлагает заглянуть в день грядущий.

Ужель вам смерть судьба определила,
О юноши, Испании сыны!

Лирический рассказ о женщинах Испании.

Гитару дочь Испании презрела, Повесила на иву под окном И с песней, в жажде доблестного дела, На брань с мужами рядом полетела. …… Любимый ранен — слез она не льет, Пал капитан — она ведет дружину, Свои бегут — она кричит: вперед! И натиск новый смел врагов лавину.

Кто облегчит сраженному кончину? Кто отомстит, коль лучший воин пал? Кто мужеством одушевит мужчину? Все, все она! …… Голубка в роли львицы разъяренной, И тверже, но и женственней она, И благородней в прелести врожденной,

Чем наши сплетницы с их пошлостью салонной.

Так! Чтоб воздать хвалу тебе, Парнас, Души невольным движимый порывом, Прервал я об Испании рассказ,

О той стране, что новым стала дивом.

Описание испанской корриды.

Средь конских трупов, бандерилий, пик, Изранен, загнан, изнурен борьбою, Стоит, храпя, остервенелый бык, А матадор взвивает над собою Свой красный шарф, он дразнит, нудит к бою, —

И вдруг прыжок, и вражий прорван строй,


И бык летит сорвавшейся горою. Напрасно! Брошен смелою рукой, Шарф хлещет по глазам, — взмах, блеск, и кончен бой. …… Так вот каков испанец! С юных лет Он любит кровь и хищные забавы. В сердцах суровых состраданья нет,

И живы здесь жестоких предков нравы.

Увы! Блюдя обычай свой кровавый, Здесь другу мстят из-за пустых обид,

И жизни теплый ключ в глухой песок бежит.

Воспоминания героя о былой любви.

Кто хочет знать Испанию, прочти, Как воевать Испания умела. Испания, таков твой жребий странный: Народ-невольник встал за вольность в бой. Бежал король, сдаются капитаны, Но твердо знамя держит рядовой, Пусть только жизнь ему дана тобой, Ему как хлеб нужна твоя свобода. Он все отдаст за честь земли родной,

И дух его мужает год от года.


1-16

Чайльд Гарольд приезжает в Грецию.

Прочти, что видел он в краю другом, Там, где заморских варваров отряды Бесстыдно грабили наследие Эллады. …… Над Грецией прошли врагов знамена. …… Но жив твой вечный дух средь пепла и камней.

Глух тот, кто прах священный не почтит Слезами горя, словно прах любимой. Слеп тот, кто меж обломков не грустит О красоте, увы, невозвратимой! О, если б гордо возгласить могли мы, Что бережет святыни Альбион, Что алтари его рукой хранимы.

Нет, все поправ, увозит он

Богов и зябких нимф под зимний небосклон.

Лирическое отступление о красоте моря, о морских путешествиях.

Рассуждения о дружбе, превратностях судьбы, человеческом одиночестве.

Ночь. Море спит. О, как в подобный час Мы ждем любви, как верим, что любили, Что друг далекий ждет и любит нас, Хоть друга нет, хоть все о нас забыли. Нет, лучше сон в безвременной могиле, Чем юность без любимой, без друзей! ……

Зато в толпе, в веселье света мнимом, В тревогах, смутах, шуме суеты Идти сквозь жизнь унылым пилигримом, Среди богатств и жалкой нищеты, Где нелюбим и где не любишь ты, Где многие клянутся в дружбе ныне И льстят тебе, хоть, право, их черты Не омрачатся при твоей кончине, —

Вот одиночество, вот жизнь в глухой пустыне!

……

Посвящены любви к прекрасной Флоренс и природе.

Кто лишь вздыхает — это всем известно, — Не знает женщин, их сердечных дел. Ты побежден, и ей неинтересно; Вздыхай, моли, но соблюдай предел… …… Природа-мать, тебе подобных нет, Ты жизнь творишь, ты создаешь светила.

Я приникал к тебе на утре лет, Меня, как сына, ты вскормила И не отвергла, пусть не полюбила, Ты мне роднее в дикости своей, Где власть людей твой лик не осквернила.

Люблю твою улыбку с детских дней,

Люблю спокойствие — но гнев еще сильней.

Албания… Прекрасна ты, страна хребтов, пещер, Страна людей, как скалы, непокорных, Где крест поник, унижен калойер, И полумесяц на дорогах горных… …… Там лютый барс в расселинах таится, Орел парит, свободен и могуч. Там люди вольны, словно зверь и птица… ……

Любуясь ими, но и страх тая, Иной минует скалы их крутые. …… В суровых добродетелях воспитан, Албанец твердо свой закон блюдет. Он горд и храбр, от пули не бежит он, Без жалоб трудный выдержит поход. Он — как гранит его родных высот.

Храня к отчизне преданность сыновью, Своих друзей в беде не предает И, движим честью, мщеньем иль любовью,

Берется за кинжал, чтоб смыть обиду кровью.

Лирический герой вновь в мыслях возвращается к Элладе.

Моя Эллада, красоты гробница! Бессмертная и в гибели своей, Великая в паденье! Чья десница Сплотит твоих сынов и дочерей? …… О Греция! Восстань же на борьбу, Раб должен сам добыть себе свободу! Ты цепи обновишь, но не судьбу. Иль кровью смыть позор, иль быть рабом рабу! ……

Нет, Греция, тот разве патриот, Кто, болтовнею совесть успокоя, Тирану льстит, покорно шею гнет И с видом оскорбленного героя Витийствует и прячется от боя. И это те, чьих дедов в оны дни Страшился перс и трепетала Троя! Ты все им дать сумела, но взгляни: Не любят матери истерзанной они! ……

И все же ты, как в древности, чудесен, Ты каждой гранью прошлого велик, Заветный край героев, битв и песен,

Где родился божественный язык…

Размышления о родном доме, поэзии, любви, друзьях. Возлюбленная, любящая вечно, Единственная! Скорбь не устает К былому возвращаться бесконечно. Твой образ даже время не сотрет.

Хоть все похитил дней круговорот — Друзей, родных, тебя, кто мир вместила! О смерть! Как точен стрел ее полет! Все, чем я жил, чудовищная сила Внезапно унесла, навеки поглотила. …… Дворцы Надежды сожжены дотла.

Катитесь, дни, пустой, бесплодной сменой! Все жизнь без сожаленья отняла,

И молодость моя, как старость, тяжела.

Комментарий. Поэма Байрона — это художественное произведение, в котором реальные события и автопортрет соединены с вымыслом. Поначалу даже кажется, что вымышленный персонаж Чайльд Гарольд и является носителем главной идеи поэмы.

Ведь не случайно же название произведения содержит в себе указание на путь героя, на его поведение и даже отношение к той среде, в которой
он рос.

Когда мы ближе познакомимся с содержанием поэмы, то убедимся, что, помимо Чайльд Гарольда, сам автор все чаще, глубже и настойчивее выступает как аналитик, как комментатор, оценивающий роль героя поэмы.

И наряду с этими двумя персонажами перед нами раскрывается еще одна движущая сила содержания произведения: воссозданная автором объективная действительность Европы, предстающая в контрастном изображении, в противопоставлении славного прошлого той гнетущей современности, которая должна быть, по мысли автора, преобразована. Такова трехслойная композиция поэмы и такова ее лиро-эпическая природа, поскольку образ автора в ней если не слит с окружающим миром, имеющим совершенно самостоятельную ценность, то сопоставлен с этим объективно существующим миром. И это главное в «Паломничестве Чайльд Гарольда».



Источник: https://scribble.su/zarub/all_zar/54.html

Краткое содержание поэмы «Корсар» Байрона Д.Г. по главам (песням)

Песнь первая

На острове пируют пираты. Их царство — «над пенной, бесконечною волной». Их радость — буря, схватка. Они не знают страха, им скучна смерть, потому что у пиратов смерть быстрая, «с нами души рвут мгновенно связь», как поется в пиратской песне. Вожак пиратов — Конрад.

Он скуп на речи — знает лишь приказ,Рука тверда, остер и зорок глаз;

Он их пирам веселья не дарит.

Конрад ведет себя, словно праведник, — воздерживается от роскошной пищи, «враг чувственного — он суров и прост».

Конрад пользуется у пиратов непререкаемым авторитетом, ни один человек не осмеливается не только оспаривать распоряжения Корсара, но и беспокоить того без веской причины.Вдали пираты замечают корабль.

Скоро выясняется, что это их, пиратский, бриг под кроваво-красным флагом. Прибывшие принесли радостные вести. Давнишний шпион Корсара, Грек, пишет, что появилась прекрасная возможность ограбить флот турецкого паши.

Прочитав послание Грека, Конрад принимает решение немедленно выступать в путь. Он приказывает проверить и подготовить к бою свое оружие. Никто не смеет спорить с Вожаком.

Он тайною отъединен от всех,
В диковину и вздох его и смех,
А имя «Конрад» превращает в мел

Загар любого, кто свиреп и смел.
Властитель душ, искуснейший стратег,
Он, ужасая, восхищает тех,
Кто страшен, — славословящих его…
Блеск мастерства — удачливость — успех, —
И, властный, он силен безвольем всех.
Диктует он — а подвиги их рук

Все чтут вокруг в числе его заслуг.Конрад не всегда был беспощадным пиратом. В прошлом лежит причина его теперешней злобы на весь мир.

Был мудр, но свет считал его тупым

И портил обучением своим;
Был слишком горд, чтоб жизнь влачить, смирясь,
И слишком тверд, чтоб пасть пред сильным в грязь…
Внушая страх, оболган с юных лет,
Стал другом Злобе, а Смиренью — нет…
Он ненависть питал — но к тем сердцам,
Где ненависть с холопством пополам;
Его, от всех стоящего вдали,

И дружба и презренье обошли:
Дивясь ему, его страшились дел,
Ho унижать его никто не смел.Однако Конрад подвержен одной искренней страсти — Любви. Конрад счастливо и взаимно любит Медору, не обращает внимания на прекрасных пленниц, которых множество на острове пиратов. Теперь, перед опасным походом, Конрад собирается попрощаться с любимой, отправляется в ее замок.

Подходя к комнате Медоры, Конрад слышит звуки грустной песни. Девушка поет о своей любви к нему, о любви, которая не знает покоя, потому что влюбленные постоянно должны расставаться, а Медора живет в вечном страхе за жизнь Конрада. Медора мечтает о том дне, когда «покой нас в мирный дом введет». Медора задается вопросом, почему так жесток к людям ее нежный возлюбленный.

Конрад объявляет Медоре, что «должен вновь уйти в недолгий путь». Медора расстраивается, она приглашает Конрада хотя бы разделить с ней праздничную трапезу, которую она готовила, надеясь, что он приедет к ней. Ho Конрад не может остаться. Он слышит сигнал пушки: пора выступать. Конрад уходит, «коснувшись поцелуем лба». Оставшись одна, Медора дает волю слезам.

Конрад возвращается на корабль. «Истый вождь скорей погибнет вдруг, чем честь уронит из-за женских мук». Он снова становится решительным командиром, раздает приказы, распоряжается, чтобы товарищи ждали их обратно на победный пир через три дня. Конрад разворачивает морские карты, сверяясь с ними смотрит в подзорную трубу, замечает турецкий галерный флот.

Читайте также:  Краткое содержание перро синяя борода точный пересказ сюжета за 5 минут

Он невозмутим; он спокойно призывает товарищей начинать резню.

Песнь вторая

«Устроил пир в честь будущих побед Сеид-паша». Он намерен победить пиратов и захватить морских разбойников в плен, а затем поделить между своими людьми богатую добычу. Под знаменем Сеида собралось очень много мусульман. К Сеиду-паше приводят дервиша, беглеца с пиратского судна. Это переодетый Конрад. Сеид-паша принимается допрашивать его. Ho дервиш словно тянет время. «Никчемный я шпион: лишь на побег был взор мой устремлен», — заявляет он. По словам дервиша, пираты глупы и беспечны: ведь проспал же стражни — бегство дервиша, значит проспит и «непобедимый флот» паши. Сеид-паша распоряжается накормить дервиша, но тот ничего не ест, объясняя, что таков его обет, что если он начнет вкушать радости жизни, то Пророк «преградит его путь в Мекку». Однако со стороны кажется, что «для тех, кто был так долго осужден на пост и труд, себя вел странно он». В этот момент пираты нападают на турок, застают их врасплох и обращают в бегство. Конрад сбрасывает одежды дервиша и предстает «всадником, несущимся сквозь дым», «как Африт — демон зла». Конрад бьется героически, сам паша отступает, забыв про свой гарем. Конрад запрещает обижать женщин: «Мы убивать и гибнуть рождены, но нежный пол всегда щадить должны!» Сам Конрад уводит прочь украшение гарема паши, Гюльнар. Сеид-паша видит, что пиратов мало. Ему стыдно, что такой небольшой отряд сумел сломить его волю, и он отдает приказ атаковать. Мусульман намного больше, и скоро отряд пиратов почти весь перебит, только нескольким удается бежать. Конрад схвачен в плен.Гюльнар спрятана Конрадом в безопасном месте. Она задумывается, почему ей «грабитель, весь в крови, нежней казался, чем Сеид в любви». Она понимает, что Сеид спасал только себя, а незнакомый пират позаботился в первую очередь о слабых женщинах. Сеид-паша решает казнить Конрада мучительной казнью — посадить на кол, а до утра заключить в тюрьму. Конрад «побежден, одинок, но в грудь сумела воля мужество вдохнуть». Закованный в кандалы, узник держится достойно.

Ночью к Конраду пробирается Гюльнар. Она благодарит его за спасение. He в ее силах спасти жизнь благородного пирата, но она обещает с помощью женских чар повлиять на Сеид-пашу и оттянуть казнь хотя бы на день.

Конрад рассказывает Гюльнар о своей Медоре, об их взаимной любви, о том, что не боится смерти, но боится доставить горе любимой. Он спрашивает Гюльнар, любит ли она Сеид-пашу. Ta отвечает отрицательно: «Придет, уйдет — равно не нужен мне, он близко, но не в сердце, а вовне…

И я раба, боюсь судьбы иной, что хуже рабства — стать его женой». Перед уходом Гюльнар прижимается к кандалам Конрада, плачет, ее слезы, словно алмазы, остаются на железе цепей.

Песнь третья

Автор любуется картиной заката над греческими островами. Его сердце навек отдано Афинам.К Медоре приходят пираты, чудом оставшиеся в живых, рассказывают девушке, что Конрад в плену. Медора принимает удар сдержанно, без слез и криков.

Была в ней, кроткой, эта благодать —
Терпеть, смягчать, надеяться и ждать.

Узнав подробности пленения Конрада, Медора падает без чувств. Друзья Конрада спешат позаботиться о ней, а затем рассказывают о случившемся Ансельмо, остававшемуся на острове вместо Конрада. Ансельмо принимает решение идти вызволять Конрада из плена, а если он уже убит, отомстить за него.

Гюльнар пытается смягчить пашу, уговорить его, убедить в том, что если он не казнит Конрада, то только выиграет. Он узнает, где несметные сокровища пиратов и завладеет ими. Ho паша непреклонен. Его не интересуют сокровища: «Час мук его с богатством несравним! В цепях Корсар, и властен я над ним».

Паша соглашается отложить казнь на день, но только затем, чтобы у него было больше времени, чтобы придумать более изощренную казнь.

Он унижает Гюльнар, подозревая, то та неспроста заступается за пленного пирата (он видел, как Конрад нес Гюльнар на руках с места боя):

Эй, женщина двуличная! Услышь:Он смертен не один. И слово лишь —

И ты…

Гюльнар понимает, что всего лишь вещь в руках своего господина, что Сеид-паша не любит ее. Ho сама она теперь знает, что такое любовь, и ради любимого не остановится ни перед чем. В полночь она, подкупив стражника, приходит к Корсару, уговаривает его убить пашу (для чего приносит ему нож) и вместе спастись.

Конрад снова отказывается — его оружие меч, а не нож, он не привык нападать ночью из-за угла. Кроме того, Конрад понимает, что в принципе заслужил казнь, потому что много нагрешил. Конрад призывает Гюльнар быть счастливой, оставить его, не омрачать свою жизнь убийством.

Гюльнар называет пашу источником зла, проклятым тираном, объясняет, что ее благополучие во дворце паши призрачно: «Мне жизнь спасает похоть старика, когда ж устанет он от женских чар, мешок со мною море примет в дар». Девушка не хочет жить без Конрада, поэтому она решает сама убить ненавистного пашу.

Если же она не сумеет сделать этого, то поутру умрет вместе с Конрадом на эшафоте. Гюльнар уходит. Конрад замечает, что дверь его темницы не заперта. Подхватив кандалы, чтоб не звенели, Конрад идет по ночному дворцу. Он видит Гюльнар, надеется, что она не решилась на убийство.

Девушка оборачивается, и Корсар видит «на лбу ее — одно несмытое, забытое пятно — кровавый след, знакомый с юных лет, — клеймо убийства, преступленья след». Конрад видел в жизни множество убийств, но ни одно из них так не задело его души, как это. Ему кажется, что «кровавый след, преступный ручеек смыл красоту со смуглых женских щек».

Гюльнар объявляет Конраду, что его ждет корабль, что она собрала отряд верных людей, готовых обеспечить ей и ее любимому безопасность. Тайным ходом Гюльнар выводит Конрада на берег моря. Во время плавания Гюльнар замечает, что «как приговор его пустой, оледенелый взор».

Гюльнар плачет, твердит, что Бог не простит ее, но Конрад должен простить, ведь она совершила преступление ради него, отказавшись тем самым и от спокойной земной жизни, и от рая небесного. Ho Конрад не винит ее, он скорее бросает упреки себе. Навстречу им плывет корабль под кроваво-красным флагом. Это Ансельмо и его товарищи спешат на выручку своему предводителю.

Немного посокрушавшись, что операция по его освобождению не удалась (потому что Конрад уже освобожден Гюльнар), все радостно пускаются в обратный путь. Если бы Гюльнар рассказала о том, как спасла Корсара, пираты выбрали бы ее царицей, но она молчит. Конрад полон «враждой к делам, сочувствием к слезам». Он знает, что Небо покарает Гюльнар, но сам жалеет девушку. Конрад обнимает свою спасительницу, целует ее. Он знает, что даже Медора, «чья душа чиста, простила б сопряженные уста — здесь Слабость поцелуй украла, здесь Любовь дыханье отдала».

Корабль подплывает к острову. Конрад удивлен: он не видит в окне Медоры света. Он поднимается в се комнаты и видит, что его любимая мертва. Конрад понимает, что это кара небес за его прегрешения. Единственное существо, которое он любил на свете, теперь навсегда разлучено с ним. Медора, конечно, попадет в рай, а много грешивший Конрад в рай не попадет. Корсар потрясен.

Он не может вымолвить ни слова, только рыдает в одиночестве.Утром Ансельмо входит в комнату Медоры. Ho Вождь исчез. Его искали, но не нашли на всем острове. С тех пор о Конраде не было никаких известий, никто не знал, жив ли он, или «с горем — погребен». Медоре поставили памятник, а Конраду — нет (поскольку он, может быть, жив). Слава же его живет в веках.

Одною добродетелью был он —
И тысячью пороков наделен…

Источник: http://lit-helper.com/p_Kratkoe_soderjanie_poemi_Korsar_Bairona_D_G__po_glavam_pesnyam

Корсар

Исполненный живописных контрастов колорит «Гяура» отличает и следующее произведение Байрона «восточного» цикла — более обширную по объёму поэму «Корсар», написанную героическими двустишиями.

В кратком прозаическом вступлении к поэме, посвящённой собрату автора по перу и единомышленнику Томасу Муру, автор предостерегает против характерного, на его взгляд, порока современной критики — преследовавшей его со времён «Чайльд Гарольда» неправомерной идентификации главных героев — будь то Гяур или кто-либо другой — с создателем произведений.

В то же время эпиграф к новой поэме — строка из «Освобождённого Иерусалима» Тассо — акцентирует внутреннюю раздвоенность героя как важнейший эмоциональный лейтмотив повествования.

https://www.youtube.com/watch?v=FRVvkRdzhQk

Действие «Корсара» развёртывается на юге Пелопоннесского полуострова, в порту Корони и затерявшемся на просторах Средиземноморья Пиратском острове.

Время действия точно не обозначено, однако нетрудно заключить, что перед читателем — та же эпоха порабощения Греции Османской империей, вступившей в фазу кризиса.

Образно-речевые средства, характеризующие персонажей и происходящее, близки к знакомым по «Гяуру», однако новая поэма более компактна по композиции, её фабула детальнее разработана (особенно в том, что касается авантюрного «фона»), а развитие событий и их последовательность — более упорядоченны.

Песнь первая открывается страстной речью, живописующей романтику исполненного риска и тревог пиратского удела. Спаянные чувством боевого товарищества флибустьеры боготворят своего бесстрашного атамана Конрада.

Вот и сейчас быстрый бриг под наводящим ужас на всю округу пиратским флагом принёс ободряющую весть: грек-наводчик сообщил, что в ближайшие дни может быть осуществлён набег на город и дворец турецкого наместника Сеида. Привыкшие к странностям характера командира, пираты робеют, застав его погруженным в глубокое раздумье.

Следуют несколько строф с подробной характеристикой Конрада («Загадочен и вечно одинок, / Казалось, улыбаться он не мог» ), внушающего восхищение героизмом и страх — непредсказуемой импульсивностью ушедшего в себя, изверившегося в иллюзиях («Он средь людей тягчайшую из школ — / Путь разочарования — прошёл» ) — словом, несущего в себе типичнейшие черты романтического бунтаря-индивидуалиста, чьё сердце согрето одной неукротимой страстью — любовью к Медоре.

Возлюбленная Конрада отвечает ему взаимностью; и одной из самых проникновенных страниц в поэме становится любовная песнь Медоры и сцена прощания героев перед походом. Оставшись одна, она не находит себе места, как всегда тревожась за его жизнь, а он на палубе брига раздаёт поручения команде, полной готовности осуществить дерзкое нападение — и победить.

Песнь вторая переносит нас в пиршественный зал во дворце Сеида. Турки, со своей стороны, давно планируют окончательно очистить морские окрестности от пиратов и заранее делят богатую добычу. Внимание паши привлекает загадочный дервиш в лохмотьях, невесть откуда появившийся на пиру.

Тот рассказывает, что был взят в плен неверными и сумел бежать от похитителей, однако наотрез отказывается вкусить роскошных яств, ссылаясь на обет, данный пророку. Заподозрив в нем лазутчика, Сеид приказывает схватить его, и тут незнакомец мгновенно преображается: под смиренным обличием странника скрывался воин в латах и с мечом, разящим наповал.

Зал и подходы к нему в мгновение ока переполняются соратниками Конрада; закипает яростный бой: «Дворец в огне, пылает минарет».

Смявший сопротивление турок беспощадный пират являет, однако, неподдельную рыцарственность, когда охватившее дворец пламя перекидывается на женскую половину. Он запрещает собратьям по оружию прибегать к насилию в отношении невольниц паши и сам выносит на руках из огня самую красивую из них — черноокую Гюльнар.

Между тем ускользнувший от пиратского клинка в неразберихе побоища Сеид организует свою многочисленную охрану в контратаку, и Конраду приходится доверить Гюльнар и её подруг по несчастью заботам простого турецкого дома, а самому — вступить в неравное противоборство.

Вокруг один за другим падают его сражённые товарищи; он же, изрубивший несчётное множество врагов, едва живой попадает в плен.

Решив подвергнуть Конрада пыткам и страшной казни, кровожадный Сеид приказывает поместить его в тесный каземат.

Героя не страшат грядущие испытания; перед лицом смерти его тревожит лишь одна мысль: «Как встретит весть Медора, злую весть?» Он засыпает на каменном ложе, а проснувшись, обнаруживает в своей темнице тайком пробравшуюся в узилище черноокую Гюльнар, безраздельно пленённую его мужеством и благородством.

Обещая склонить пашу отсрочить готовящуюся казнь, она предлагает помочь корсару бежать. Он колеблется: малодушно бежать от противника — не в его привычках. Но Медора… Выслушав его страстную исповедь, Гюльнар вздыхает: «Увы! Любить свободным лишь дано!»

Песнь третью открывает поэтическое авторское признание в любви Греции («Прекрасный град Афины! Кто закат / Твой дивный видел, тот придёт назад…

Читайте также:  Краткое содержание достоевский легенда о великом инквизиторе точный пересказ сюжета за 5 минут

»), сменяющееся картиной Пиратского острова, где Конрада тщетно ждёт Медора.

К берегу причаливает лодка с остатками его отряда, приносящего страшную весть, их предводитель ранен и пленён, флибустьеры единодушно решают любой ценой вызволить Конрада из плена.

https://www.youtube.com/watch?v=pQ4hLncNTkA

Тем временем уговоры Гюльнар отсрочить мучительную казнь «Гяура» производят на Сеида неожиданное действие: он подозревает, что любимая невольница неравнодушна к пленнику и замышляет измену. Осыпая девушку угрозами, он выгоняет её из покоев.

Спустя трое суток Гюльнар ещё раз проникает в темницу, где томится Конрад. Оскорблённая тираном, она предлагает узнику свободу и реванш: он должен заколоть пашу в ночной тиши.

Пират отшатывается; следует взволнованная исповедь женщины: «Месть деспоту злодейством не зови! / Твой враг презренный должен пасть в крови! / Ты вздрогнул? Да, я стать иной хочу: / Оттолкнута, оскорблена — я мщу! / Я незаслуженно обвинена: / Хоть и рабыня, я была верна!»

«Меч — но не тайный нож!» — таков контраргумент Конрада. Гюльнар исчезает, чтобы появиться на рассвете: она сама свершила месть тирану и подкупила стражу; у побережья их ждёт лодка и лодочник, чтобы доставить на заветный остров.

Герой растерян: в его душе — непримиримый конфликт. Волею обстоятельств он обязан жизнью влюблённой в него женщине, а сам — по-прежнему любит Медору. Подавлена и Гюльнар: в молчании Конрада она читает осуждение свершённому ею злодеянию. Только мимолётное объятие и дружеский поцелуй спасённого ею узника приводят её в чувство.

На острове пираты радостно приветствуют вернувшегося к ним предводителя. Но цена, назначенная провидением за чудесное избавление героя, неимоверна: в башне замка не светится лишь одно окно — окно Медоры. Терзаемый страшным предчувствием, он поднимается по лестнице… Медора мертва.

Скорбь Конрада неизбывна.

В уединении он оплакивает подругу, а затем исчезает без следа: «Дней проходит череда, / Нет Конрада, он скрылся навсегда, / И ни один намёк не возвестил, / Где он страдал, где муку схоронил! / Он шайкой был оплакан лишь своей; / Его подругу принял мавзолей…

 / Он будет жить в преданиях семейств / С одной любовью, с тысячью злодейств». Финал «Корсара», как и «Гяура», оставляет читателя наедине с ощущением не до конца разгаданной загадки, окружающей все существование главного героя.

Вы прочитали краткое содержание повести Корсар. В разделе нашего сайта — краткие содержания, вы можете ознакомиться с изложением других известных произведений.

Источник: https://reedcafe.ru/summary/korsar

Паломничество Чайльд-Гарольда. Байрон Джордж Гордон (стр. 1 из 2)

Паломничество Чайльд Гарольда. Поэма (1809-1817)

Когда под пером А. С. Пушкина рождалась крылатая строка, исчерпывающе определявшая облик и характер его любимого героя: «Москвич в Гарольдовом плаще», — ее создатель, думается, отнюдь не стремился поразить соотечественников оригинальностью.

Цель его, уместно предположить, была не столь амбициозна, хотя и не менее ответственна: вместить в одно слово превалирующее умонастроение времени, дать емкое воплощение мировоззренческой позиции и одновременно житейской, поведенческой «позе» довольно широкого круга дворянской молодежи (не только российской, но и европейской), чье сознание собственной отчужденности от окружающего вылилось в форме романтического протеста. Самым ярким выразителем этого критического мироощущения явился Байрон, а литературным героем, наиболее полно и законченно воплотившим этот этико-эмоциональный комплекс, — главный персонаж его обширной, создававшейся на протяжении чуть ли не десятилетия лирической поэмы «Паломничество Чайльд Гарольда» — произведения, которому Байрон был обязан столь сенсационной международной известностью.

Вместив в себя немало разнообразных событий бурной авторской биографии, эта написанная «спенсеровой строфой» (название данной формы восходит к имени английского поэта елизаветинской эпохи Эдмунда Спенсера, автора нашумевшей в свое время «Королевы фей») поэма путевых впечатлений, родившаяся из опыта поездок молодого Байрона по странам Южной и Юго-Восточной Европы в 1809-1811 гг. и последующей жизни поэта в Швейцарии и Италии (третья и четвертая песни), в полной мере выразила лирическую мощь и идейно-тематическую широту поэтического гения Байрона.

У ее создателя были все основания в письме к своему другу Джону Хобхаузу, адресату ее посвящения, характеризовать «Паломничество Чайльд Гарольда» как «самое большое, самое богатое мыслями и наиболее широкое по охвату из моих произведений». На десятилетия вперед став эталоном романтической поэтики в общеевропейском масштабе, она вошла в историю литературы как волнующее, проникновенное свидетельство «о времени и о себе», пережившее ее автора.

Новаторским на фоне современной Байрону английской (и не только английской) поэзии явился не только запечатленный в «Паломничестве Чайльд Гарольда» взгляд на действительность; принципиально новым было и типично романтическое соотношение главного героя и повествователя, во многих чертах схожих, но, как подчеркивал Байрон в предисловии к первым двум песням (1812) и в дополнении к предисловию (1813), отнюдь не идентичных один другому.

Предвосхищая многих творцов романтической и постромантической ориентации, в частности и в России (скажем, автора «Героя нашего времени» М. Ю. Лермонтова, не говоря уже о Пушкине и его романе «Евгений Онегин»), Байрон констатировал в герое своего произведения болезнь века: «…

ранняя развращенность сердца и пренебрежение моралью ведут к пресыщенности прошлыми наслаждениями и разочарованию в новых, и красоты природы, и радость путешествий, и вообще все побуждения, за исключением только честолюбия — самого могущественного из всех, потеряны для души, так созданной, или, вернее, ложно направленной». И тем не менее именно этот во многом несовершенный персонаж оказывается вместилищем сокровенных чаяний и дум необыкновенно проницательного к порокам современников и судящего современность и прошлое с максималистских гуманистических позиций поэта, перед именем которого трепетали ханжи, лицемеры, ревнители официальной нравственности и обыватели не только чопорного Альбиона, но и всей стонавшей под бременем Священного союза монархов и реакционеров Европы. В заключительной песни поэмы это слияние повествователя и его героя достигает апогея, воплощаясь в новое для больших поэтических форм XIX столетия художественное целое.

Это целое можно определить как необыкновенно чуткое к конфликтам окружающего, мыслящее сознание, которое по справедливости и является главным героем «Паломничества Чайльд Гарольда».

Это сознание не назовешь иначе, как тончайшим сейсмографом действительности; и то, что в глазах непредубежденного читателя предстает как безусловные художественные достоинства взволнованной лирической исповеди, закономерно становится почти непреодолимым препятствием, когда пытаешься «перевести» порхающие байроновские строфы в регистр беспристрастной хроники.

Поэма, по сути, бессюжетна; весь ее повествовательный «зачин» сводится к нескольким ненароком оброненным строкам об английском юноше из знатного рода, уже к девятнадцати годам пресытившемся излюбленным набором светских удовольствий, разочаровавшемся в интеллектуальных способностях соотечественников и чарах соотечественниц и — пускающемся путешествовать.

В первой песни Чайльд посещает Португалию, Испанию; во второй — Грецию, Албанию, столицу Оттоманской империи Стамбул; в третьей, после возвращения и непродолжительного пребывания на родине, — Бельгию, Германию и надолго задерживается в Швейцарии; наконец четвертая песнь посвящена путешествию байроновского лирического героя по хранящим следы величественного прошлого городам Италии.

И только пристально вглядевшись в то, что выделяет в окружающем, что выхватывает из калейдоскопического разнообразия пейзажей, архитектурных и этнографических красот, бытовых примет, житейских ситуаций цепкий, пронзительный, в полном смысле слова мыслящий взор повествователя, можем мы вынести для себя представление о том, каков в гражданском, философском и чисто человеческом плане этот герой — это байроновское поэтическое «я», которое язык не поворачивается назвать «вторым».

И тогда неожиданно убеждаешься, что пространное, в пять тысяч стихов, лирическое повествование «Паломничества Чайльд Гарольда» в определенном смысле не что иное, как аналог хорошо знакомого нашим современникам текущего обозрения международных событий. Даже сильнее и короче: горячих точек, если не опасаться приевшегося газетного штампа.

Но обозрение, как нельзя более чуждое какой бы то ни было сословной, национальной, партийной, конфессиональной предвзятости. Европа, как и ныне, на рубеже третьего тысячелетия, объята пламенем больших и малых военных конфликтов; ее поля усеяны грудами оружия и телами павших.

И если Чайльд выступает чуть отвлеченным созерцателем развертывающихся на его глазах драм и трагедий, то стоящий за его плечами Байрон, напротив, никогда не упускает возможности высказать свое отношение к происходящему, вглядеться в его истоки, осмыслить его уроки на будущее.

Так, Португалия, строгие красоты чьих ландшафтов чаруют пришельца (песнь первая), в мясорубке наполеоновских войн стала разменной монетой в конфликте крупных европейских держав; и у Байрона нет иллюзий насчет истинных намерений их правящих кругов, включая те, что определяют внешнюю политику его собственной островной отчизны.

То же самое и по отношению к Испании, ослепляющей великолепием красок и фейерверками национального темперамента.

Немало прекрасных строк посвящает он легендарной красоте испанок, способных тронуть сердце даже пресыщенного всем на свете Чайль-да («Но нет в испанках крови амазонок, / Для чар любви там дева создана»).

Но важно, что видит и живописует носительниц этих чар повествователь в ситуации массового общественного подъема, в атмосфере общенародного сопротивления наполеоновской агрессии: «Любимый ранен — слез она не льет, / Пал капитан — она ведет дружину, / Свои бегут — она кричит: вперед! / И натиск новый смел врагов лавину. / Кто облегчит сраженному кончину? / Кто отомстит, коль лучший воин пал?/ Кто мужеством одушевит мужчину? / Все, все она! Когда надменный галл / Пред женщинами столь позорно отступал? » Так и в стонущей под пятой османской деспотии Греции, чей героический дух поэт старается возродить, напоминая о героях Фермопил и Саламина. Так и в Албании, упорно отстаивающей свою национальную самобытность, пусть даже ценой каждодневного кровопролитного мщения оккупантам, ценой поголовного превращения всего мужского населения в бесстрашных, беспощадных гяуров, грозящих сонному покою турок-поработителей.

Иные интонации появляются на устах Байрона — Гарольда, замедлившего шаг на грандиозном пепелище Европы — Ватерлоо: «Он бил, твой час, — и где ж Величье, Сила? / Все — Власть и Сила — обратилось в дым. / В последний раз, еще непобедим, / Взлетел орел — и пал с небес, пронзенны…

» В очередной раз размышляя о парадоксальном жребии Наполеона, поэт убеждается: военное противостояние, принося неисчислимые жертвы народам, не приносит освобождения («То смерть не тирании — лишь тирана»).

Трезвы при всей очевидной «еретичности» для своего времени и его размышления над озером Ле-ман — прибежищем Жан Жака Руссо, неизменно восхищавшего Байрона (песнь третья).

Французские философы, апостолы Свободы, Равенства и Братства, разбудили народ к невиданному бунту. Но всегда ли праведны пути возмездия и не несет ли в себе революция роковое семя собственного грядущего поражения? «И страшен след их воли роковой.

/ Они сорвали с Правды покрывало, / Разрушив ложных представлений строй, / И взорам сокровенное предстало. / Они, смешав Добра и Зла начала, / Все прошлое низвергли. Для чего? / Чтоб новый трон потомство основало. / Чтоб выстроило тюрьмы для него, / И мир опять узрел насилья торжество».

«Так не должно, не может долго длиться!» — восклицает поэт, не утративший веры в исконную идею исторической справедливости.

Дух — единственное, что не вызывает у Байрона сомнения; в тщете и превратностях судеб держав и цивилизаций он — единственный факел, свету которого можно до конца доверять: «Так будем смело мыслить! Отстоим / Последний форт средь общего паденья.

/ Пускай хоть ты останешься моим, / Святое право мысли и сужденья, / Ты, божий дар!» Залог подлинной свободы, он наполняет смыслом бытие; залогом же человеческого бессмертия, по мысли Байрона, становится вдохновенное, одухотворенное творчество.

Потому вряд ли случайно апофеозом гарольдовского странствия по миру становится Италия (песнь чевертая) — колыбель общечеловеческой культуры, страна, где красноречиво заявляют о своем величии даже камни гробниц Данте, Петрарки, Тассо, руины римского Форума, Колизея.

Униженный удел итальянцев в пору Священного союза становится для повествователя источником незатихающей душевной боли и одновременно стимулом к действию.

Источник: http://MirZnanii.com/a/123651/palomnichestvo-chayld-garolda-bayron-dzhordzh-gordon

Ссылка на основную публикацию